Меню

Что ожидает озеро байкал

Спасти Байкал. Эксперты предложили пути решения экологических проблем озера

ИРКУТСК, 4 октября. /ТАСС/. Ежегодно на берегах Байкала увеличиваются объемы мусора и сливаемых неочищенных сточных вод, но для защиты озера от растущей антропогенной нагрузки делается крайне мало, констатирует Байкальская межрегиональная природоохранная прокуратура. По мнению опрошенных ТАСС экспертов в области охраны природы и представителей органов власти, для решения экологической проблемы необходимо регулировать стабильно растущий турпоток и создавать инфраструктуру, однако, если к организации турпотоков байкальские регионы уже приступают, то строительство мусоросортировочных комплексов, очистных сооружений и прочих объектов упирается в противоречия в законодательстве.

Тонны отходов

Байкал, включенный в список Всемирного природного наследия ЮНЕСКО, является популярным направлением среди туристов, посещающих Иркутскую область, на побережье озера едут 90% из них. В 2018 году регион посетили 1,7 млн гостей. По данным областного агентства по туризму, ежегодно турпоток увеличивается на 3-4%. Становится популярным зимний отдых на Байкале, люди со всего мира едут посмотреть на прозрачный лед озера, известного как самое глубокое на планете и как самое чистое в России. Однако чистота Байкала и его берегов в последнее время вызывает все больше сомнений, особенно из-за большого количества мусора.

«На Байкальской природной территории действует более 1200 несанкционированных свалок. В течение 2018-2019 годов органами власти субъектов, местного самоуправления ликвидировано более 200 свалок на общей площади более 300 га. Анализ состояния законности в сфере обращения с отходами свидетельствует о ежегодном увеличении объема образующегося мусора при низкой степени переработки», — сообщили ТАСС в Байкальской межрегиональной природоохранной прокуратуре.

Вопиющим случаем загрязнения байкальского побережья стала история с турбазой «Песчанка», работники которой весь мусор спрессовывали в брикеты и закапывали в землю, а сточные воды сливали на почву. Ущерб природе оценен в сумму около 1,5 млн рублей, управление СК по Иркутской области в январе 2019 года возбудило уголовное дело в отношении руководства турбазы.

Сточные и подсланевые воды — такая же глобальная проблема. Сейчас на Байкале работает всего одно экосудно, на которое владельцы других судов могут сдавать отходы. Оно является несамоходным и сильно удалено от северных районов озера. Во время навигации на него сдается около 700-800 тонн нефтесодержащих отходов и сточных вод, а значительная часть действующего флота на Байкале сбрасывает их в озеро. По оценкам экспертов, ежегодно в Байкал попадает от 160 до 400 тонн нефтепродуктов и сточных вод.

Дефицит инфраструктуры

В то же время прокуратура отмечает низкий процент выполнения природоохранных мероприятий, которые бы позволили снизить негативное влияние человека на окружающую среду, в том числе на экосистему озера. Слабо исполняется федеральная целевая программа (ФЦП) «Охрана озера Байкал».

«На реализацию 21 программного мероприятия в 2018 году предусматривалось финансирование в размере 1,8 млрд рублей, в том числе на ликвидацию накопленных отходов от деятельности ОАО «БЦБК» (Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат), ОАО «Усольехимпром» на территории Иркутской области, из них освоено 236,3 млн рублей, возращено в федеральный бюджет 1,6 млрд рублей», — сообщает ведомство.

Масштабных работ по проектированию и строительству полигонов для мусора или мусоросортировочных комплексов на Байкале не идет. Активнее всех уборкой мусора с байкальских берегов занимаются волонтеры, усилиями которых самые популярные места отдыха в последние годы стали заметно чище. Предприниматель и общественный активист Надежда Николаева каждый год проводит на Байкале массовые экологические акции, результатом которых стала, например, полная ликвидация свалок на острове Ольхон. Активистка также отмечает, что начинает меняться сознание туристов и жителей побережья Байкала, которые уже приучаются убирать за собой мусор. Однако, как выразилась женщина в беседе с ТАСС, «страшных картин» на берегах озера еще достаточно.

В центральной экологической зоне Байкальской природной территории, по данным прокуратуры, работает всего 12 очистных сооружений, а при их эксплуатации допускаются многочисленные нарушения законов и санитарных нормативов. Очистных сооружений не хватает, а новые не строятся, хотя они и предусмотрены ФЦП и федеральным проектом «Сохранение озера Байкал» нацпроекта «Экология».

Противоречия в законах

Отсутствие на байкальском побережье инфраструктуры, которая бы решила вопросы с мусором и сточными водами, во многом является результатом несовершенства законодательства. Например, как отмечает депутат Государственной думы Михаил Щапов, тяжело продвигается реализация проекта по строительству в Улан-Удэ очистных сооружений, которые бы позволили увеличить степень очистки сточных вод, попадающих в реку Селенгу — основной приток Байкала. Причина в том, что приказ Минприроды РФ № 63 «Об утверждении нормативов предельно допустимых воздействий на уникальную экологическую систему озера Байкал» предъявляет очень жесткие требования к степени очистки сточных вод. Они должны быть чище, чем вода в самом Байкале, поясняет депутат.

«Строительство, а главное, содержание таких очистных будет стоить запредельных денег, которых просто нет в бюджетах. Аналогичная проблема с очистными в Слюдянке. Если их построить в соответствии с приказом № 63, то обслуживание будет стоить порядка 100 млн рублей в год. Муниципалитет не справится с такими затратами. В результате мы имеем парадоксальную ситуацию: казалось бы, правильные для сохранения озера требования Минприроды приводят к тому, что очистные не строятся, и нагрузка на Байкал растет», — сказал ТАСС Щапов.

В природоохранном законодательстве есть парадоксальные моменты, когда, с одной стороны, оно требует защищать Байкал и ограничивает хозяйственную деятельность в центральной экологической зоне, с другой — эти ограничения запрещают строить там мусоросортировочные станции и прочую необходимую инфраструктуру. Об этом рассказала ТАСС председатель комитета по предпринимательству в сфере туристской деятельности Торгово-промышленной палаты Восточной Сибири, член правления Сибирской Байкальской ассоциации туризма Марина Григорьева.

Попытки изменить законодательство, касающееся Байкала, сейчас предпринимаются. По словам Щапова, «идет масштабный анализ приказа № 63». «Стоит непростая задача: нормы приказа в любом случае должны работать на сохранение экологии озера, но позволять строить те же очистные. То есть новые требования не должны быть излишне жесткими, но и слишком сильно смягчать их тоже нельзя», — говорит депутат.

Кроме того, Иркутский государственный университет по заказу аппарата Госдумы готовит концепцию усовершенствования федерального закона «Об охране озера Байкал», принятого в 1999 году, и о недостатках которого эксперты и экологи заявляли уже неоднократно. Как рассказал ТАСС Михаил Щапов, когда работа специалистов университета будет представлена, депутаты на основании выводов ученых смогут подготовить пакет законодательных инициатив, чтобы снять противоречия, которые сейчас есть в правовых нормах, связанных с Байкалом.

Турпоток будут регулировать

Как отмечает Марина Григорьева, спасти Байкал призваны и подписанная в сентябре 2019 года премьер-министром Дмитрием Медведевым стратегия развития туризма в России до 2035 года и мероприятия, которые еще предстоит разработать на основе поручений президента РФ Владимира Путина. Путин, как сообщила в середине сентября пресс-служба Кремля, поручил властям Бурятии, Забайкальского края и Иркутской области принять меры для снижения негативного воздействия туризма на экосистему Байкала. Также глава государства поручил правительству РФ оценить соответствие нормативам систем водоотведения всех населенных пунктов у берегов озера.

«С утверждением правил (правила организации туризма, принятые в Иркутской области в сентябре 2019 года) и принятием стратегии развития туризма мы наконец-то будем говорить о том, что туристские потоки должны быть организованы», — отмечает Марина Григорьева.

Снизить негативное воздействие на экосистему Байкала помогут принятые в конце сентября в Иркутской области правила организации туризма. «Были выделены 11 рекреационных зон, где рекомендовано организовывать туризм. Для каждой из них была просчитана своя норма (количество туристов, которых территория может принять), также прописаны виды туризма, которые возможны в каждой зоне. Чем можно регулировать турпоток? Количеством средств размещения. Соответственно, для любителей платочного отдыха должны быть выделены стоянки с определенным количеством палаточных мест», — сообщила ранее журналистам руководитель агентства по туризму Иркутской области Екатерина Сливина.

В рекреационных зонах для тех, кто предпочитает отдыхать в палатке, власти и сотрудники Прибайкальского национального парка, кроме площадок под кемпинги, должны будут создать автопарковки, туалеты, мусоросборники. Нарушителей, отдыхающих там, где не положено, будут штрафовать.

При этом об ограничении турпотока на Байкале речи в правилах не идет. Эксперты по Байкалу вообще против того, чтобы его ограничивать. Они выступают за его цивилизованное регулирование и развитие инфраструктуры. «Столько лет вкладывали бюджетные деньги в развитие въездного туризма в регионе, в том числе на Байкал, добились определенных результатов, туристы к нам поехали. А теперь пошли разговоры о том, что их слишком много и это нужно прекращать. Туризм должен быть в районах, близких к Байкалу, где запрещена любая промышленная деятельность», — говорит Марина Григорьева.

Источник

Рукотворная болезнь Байкала

Услышал от медиапророка: у нас великое прошлое, и мы должны строить великое будущее. Чем-то на меня пахнуло, знакомым. Но ведь у нас у всех одно великое прошлое (хотя есть умники, которые хотят повырезать из него к чертовой матери куски — и как их не было: бяки они и каки): мы уцелели и сумели выжить. Стали такими, какие есть. Теперь перед нами задача посложней — уцелеть и продолжить род людской в мире, который накопил столько злой силы, что она способна накрыть всю планету, никому не оставив шанса. Этот шанс заключается в том, чтобы все люди Земли строили одно и единое будущее. Как? Мирно, дружно, продуктивно. Можно и каждый по-своему.

Инфографика «РГ» / Антон Переплетчиков / Анатолий Юрков

Перво-наперво свое личное, семейное, частное. Гарантированное законом и властью. Из которого дети, внуки, правнуки — как перед Богом — создадут, сладят, отшлифуют одно — большое и для всех.

— А при чем тут Байкал?!

Подарок от Минприроды

Эту пачку фотографий я получил в министерстве природных ресурсов и экологии России накануне Нового года (прямо надо сказать, не новогоднюю). Фотографий было много, но эта лежала сверху. И вопияла!

— Это кто же так нашу землю-матушку губит?

— Это не земля, это берег Байкала, — ответил Амирхан Магомедович Амирханов, заместитель руководителя Росприроднадзора.

— Нашли где свалку устраивать.

— Это не свалка, это перегнившие остатки спирогиры, нитчатой зеленой водоросли, выброшенные на пляж напротив поселка Заречный.

— Отторгает наш Байкал всякую нечисть.

— Да как сказать. Нечисть ли.

«Российская газета» уже публиковала материалы с Байкала про эту напасть. Академик РАН М.А. Грачев давал ей характеристику: не прозевать бы. Мы искренне надеялись, что до экологической катастрофы дело не дойдет. И ученые со страниц «Российской газеты» призывали:

— Байкал загубить — это преступление!

Предупреждение из прошлого

Не претендую на роль предсказателя. Но стал со временем ярым экологом: на моих глазах многие новостройки превращались в недругов природы. И среди них важнейшая Всесоюзная — Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат.

Последний, где меня как магнитом в ту пору прихватило, был Байкальский целлюлозный завод, который готовился к пуску.

Конечно, первыми пошли в наступление ученые Сибирского отделения АН СССР. Среди них был и член-корр. АН Григорий Иванович Галазий, директор Лимнологического института. Он и взялся за эту работу решительно. Как фронтовик Великой Отечественной.

Перед этим они все работали на войну. Совсем недавно.

Теперь бились за Байкал.

О чем они предупреждали

Сибирские ученые опубликовали коллективный доклад «Байкал и проблема чистой воды в Сибири». Материалом для него послужили в основном многолетние исследования на Байкале, проводившиеся Лимнологическим институтом, Институтом гидродинамики, Институтом теплофизики и Вычислительным центром СО АН СССР; Институтом океанологии АН СССР и Морским гидрофизическим институтом АН УССР, Институтом географии АН СССР и Байкальской комплексной экспедицией МГУ, Байкальской комплексной экспедицией Государственного гидрологического и Государственного гидрохимического институтов Гидрометслужбы при СМ СССР. И других научных организаций и инспекций, занимающихся охраной природы, воспроизводством рыбных запасов, лесных, защитой вод Сибири от загрязнений промышленными аварийными сбросами.

Общественность страны беспокоилась: в водоемы Сибири ежесуточно сбрасывается более 10 миллионов кубометров (или свыше 100 кубометров в секунду) недостаточно очищенных или совсем не очищенных промышленных стоков только с основных предприятий химической, нефтяной, металлургической и целлюлозно-бумажной промышленности.

Читайте также:  Озеро рица это грузия

Для того чтобы обезвредить та кое количество промстоков, «их необходимо разбавлять минимум в десять-пятнадцать раз?!» (Разбавление промышленных грязных стоков питьевой чистой водой было самым распространенным «способом очистки» в то время.) То есть уже тогда на эти цели в Сибири расходуется около 1000-1500 кубометров в секунду естественной пресной воды. То есть на эти нужды потребуется воды суммарно больше, чем расход ее в меженный период таких рек, как Обь и Енисей.

Современные очистные устройства, резали честно правду-матку в глаза ученые, удаляют из промстоков в основном только легкоокисляемые органические вещества (определяемые по БПК — биологическое поглощение кислорода). Эти вещества нормируются «Правилами охраны поверхностных вод». Трудноокисляемые органические вещества (определяемые по ХПК — химическое поглощение кислорода), в составе которых много ядовитых, совсем не удаляются (не улавливаются) или удаляются частично. Полностью остаются в промстоках. минеральные соли. И — вершина научно-технического прогресса — обезвреживание таких промстоков производится разбавлением в водоеме, в который они сбрасываются.

И — карты на стол! «Для обезвреживания 220 тысяч кубометров «очищенных» промстоков БЦЗ ежедневно необходимо их разбавить в 250-280 раз». И даже при таком замесе концентрация солей будет превышать естественное содержание их в воде озера.

Авторы доклада старались как можно проще, понятнее донести до советских вершителей судеб, кто тянул палец к кнопке «пуск!» на БЦЗ: вот какую прожорливую, не сказочную, гидру они допускают к подземному колодцу великой страны, а может, и всей планеты — по своей невеликой грамотности не понимая, что творят. Сохранить бездонное озеро — это не гектар кукурузы под Курском посеять.

Сделали вид, что хватились, когда только пустили Байкальский целлюлозный завод и его собрата на Селенге. Статистика нового производства ужаснула. Нет, не министров-коммунистов, а ученых: министров напугаешь только рекордным урожаем. «Оба этих предприятия будут сбрасывать непосредственно в Байкал или через протоки ежесуточно свыше 400 тысяч кубометров промстоков (или около 140 миллионов кубометров в год)». Вот эти миллионы (6,5) и висят теперь со стороны Хамар-Дабана в бассейнах-накопителях на склоне Байкала, грозят рукотворной катастрофой озеру и нам.

Байкальская бассейновая инспекция дала такую статистику за три года по БЦЗ: 1967 год — около 500 случаев сброса в Байкал стоков, превышающих предельно допустимые концентрации вредных примесей, в 1968 году — 540, а в 1969-м зарегистрировано 1186 нарушений. Нас тут же стали приучать к «новому видению байкальской проблемы»: на разбавление заводских стоков байкальской воды хватит с лихвой.

В коллективном докладе сибирских ученых напрочь отвергался такой примитивный подход к невероятно сложному комплексу байкальских проблем, многие из которых не могут быть изучены до конца века. Они приводили «завтрашний» пример, который «взорвется» в наши дни.

«Так, в воде Байкала хлоридов содержится всего около 0,6 мг на литр. А в промстоках, сбрасываемых в озеро, до 150 мг/л, или в 250 раз больше. Сульфатов в промстоках в 4-5 раз больше, щелочных металлов (натрия и калия) в 22 раза, а трудноокисляющихся органических веществ в 250-280 раз больше, чем в фоновой воде озера. Соли, вносимые с промстоками в озеро в таких концентрациях, вредны для жизни байкальских организмов, которые в течение миллионов лет приспособились к стабильным условиям жизни».

Первой крупной экологической катастрофой стала гибель более 6 тысяч пресноводных байкальских нерп — единственного млекопитающего животного Байкала. Притом пресноводного. В конце 80-х прошлого столетия на нерпу навалился мор неизвестного вида. Именно в 1987 году. В 1988-м эпидемия самопроизвольно прекратилась. В течение полугода ученые ЛИНа установили причину эпидемии — «собачья чумка». Нигде и никогда на нерпу не нападала такая болезнь.

Это было первое предупреждение: Байкал подавал тревогу о неблагополучии с водой. Позже пошли другие.

Нас обнадеживали: вот остановим, потом перепрофилируем комбинат, и все восстановится на Озере.

В 2013 году остановили. Все кричали «ура!».

А спирогира появилась на берегах в 2010-м. Об этом мы узнали задним числом.

В 2018-м — Году экологии в РФ — превратилась в экологическую катастрофу.

Переживают по этому поводу больше всех ученые. Власти — не чешутся, ну, почесываются.

Каково, а? Меняют губернаторов и министров, а хозяина на Байкале все нет. Хорошего, умного, с рукой.

Это только на карте-схеме экокатастрофа выглядит веселенькими кружочками. (см. вверху). Фото: irk.today

Как показали теперь многолетние исследования ученых ЛИНа (2013-2019 гг.), в подавляющем большинстве случаев спирогира обильно размножается лишь напротив прибрежных населенных пунктов и только осенью, когда заканчивается массовый наплыв туристов на Байкале.

О. Тимошкин, доктор биологических наук, завлабораторией биологии водных беспозвоночных ЛИНа: «За 2019-2020 гг. нами опубликованы десятки научных, научно-популярных статей, лекций, интервью, в которых мы объясняем опасность сброса в озеро недостаточно очищенных либо неочищенных стоков. Эти материалы однозначно свидетельствуют о том, что в прибрежной зоне Байкала развивается крупномасштабный экологический кризис, прежде всего обусловленный бездумным антропогенным воздействием. Регулярные наблюдения и собранные научные данные не оставляют сомнений в том, что кризисные явления прогрессируют».

На многочисленных примерах, установленных учеными ЛИНа, О. Тимошкин делает вывод: единственной научно аргументированной причиной массового развития спирогиры в Байкале является сброс неочищенных сточных вод и последующая (пока еще) скрытая эвтрофикация.

Сейчас экологическая катастрофа на Байкале решена. Но только учеными, теоретически. Ее причина и виновники: отходы человеческой жизнедеятельности (продукты) и сброс их неочищенными в такое божественно великолепное озеро. И принадлежащее всем нам.

Два академика не спорят — предлагают

Академик РАН Михаил Грачев со страниц «Российской газеты» обращался к властям в 2018 году (Году экологии в России). «Что нам предлагается: резко смягчить некоторые требования приказало минприроды приказом № 63, которым утверждены предельные нормативы допустимых воздействий на уникальную экологическую систему озера Байкал и перечень вредных веществ, относящихся к особо опасным для озера, а именно в отношении главных ионов натрия, магния, кальция, сульфата, хлорида. Предложение на первый взгляд представляется разумным, так как главные ионы не являются токсикантами. Однако, по-видимому, эти требования были приняты «в соответствии с данными исследований», проведенных под эгидой минприроды. Иначе и быть не могло. Эти результаты следует сейчас тщательно рассмотреть и прийти к окончательному заключению о целесообразности их изменения.

Есть еще одно важное обстоятельство — содержание главных ионов, которое может быть измерено с высокой точностью, способно служить индикатором общего поступления в Байкал более опасных антропогенных загрязнений. Например, в развитых странах большое внимание в последние годы уделяется поступлению в пресные водоемы различных лекарств — антибиотиков, сердечных и гормональных препаратов, обезболивающих. Их тысячи наименований.

Избыток главных ионов может быть удален из стоков практически двумя способами — методом ионного обмена (весьма дорогостоящим) и оборотным осмосом (как на космических станциях. — А.Ю.). Обратный осмос сегодня представляет собой единственную наилучшую доступную технологию и способен удалять из стоков широчайший круг практически любых загрязнителей. Он уже применяется на практике («Российская газета», 11 апреля 2018 года, стр. 14, «Ложка дегтя для Байкала»).

На мировой опыт ссылается (тоже на страницах «РГ») и другой академик Российской академии наук — Юрий Соломонов, генеральный конструктор стратегического ракетостроения корпорации «Московский институт теплотехники», Герой Труда России. Ракетчики в качестве гражданской продукции разрабатывают озоново-воздушные озонаторы, способные чистить три миллиона кубометров воды в сутки. До уровня питьевой. В Рублево, на Москве-реке, уже более трех лет работает такая установка, выдавая первоклассную питьевую воду москвичам. Компания, созданная вместе с москвичами — «Московские озонаторы», — вот уже несколько лет осваивает успешно озоновую технологию чистки стоков до уровня питьевой воды.

Семеро с ложкой

Вторая половина XX века встала у Байкала с огромной ложкой. Его чистейшая вода потребовалась всем.

А возвращают Байкалу подчас не воду, а жижу, опасную для человека. И всего, что здравствует в озере миллионы лет. И делает его воду чище слезы младенца и здоровее пилюль и капель.

Или вот еще… Подземный сток в Байкал — около трех кубических километров (4 процента) приходной части баланса. В пределах водосборной площади Озера (386 тыс. кв. км) в целом ресурсы хорошей питьевой воды могут полностью удовлетворить потребность населения Бурятии и хозяйственные нужды. Уже сейчас в жилкомхозе республики доля ее потребления более 90 процентов. Вместе с тем существуют в практике и сброс коммунальных и промышленных стоков, утечки, в том числе и загрязненных вод.

Они попадают в грунтовые потоки, фильтруются с ними и доставляют всю попутную нечисть в ближайшие дрены (водотоки, водоемы), проникают глубже в водоносные горизонты и, в конечном счете, движутся по речной сети и с подземными водами к главной дрене региона — озеру Байкал.

К чему это я? Комбинат бросили, а под ним на глубине образовался ядовитый пузырь — скопились производственные утечки. Их тысячи и тысячи кубометров. Они — повышенной вредности и тоже пробиваются к «Главному дрену региона». Более полувека идет это накопление. Всякие хозяйчики ищут, кому бы всю эту нечисть загнать. Да подороже.

Тут не только спирогира, тут скоро деревья на побережье станут вверх корнями прорастать.

В жизни Байкала в наше время произошло знаменательное событие. Президент страны не дал строить на его берегах грандиозную нефтяную трубу и велел отодвинуть ее на север, на несколько сот километров за пределы природоохранной зоны. Чтобы никто и никогда не рисковал байкальскими ценностями, которые принадлежат народу. Жизненно важными ценностями. Вечно возобновляемыми природными ресурсами.

Это произошло на наших глазах и при нашем присутствии. Исключили из биографии озера саму вероятность техногенной катастрофы.

Прежде чем принять такое решение, президент Владимир Путин переговорил со многими действительными членами Российской академии наук, прежде всего с Н.П. Лаверовым и другими академиками, которые живут и работают на озере, изучают этот природный феномен, знают, как он могуч, но и как он уязвим. И мы все это увидели и узнали. И порадовались за нашу Россию.

Но почти год в год на Байкале случилась беда, даже теоретически нежданная, — какая-то тонюсенькая водоросль-ниточка спирогира принесла экологическую катастрофу.

Что, и ее одолеть не можем?

Чем хуже — тем лучше?

8 ноября 2017 года министр природных ресурсов и экологии поручил руководителям Росприроднадзора и другим министерским чиновникам поработать над величинами предельно допустимых концентраций вредных, опасных и высокоопасных веществ для уникальной экологической системы озера Байкал. Комбинат, мол, остановили, стоки прекратились, а мы все деньги тратим на очистку вод. Откуда, почему — ведь нет уже на Байкале целлюлозного производства?

19 января 2018 года Федеральная служба по надзору в сфере природопользования (Росприроднадзор) докладывала министру о выполнении ответственного поручения. Письменно докладывала, чтоб не случилось фальши.

«Проверки очистных сооружений сточных вод центральной экологической зоны (территории-недотроги. — А.Ю.) Байкальской природной территории выявили удручающее состояние большинства очистных сооружений, а также подтвердили факт несоблюдения ни одним из существующих очистных сооружений не только нормативов сброса сточных вод, установленных приказом минприроды (№ 63 от 05.03.2010 г.), но и тех показателей очистки, до которых эти очистные сооружения должны очищать стоки по своим техническим возможностям».

Бурное распространение спирогиры кто-то пытался объяснить глобальными изменениями климата. Мол, природа виновата, а не начальник, который приказал туалеты вдоль дорог ликвидировать, а отходы цивилизации — в реки, текущие в Байкал, скидывать. Он большой, глубокий, а у нас бюджет маленький. А у природы всего завались.

Но на Байкале поверхностная температура воды за последние 60 лет изменилась, потеплела примерно на 1,3 градуса по Цельсию, — не принимали эту гипотезу всерьез коллеги Олега Тимошкина и он сам. Или повышением концентрации метана в воде. И уже совсем фантастика — усилением активности грязевых вулканов на дне озера, это они — так их перетак — всю обедню портят.

Читайте также:  Кипарисовое озеро высохло 2021

Ученые ЛИНа не добыли ни одного научно обоснованного факта, который бы свидетельствовал о климатической причине активизации этой экзотической водоросли. Ни одного!

— С другой стороны, — говорит Тимошкин, — в мировой прессе по лимнологии авторы подчеркивают: единственной научно аргументированной причиной массового развития спирогиры в Байкале является сброс неочищенных сточных вод и последующая «скрытая» эвтрофия. Водоросль оказалась «полноправной хозяйкой» во многих прибрежных районах озера на глубине до пяти метров.

Самыми «злачными» для нее местами стали некогда красивейшие пляжи Северного Байкала на отрезке побережья бухты Сеногда — устье реки Тыя. Там, где ее в свое время и обнаружила Анжелика Тиссен.

Никто из нас не имеет права сказать, что в экологической катастрофе на Байкале виноваты ученые. Вообще в чем-либо они виноваты. Их, если честно, иногда даже не допускают к байкальским делам, все чаще локотком отодвигают: мы сами с усами. (Эти слова академик М.А. Грачев прокомментировал на полях: «Так было, и так, неверное, будет всегда». Уж если до такой степени неверия доходит скептицизм академиков. — А.Ю.) И чтобы все так и оставалось, Байкальскую межведомственную комиссию оттолкнули в бумаговерть: пусть побудет на побегушках. Особенно когда бюджет делят.

Сегодня призыв охочих людей: как бы на Байкале побольше поживиться. Изощряются и чиновник-делец, и деляга-хапец. Но ведь ясно же, что баснословная стоимость озера — в его чистейшей воде. Нескончаемой. Бери — хоть продавай, хоть дари, только не плюй. В этом все дело. А они все — нет, давай нам «комплексный потенциал с целью достижения системного. «

Ну, дадим. Ведь опять все профукаете, замордуете доброе дело. Уж лучше вам не дать, чем людям, природе не останется.

…Есть в лексиконе людей слово «земля» и Земля с большой буквы. А есть земля отцов — она всегда и только с большой — Отечество. На территории нашего Отечества Творец поселил Байкал. А мы что с ним делаем?

Обозреватель «Российской газеты» Юрков Анатолий Петрович родился в Пронском районе Московской области 4 марта 1935 года. Что из этого вытекает? Наш коллега, обладатель высшей награды Союза журналистов «Золотое перо России» сегодня отмечает юбилей — 85 лет. И отмечает его в соответствии с законами профессии: публикует в «РГ» очередную полосу из своего многолетнего байкальского цикла.

Фото: Виктор Васенин

Кстати, таких аналитических публикаций о состоянии Байкала и его кричащих проблемах за минувшее десятилетие обозреватель Юрков напечатал море — больше 75. Многие эссе, включая хронику борьбы за чистоту священного моря, вошли в его книгу «Три покушения на Байкал».

По словам Юркова, журналист, кем бы он ни был на газетном конвейере, литсотрудником или газетным начальником, или наоборот, всегда обязан в любой момент подтверждать свое призвание — пером. Анатолий Петрович — автор не только статей, публицистических изданий, но и художественных книг. В преддверии 75-летия Великой Победы вышло из печати его пронзительное произведение «ДОЛГИЙ КОРОТКИЙ ВЕК» о послевоенном самочувствии семьи, в которую с поля боя вернулся изувеченный… еле живой солдат. Тут особый жизненный крен.

Поздравляя Юркова с юбилеем, коллеги выражают свое восхищение тем, что он сделал для отечественной журналистики в целом и для отдельных коллег, его учеников. Наша признательность за его понимание смысла товарищества — везде и всегда.

Источник

Прощание с архипелагом: ученый в Бурятии прогнозирует утрату Байкала таким, каким мы его знаем

Директора Байкальского института природопользования, член-корреспондента РАН, доктора географических наук, профессора Ендона Гармаева трудно заподозрить в приукрашивании ситуации, связанной с Байкалом. Ученым это не свойственно. Но то, что он прогнозирует для обозримого будущего Байкала пугает по-настоящему.

— В последние годы мы много слышали и читали апокалиптических сценариев для Байкала. Расскажите, пожалуйста, что, на ваш взгляд, происходит и какая судьба ждет Байкал и его экосистему?

— Еще недостаточно пишут и говорят, потому что положение очень серьезное. Как известно, после строительства Иркутской ГЭС озеро Байкал представляет собой искусственное водохранилище. Его уровень определяется в большей степени не природными факторами, а интересами водопользователей.

Уже сейчас значительная часть дельты Селенги находится в затопленном состоянии, появилась реальная угроза потери Чивыркуйского перешейка. Полуостров Святой Нос может превратиться в остров, а острова архипелага Ярки на севере Байкала, которые служат барьером (в том числе естественным биофильтром очистки воды) Верхнеангарского сора, со всеми вытекающими последствиями ждет разрушение. Холодные байкальские воды уничтожат всю уникальную экосистему мелководий в дельтах Верхней Ангары и Кичеры и, в том числе, верхнеангарскую расу омуля.

При превышении уровня воды до 457,0 м Тихоокеанской системы высот в период многоводных лет середины 1990-х годов были разрушены береговые линии низменного восточного побережья — прибрежных лесов, зон отдыха, пляжей и береговых сооружений, нанесен повсеместный экологический ущерб всему природно-биологическому комплексу озерной системы.

Яркий пример осени 2018 года, когда при уровне воды 456,95 м под водой оказалась узкая перемычка суши, отделяющая озеро Арангатуй от Чивыркуйского залива. Сегодня под водой находятся все кемпинги на перешейке со стороны Баргузинского залива и снова соединились водные массы озера Арангатуй и Чивыркуйского залива, ветром воду захлестывает на автомобильную трассу. А основные осенние штормовые ветра еще впереди…

Не трудно догадаться, что в случае прорыва перешейка, соединяющего полуостров с материком, полностью изменятся экосистемы Чивыркуйского и Баргузинского заливов. При повышении уровня воды до предлагаемой отметки 457,85 м почти наполовину сократится площадь дельты реки Селенги – объекта Рамсарской конвенции, и под угрозой окажется территория Кабанского заказника. Сегодня кордон этой особо охраняемой природной территории уже подтапливает. Вследствие исчезновения архипелага Ярки, которое неизбежно произойдет при таком форсировании уровней воды, произойдут и коренные изменения в экосистеме озера Байкал. В конечном итоге сократится площадь нагула самых ценных представителей байкальской фауны в трех наиболее продуктивных экосистемах озера: дельты Селенги, Чивыркуйского залива и Верхнеангарского Сора.

Также Байкал в ближайшее время может потерять свое уникальное биоразнообразие, вплоть до полного исчезновения многих эндемичных видов, особенно на Чивыркуйском перешейке на территории «Заповедного Подлеморья». Населенные пункты, расположенные непосредственно в дельте Селенги и на побережье озера, уже испытывают вредное воздействие высоких вод от затопления и подтопления, а жители сел, расположенных на полуострове Святой Нос — Монахово, Курбулик и Катунь — 118 человек и вовсе рискуют быть «оторванными» от большой земли.

— Объясните, пожалуйста, подробнее причины происходящего…

— После ввода в эксплуатацию Иркутской плотины уровень Байкала был поднят почти на 1 метр и за период эксплуатации Иркутской ГЭС до 2001 года уровень Байкала 17 раз превышал отметку 457,0 м и 18 раз опускался ниже отметки 456,0 м, а максимальная амплитуда колебания уровня воды в озере составила 2,08 м. Фактические уровни озера в естественных условиях до 1956 года варьировали от 454,93 м Тихоокеанской системы высот (ТО) — зафиксированный исторический минимум в 1904 года до 457,10 м ТО – зафиксированный максимум в 1869 году. После того, как ГЭС была построена — с 1960 по 2020 годы минимальная отметка была зарегистрирована в 1982 году на уровне 455,27 м ТО, а максимальная в 1988 году – 457,42 м ТО. Таким образом, в естественных условиях до строительства Иркутского гидроузла амплитуда колебания уровня воды в Байкале составляет 2,17 м.

После принятия 26 марта 2001 года Постановления Правительства РФ № 234 «О предельных значениях уровня воды в озере Байкал при осуществлении хозяйственной и иной деятельности» уровень воды регулировался в метровом диапазоне. Но 25 февраля 2015 года уровень воды опустился ниже отметки 456,0 м. В этих условиях в срочном порядке было принято Постановление Правительства Российской Федерации от 01.07.2016 г. № 626, которым приостанавливалось действие Постановления № 234 до 1 января 2018 года и уже предусматривалось без обсуждения и консультаций увеличение диапазона колебания уровня воды в Байкале до 2 метров 31 сантиметра, чего никогда на Байкале не наблюдалось.

Действительно, в связи с исключительным маловодьем, установившимся в регионе, нижний предельный уровень воды озера нарушался 4 года подряд: в 2015 – 2018 годах с минимумом 455,71 м ТО, зафиксированным 28 апреля 2016. Поэтому в целях регулирования уровня воды Байкала в правовом поле было принято Постановление Правительства РФ № 1667 от 27 декабря 2017 года, которым также было приостановлено действие Постановления № 234 от 2001 года теперь до 1 января 2021 года.

В настоящее время на рассмотрении находится проект Постановления Правительства РФ, который заменит Постановление № 234 на постоянной основе. По существу, рассматриваемый проект повторяет по содержанию Постановление № 1667 и также предусматривает вместо метрового диапазона регулирования уровнем воды его увеличение до 2,31 метра! До 16 сентября на федеральном портале проектов нормативных правовых актов regulation.gov.ru проходило публичное обсуждение этого проекта, и мы разместили там свое резко отрицательное отношение к новым параметрам регулирования уровенным режимом Байкала. Но этого виртуального обсуждения наиважнейшего документа явно недостаточно! Мы требуем его общественного слушания и научного обоснования в заинтересованных регионах.

— Не могли бы вы разъяснить содержание обсуждаемого проекта?

— Про нижний предельный уровень до 455,54 м ТО, прописанный в проекте и рекомендуемый узаконить уже на постоянной основе, тоже можно и нужно говорить, и обсуждать вместе с общественностью, и мы об этом много писали. Если предлагаемую минимальную отметку мы вынуждены принять с оговоркой «в исключительных случаях малой водности» (у нас такая ситуация действительно наблюдалась в 2014-2017 годах), а это, собственно, уровень мертвого объема озера-водохранилища, ниже которого просто нельзя опускаться! Напомню, при зарегулировании Ангары в конце 50-х годов прошлого века уровень водной поверхности озера поднимали на метр. Но сегодня гораздо важнее верхний предел – 457,85 м! Упорно уже в третий раз подряд в проекте предлагается в многоводные годы разрешить поднять уровень воды до 457,85 м.

Здесь надо учитывать, что за 60 лет при высоких уровнях воды экосистема Байкала только адаптировалась к навязанным человеком условиям, а тут предлагается снова поднимать уровень воды озера на 85 сантиметров выше верхнего предела по Постановлению №234 от 2001 года, поэтому к верхним пределам требования должны быть более жесткими. Во-первых, предлагаемая отметка 457,85 м объясняется пропуском дождевых паводков 0,01 %-ной повторяемости — событием, которое может случиться 1 раз в 10000 лет – такой запас прочности мы считаем излишним. Учитывая, что уровень воды в Байкале никогда (ни в естественном цикле, ни в зарегулированном), не поднимался до этой отметки, такая форсировка просто недопустима! При принятии новых правил по регулированию уровня воды последствия будут такими, как сказал выше, ведь мы наблюдаем их уже сегодня при уровне воды 457,05!

— Есть ли выход из данной ситуации?

— Необходимо больше воды сбрасывать через Иркутскую плотину. Сегодня сбрасывают 2700 куб. метров в секунду, тогда как по Правилам использования водных ресурсов (ПИВР) при уровне выше 457,0 м ТО предусмотрены объемы расходов в 6000 м3/с. Это объясняется риском затопления территорий в нижнем бьефе Иркутской ГЭС. И получается, чтобы избежать затопления части Иркутска в многоводные годы придется поднимать уровень воды в Байкале и подвергать риску низкорасположенные территории на восточном побережье озера. Безопасность населения и объектов экономики в нижнем бьефе Иркутского гидроузла, безусловно, важна и необходима, но мы много раз писали и говорили, что пока нет паводков редкой повторяемости, властям города и области нужно провести мероприятия по обеспечению сбросов воды в Ангару до 6000 м3/с согласно ранее принятым ПИВР без ущерба экономике и населению.

Читайте также:  Озеро с грязями в хакасии

Если предложенные в проекте Постановления Правительства РФ максимальная и минимальная значения уровня воды в Байкале будут приняты, диапазон его колебания составит 2,31 м, тогда как максимальная амплитуда при естественном цикле достигала 2,17 м. Такие большие колебания, в конечном итоге, приведут к нарушению устойчивости и разрушению экосистемы Байкала в целом. В конечном итоге Байкал рискует попасть в Список участков Всемирного природного наследия, находящегося под угрозой, и становится реальным кандидатом на его исключение из данного Списка со всеми вытекающими отсюда новыми санкциями для России, которая вновь ставит интересы олигархического капитала выше мировых ценностей.

Источник



Судьба Байкала: что ждет красивейшее озеро страны?

© alexsvatov.livejournal.com 07 Ноя 2016, 12:38

ГЭС на прибайкальских реках: тревожные прогнозы и долгие переговоры

Сотрудники Института общей и экспериментальной биологии Сибирского отделения РАН дают неблагоприятные прогнозы в случае реализации проектов по возведению ГЭС на притоках Байкала, которые грозят в случае осуществления уничтожить уникальную экосистему в самое ближайшее время. Исследователи предсказывают существенное снижение уровня озера, изменение гидрохимического состава его воды, в т. ч. — возрастание уровня азота, увеличение популяции сине-зеленых водорослей. Следствием может стать засоление верхних слоев почвы, что повлечет за собой изменение и гибель многих видов местной флоры и фауны.

Экологической катастрофы, подобной произошедшей в СССР с Аральским морем, возможно избежать. Но пока, несмотря на протесты властей РФ, соседняя страна от своих планов отказываться не собирается.

В конце лета — начале осени этого года в Иркутской области и в Бурятии ожидались общественные слушания, которые… так и не состоялись. Заявление о необходимости учета позиции российской стороны по вопросу строительства на впадающих Байкал реках сделал и выделивший на него средства Всемирный банк. Однако, в обход обещаний, проектировщики, минуя этап публичных обсуждений, взялись за разработку техзаданий к спорному проекту.

В октябре 2016 года глава Министерства иностранных дел Сергей Лавров встретился со своим монгольским коллегой Цэндийном Мунх-Оргилом . Стороны объявили о поиске взаимоприемлемых выходов из сложной ситуации: в частности, Россией был предложен вариант снижения стоимости электроэнергии.

Но ситуация по-прежнему тревожит защитников природы. Проведение слушаний затягивается, и представители международной организации «Реки без границ» вместе с российскими экологами опасаются, что обсуждение уже утвержденных проектов, ориентировочно переназначенное на декабрь, может стать простой формальностью для монгольской стороны. А если гидроэлектростанции все-таки построят — экосистема Байкала попросту не выдержит нагрузки. И тогда за считанные годы крупнейшее озеро мира измениться до неузнаваемости, оставшись прежним только на фото и видео. И еще в воспоминаниях туристов и жителей прилегающих регионов.

Гидроэлектростанции и Байкал: планы Монголии и спонсоры проекта

Первые планы по постройке ГЭС на истоках озера появились в 2012 году. Монголия собиралась поставить электростанцию на левом притоке Селенги, Эгийн-Голе . Молодой проект Mining Infrastructure Investment Support Project, MINIS заручился поддержкой Всемирного банка, который выделил под будущее строительство 25 млн. долларов (в качестве помощи развивающейся стране). Займ в 1 млрд долларов готов предоставить под возведение ГЭС Экспортно-импортный банк Китая, представители которого заключили с президентом Монголии концессионный договор. Прокладку дорожной сети и подготовительные работы планировалось закончить за 13 месяцев. Однако протесты российской стороны и международных экологов процесс приостановили. Надолго ли — неизвестно, потому что пока монгольские чиновники не собираются отказываться от своих планов.

В 2013 году на повестке дня появились планы возведения системы из шести гидроэлектростанций, которые хотят поставить как непосредственно на реке Селенга, так и на ее притоках, приносящих около 80% от общего объема байкальских вод. Среди планируемого — ГЭС на Селенге, Эгийн-гол , Орхоне (с резервуаром водохранилища), пересечении его с Толой, на Дэлгэр-Мурэн . Также монгольские строители собираются возвести гидроузел на Толе.

Наибольшую тревогу экологов из всех шести проектов вызывает первый по хронологии и самый масштабный — «Эгийн-гол» . Монголия считает, что он не подпадает под подписанное в 1995 году международное обязательство об использовании вод трансграничных рек. Как сообщают СМИ, подрядчик продолжает строительство моста для подъезда к будущей плотине и прокладку дорожной сети. В случае если электростанция будет построена, мрачное будущее, которое предсказывают для Байкала ученые, может стать реальностью. С которой придется жить.

Впрочем, даже сейчас, когда планы строительства каскада ГЭС вызывают справедливое возмущение защитников природы, а также жителей Иркутской области и Бурятии, это не единственная угроза уникальной природе озера.

Берега: сегодня и завтра

Экологическая обстановка в окрестностях Байкала уже сегодня внушает нешуточные опасения за судьбу озера. Хозяйственная деятельность человека — промышленные отходы, продукты деятельности очистных сооружений Улан-Удэ , оставляемый мусор — привела к заметному загрязнению крупнейшего в мире резервуара пресной воды.

Результатом стало появление в бассейне нитчатых водорослей. В перспективе не устраненные последствия бесхозяйственной деятельности, в том числе — наследие прошлых лет, пагубно сказываются на экосистеме охраняемого природного памятника. Добавляют проблем и пожары, от которых за текущий год, невзирая на усилия останавливавших возгорания спасателей и добровольцев, пострадало 145,6 тысяч гектаров леса.

Однако, как сообщают экологи, лес сокращается не только от губительного огня: природа Байкала и окрестностей страдает от лесорубов. Несмотря на статус заповедника и заявления властей Бурятии, прибрежный лес теряет деревья в ходе несанкционированных лесозаготовок едва ли не меньше, чем от пожаров. Экологи пытаются противостоять проблеме, но силы пока неравны. По информации Гринпис, в окрестностях уникального озера сносится и вывозится на экспорт более 3 млн куб м леса (!). А между тем сокращение зеленого массива для водоема может стать одной из причин обмеления и постепенной потери воды.

Не только флора, но и фауна Байкала подвергается регулярным набегам браконьеров. «Предприниматели» вылавливают омуля и хариуса, охотятся на байкальскую нерпу, кабаргу, изюбря. Из-за людской жадности на Ольхоне практически исчезли ранее традиционно появлявшиеся там гнездовья орлов.

Гринпис сообщает еще об одной беде Байкала — сбросе судовых нефтепродуктов и сточных вод, называя цифру около 160 тонн (!) в год попадающих в воду отходов.

Страдают берега озера и от людской халатности: на территории заповедника появляются стихийные свалки. И сколько ни собираются экологи для уборки мусора, системно решить проблему массовой бесхозяйственности они не в состоянии. Нет для этого у общественников достаточных ресурсов.

Как сообщает Regnum, 28 октября этого года в Улан-Удэ на заседании межведомственной комиссии по вопросам охраны Байкала министр природных ресурсов и экологии Сергей Донской заявил о проблеме существенного снижения уровня воды. Ситуация возникла в связи с климатическими факторами — повышенной летней температурой в 2014 году — и деятельностью российских гидроэлектростанций, в частности — Иркутской ГЭС. Чиновник констатировал полное отсутствие оперативной реакции как надзорных органов, так и самого собственника электростанции. К февралю 2017 года уровень вода может упасть до отметки 456,0 ТО м — цитирует своего собеседника издание.

Туризм на Байкале: благо или проклятие?

Ежегодно полюбоваться живописными окрестностями Байкальского заповедника со всей России и из-за рубежа съезжаются десятки тысяч туристов. Их ждут хостелы и гостиницы, санатории и частные дома. На Байкале развиты все виды туризма — спортивный, оздоровительный, водный, круизный. К услугам гостей помимо экскурсий — конные прогулки, рыбалка и даже квадроциклы. Кто-то выбирает гостиничный отдых, бывалые путешественники предпочитают поездки «дикарями». Сюда ездят набираться впечатлений и фотографировать красивейшие виды.

Помимо отечественных компаний в туризм теперь вкладывает средства и соседний Китай. Недавняя новость — в октябре этого года фирма «Чжунцзинсинь» подписала меморандум с российским туроператором «Гранд Байкал». Партнеры планируют создать на месте закрытого ЦБК туристический кластер. Озвучена и сумма, которую планируется вложить в развиваемую отрасль: 11 млрд долларов. Именно столько бизнес собирается потратить на развитие инфраструктуры, прокладку новых дорог, оборудование и новые здания гостиниц. Однако на самом ли деле все так радужно, как выглядит на буклетах туроператоров?

Действительность в приближении сильно отличается от продаваемой через сайты туристических фирм виртуальной реальности. Потому что проблемы Байкала никуда не делись, больше того — они усугубляются с каждым годом. По сообщениям блогеров и экологов, окрестности заповедника — популярные места отдыха — уже сегодня завалены мусором. Любители природы везде, где останавливаются, умудряются оставлять следы своего пребывания. Пластиковая посуда, полиэтилен, брошенные костровища попадаются в лесу, на пляжах, в горах. Печальный опыт говорит о полном отсутствии культуры у сегодняшних гостей заповедника. Помимо свалок его настоящей бедой стали модные квадроциклы, колесами которых в буквальном смысле изрезаны берега и даже лесные пространства. На фоне лесных пожаров (часть которых возникает и в результате непотушенного путешественниками огня) и массовых вырубок картина становится все более удручающей.

Речь идет не просто о мусоре, портящем удивительные виды, и дорожках, оставленных любителями быстрой езды. Природа заповедника — целостная система, в которой все взаимосвязано. Гибнет трава — исчезают насекомые, повышается общий уровень шума — уходят от привычных гнездовий птицы, загрязняется водоем — навсегда пропадают его исконные обитатели. А ведь озеро уникально не только благодаря возрасту, глубине и необычному происхождению. Большинство (800 из 1200!) обитающих в заповеднике животных и растений эндемичны. Говоря более простым языком — более нигде не встречаются, потому что возникли когда-то в условиях, которые невозможно повторить. В число уникальных видов входят обитатели озера: байкальская нерпа (pusa sibirica), голомянка, рачок байкальская эпишура, байкальские губки, омуль, глубинные широкоблоки, байкальские губки, турбоцеллярии и т. д.

Защитники природы и ученые поднимают вопрос об угрозе исчезновения неповторимой байкальской экосистемы, которая может в один прекрасный момент погибнуть, не выдержав губительного антропогенного воздействия. 2 ноября 2016 года в Танхое прошел круглый стол «Роль общественного участия в решении проблемы загрязнения вод озера Байкал». Инициаторами мероприятия стали Минприроды Иркутской области, фирма En+ Group и благотворительный фонд «Возрождение земли сибирской».

Участники проекта «Берега России», проехавшие 1250 км от Иркутска до поселка Турка, обследовали Ольхон, Северобайкальск, Чивыркуйский залив, Усть-Баргузин , Ушканьи острова, Байкало-Ленский и Баргузинский заповедники, совершили двадцать одно погружение. Экологи зафиксировали небывалое распространение водорослей, повышенное содержание фосфоросодержащих солей, большое количество пораженных неизвестной болезнью байкальских губок, частицы микропластика.

О заметных и невеселых изменениях в облике побережья рассказывают не только ученые и экологи, но и обычные путешественники. За десять лет, по словам недавно посетившего Байкал Виталия Рябцева, местность сильно, порой до неузнаваемости, изменилась не в лучшую сторону. Окрестности озера сильно страдают от пожаров, буквально выедающих участки леса. Ушли со своих исконных мест обитаний хищники, расплодились не встречающиеся ранее в этих местах бакланы. Традиционные обитатели байкальских берегов больше не находят привычной для себя пищи и гибнут или перемещаются в более гостеприимные места. Ручьи и озера при отсутствии деревьев мелеют, а затем пересыхают — и там, где десять лет назад был водоем, сегодня зачастую остается только высохший и поросший травой котлован. От шума машин птицы и звери тоже предпочитают держаться подальше.

А ведь десятилетие — это ничтожно малый для природы срок. Родиться за это время новая экосистема не может. Зато — при активном негативном воздействии человека — пугающими темпами деградирует старая. Если в этот процесс не вмешаться сейчас, еще через некоторое время Россия потеряет уникальный заповедник, природный памятник и объект ЮНЕСКО. Стоит ли это так называемого развития туристической отрасли — если в том виде, в котором она существует сейчас, она вносит свой весомый вклад в медленное убийство Байкала?
Ведь еще не поздно вмешаться и остановить уничтожение природы. Которая тает под топорами и пилами лесодобытчиков, бьется в сетях и под ружьями браконьеров, раздавлена колесами квадроциклов, иссушена лесными пожарами и построенными в разное время плотинами, завалена неразлагающимся мусором. Но все еще борется за жизнь.

Источник

Adblock
detector