Меню

Нашли озеро в лесу

Чешская путешественница восхитилась «русской сказкой» на Байкале

Чешская туристка Йолана Седлачкова, путешествуя по России, рассказала, что ее сильно впечатлила глухая деревушка Давша у озера Байкал, похожая на мотивы из «русской сказки». Ее слова приводит национальный еженедельный журнал Reflex.

Эта деревня находится в окружении девственных лесов. Известно, что экосистему Баргузинского национального парка ранее включили в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

«Деревня — как будто из русской сказки. Деревянные домишки были покрыты снежными шапками, а вокруг только бесконечные леса и чистое озеро», — рассказала Седлачкова.

По ее мнению, Байкал притягивает к себе внимание не только природой, но и особой атмосферой в любое время года. Иностранка путешествует на собственном автомобиле.

Она уже успела побывать в Змеиной бухте, где расположен один из самых теплых термальных источников на Байкале. Температура воды находится на уровне 38,5 — 45 градусов. Люди купаются там в деревянных ваннах прямо под открытым небом.

«Мы согрелись до самых костей. Из воды поднимался пар, который тут же замерзал у нас на волосах. После купания вылезать из ванны на удивление было не так неприятно, как забираться в нее», – отметила она.

Туристка посетила также зимник на реке Лене и побывала у Ленских столбов. Ее приятно удивили скальные колонны, обрамляющие реку на протяжении 40 километров. Она призналась, что Сибирь зимой дарит «потрясающие впечатления».

«Я люблю те края и большие расстояния, которые формируют характер людей и порождают невероятные истории», – резюмировала она.

Ранее дайверы искупались под хруст льда на Байкале. Экстремальное погружение в воду сняли на видео. Озеро славится тем, что зачастую лед на нем приобретает причудливые и удивительные формы.

Источник

Мы нашли его! Озеро Гавнозеро!

Шесть лет назад на Пикабу появился пост про озеро Гавнозеро в Карелии: Озеро Гавнозеро в Карелии

Мы не нашли ни одного фото в интернете. Решили исправить эту несправедливость и отправиться на поиски озера Гавнозера.

Ну вот какой год такие и приключения!

Прилетели в Петрозаводск — столицу Карелии. И первым делом отправились забирать арендованный заранее автомобиль. Т.к. До ближайшего населенного пункта где можно переночевать перед завтрашним забегом к озеру — около 400 километров и других способов добраться до туда, кроме как на машине — нет.

В процессе планирования нашего путешествия мы однозначно поняли, что просто добежать до Гавнозера ну уж слишком незамысловатая задача, хоть это и физически не просто: 15 километров по лесам Карелии от ближайшей трассы в одну сторону и 15 км обратно. Но для нас это значило следующее: просто прибежать, просто увидеть, просто сделать фото и просто вернуться обратно. На челлендже не тянет.
Я предложил сколотить плот, чтобы добраться до одного из островов, которые обозначены на карте:

Но плот слишком трудоемкая задача, чтобы успеть решать ее одним днем на месте после забега и, очевидно, мало выполнимая, а вот легкая резиновая лодка вполне себе история. Решено. Наш челлендж усложняется: добежать до озера не налегке, а с лодкой и веслами, и не просто добежать, а еще и доплыть 250 метров до острова в самом центре озера:

Выезжаем из Петрозаводска по пути находим ближайший магазин для охотников и рыболовов так как любые попытки купить лодку у частных продавцов означают для нас крюк в несколько десятков, а иногда даже сотен километров, что в условиях жесткого тайминга для нас неприемлемо. Купили полутора местную надувную лодку способную выдерживать 190 кг на борту. Весит эта лодка 10 кг + 2 весла и вот со всем вот этим нам предстояло найти озеро Гавнозеро.

Едем дальше по невероятно красивой Карелии в сторону Пудожа вокруг огромного, как бескрайний океан, Онежского озера. Пудож — это городское поселение с населением не многим более 8000 человек и это единственное ближайшее место к озеру, где можно было остановится в гостинице и переночевать, что бы рано утром на рассвете отправится на поиски.

А Карелия это просто сказка. Совершенно грандиозный заповедник с невероятной природой. Тридцать тысяч озер, тридцать, Карл! И одно из них наше, то самое озеро ставшее смешным мемасиком на Пикабу. Озеро Гавнозеро.

Мы проехали почти 200 километров по этой безумной красоте обсуждая планы на завтрашний день: подъем на рассвете, завтрак, поездка из Пудожа в направлении деревни Рагнукса (это самый близкий населенный пункт к озеру, всего 20 домов), далее по грунтовой дороге до ближайшей возможной точки где можно оставить машину, ну а дальше бегом 15 километров до озера.

Стемнело. Это еще одна сложность так как световой день в ноябре, особенно на севере очень и очень короткий (всего 6 часов) и за это время нужно успеть, все что задумано. Понимаем, что времени объективно в притык и, что самое главное успеть до наступления темноты добраться обратно до машины. Как только пришло осознание этого факта Алеше в голову пришла еще одна прекрасная идея: на знаменитом в интернете озере нужно поставить табличку с названием, чтобы исправить эту очевидную несправедливость.

В пути до села Пудож нам оставалось ехать еще часа 2 которые мы перебивая друг-друга потратили на то, чтобы придумать, “как” и “из чего” сделать добротную табличку с надписью. В процессе обсуждения стало понятно, что если не сможем найти кузнеца по приезду в Пудож, то придется утром заехать в магазин хозяйственных товаров и смастерить табличку из того, возможной продающейся там материалов.

Покружив в темноте немного по поселку в поисках кузни или любого другого жестяного производства и, конечно, же ничего не найдя мы приехали в отель. Заселились в президентские люксы по 3500 руб. / сутки, чтобы отдохнуть и утром через хозяйственный магазин отправиться на поиски озера.

На рассвете в 8 утра выезжаем из гостиницы. Пока не знаем как решить вопрос с табличкой, но мы полны решимости, ведь не бывает неразрешимых задач. На крайний случай сделаем табличку из разделочной доски и маркером по дереву напишем название.

В субботу хозяйственные магазины открываются в 10:00 поэтому у нас было немного времени, чтобы изучить местные окрестности Пудожа. Очень колоритно, согласитесь:

Ровно в 10:00 забегаем в хозяйственный и выбираем компоненты для будущей таблички. Вариантов масса. Есть табличка для бани. Черенок от лопаты в качестве основы для таблички, отличный вариант. Баллончик с краской, чтобы сделать надпись долговечной. Топор, противень, малярный скотч, отвертка, пару саморезов и концелярский нож. Кажется — это идеальный набор для того, чтобы сделать капитальную табличку с надписью озеро Гавнозеро.

Светового дня все меньше и меньше, нужно очень торопиться, чтобы проехать 80 километров до ближайшей к озеру точке. Оставить тачку и бежать. Табличку будем мастерить в дороге. Других вариантов нет. Короткая остановка на полпути. Необходимо сделать острым черенок.

А также сделать плоским противень, чтобы можно было сделать трафарет, нанести два три слоя краски для надежности и прикрутить табличку к черенку.

Очевидным показался способ уплостнения топором, но после нескольких безуспешных попыток, мы поняли, что самый правильный способ это прокатать по нему машиной туда-сюда и далее уже проивести нюансировку топором до получения желаемого результата.

Результат шикарный. Заготовка получилась очень не дурной. Теплый, крафтовый, надежный хендмейд. Отправляемся в путь дальше, очень и очень торопимся, все остальное по ходу движения.

Не перестаем удивляться красотам Карелии. Невероятно как она прекрасна! Даже не смотря на очень низкое серое небо просто дух захватывает от бескрайних просторов русского севера.
Мы свернули с трассы на грунтовую, очень высокой неровности дорогу, по которой предстояло проехать еще примерно 40 километров до условного крестика на карте, где мы должны были бросить нашу машину.

Леха рулил, я трясся и пытался не накосячить, делая надпись на плоском противне.

Задача не из легких делать это в трясущейся машине, но как же здорово, что мы выбрали алюминиевый противень в качестве основы для таблички. Алюминий очень мягкий и податливый материал, вырезать буквы по нему сплошное удовольствие, нож очень мягко на полмиллиметра врезается в тело противня, создавая очень приятный эмбос каждой буквы и не соскальзывал от тряски в стороны. Буква за буквой я вырезал надпись.

Читайте также:  Растения прибрежной зоны озера

Мы нанесли 3 слоя черной матовой краски на получившийся трафарет, дали немного просушиться и оторвали куски оставшегося малярного скотча.

Результат превзошел все наши ожидания. Мы остались очень довольны так как буквы получились объемными на ощупь, краска легла ровно и стало понятно, что это не временная конструкция, а “вещь” на века.

Медленно но верно, мы приблизились к конечной точки нашего АВТО-путешествия. Дальше только пешком, точнее бегом, так как была вероятность не успеть вернуться к машине до захода солнца и сами понимаете, желания заблудиться в Карельских лесах в темноте в условиях полного отсутствии мобильной связи — мягко скажем желания не вызывало.
Взяли только самое необходимое: лодка, помпа-насос пара весел, топорик, бутылка воды, дрон, видео камеры и побежали.
Бежать, было очень и очень комфортно в тех местах где не было болотистой поверхности, а был мох и можевельник и очень некомфортно в слабо-пролазных полесьях.

Километр за километром, увеличиваем расстояние от места где оставил машину и уменьшаем расстояние до цели. Еще немного и будем на месте. Мысль о том, что нужно еще доплыть до острова немного тревожит.

Между корабельных сосен показался просвет. Карты в телефоне показывают 100 метров до цели. Вот же оно! Озеро до которого мы добираемся больше суток. Озеро Гавнозеро.

Мы добрались до цели! Тишина и спокойствие. “Чу-у-у-у-у” дрозд по Пришвину пролетел между елей сверкнув крылом. Это нереальная красота. Чистейшая вода, туман над водой и остров в двухстах метрах от берега.

Захотелось проораться от восторга какое же красивое озеро Гавнозеро.

За 10 минут надуваем лодку. Лодка очень маленькая, два взрослых дяди в ней помещаются с трудом, но других вариантов нет. Аккуратно гребем в направлении к острову. Кажется, что наше приключение подходит к концу.

Оставалось всего несколько метров до финальной точки нашего маршрута. Остров оказался почти полностью состоящим из горной породы, камней-булыжников и нам пришлось очень сильно постараться, чтобы найти место куда мы вобьем нашу табличку.

Остров оказался почти полностью состоящим из горной породы, камней-булыжников и нам пришлось очень сильно постараться, чтобы найти место куда мы вобьем нашу табличку. Дело сделано! Оно теперь действительно существует не только на карте, но и в живую, и в интернете.

А нам пора торопиться обратно, так как путь до машины не близкий. В полной тишине и умиротворении мы возвращаемся назад с одной лишь мыслью, что кто нибудь, когда нибудь, так же как и мы добереться до острова на озере Гавнозере и сделает сэлфи с табличкой которую мы установили.

Источник

«Холодный ветер пробирал до костей».

Далекое плато Путорана, или, как называли его эвенки, «пэтэрэ» — «покрытое облаками», давно известно своей труднодоступностью. Его красоту и уникальность прославили арктические ветра, плотные туманы, бесчисленные озера и водопады. Здесь, на перекрестке природных зон, граничат полярная тундра и тайга, проходит свой ежегодный путь миграции крупнейшая в Евразии популяция диких северных оленей, растут реликтовые растения, появившиеся на Земле несколько тысяч лет назад, и сохраняются исчезающие виды снежного барана и орлана-белохвоста. Озера массива образуют второй по величине резервуар пресной воды в России после Байкала. Корреспондентка «Ленты.ру» побывала в краю радужных каньонов с рюкзаком на плечах и рассказала о своих испытаниях.

Солнце уже спряталось за гору, и начинало понемногу темнеть — густоту темноте добавляли плотные облака, которые серым одеялом сползали с вершин, растягиваясь над озером Лама. До середины августа здесь белые ночи, но тем не менее всем хотелось быстрее найти место первой стоянки. Мы попрощались с капитаном катера, тем самым оборвав последнюю ниточку, соединявшую нас с цивилизацией, — 12 дней похода в абсолютно безлюдных и глухих местах. Малозаметная тропинка неподалеку от устья реки Хойси вела от заваленного плавником берега вглубь тайги — небольшой подъем в гору после расслабленного и усыпляющего шестичасового перехода на катере по озеру дался очень нелегко. Свой тяжеленный рюкзак, который был мне абсолютно не по размеру, я возненавидела с первого же дня.

От вида величаво расступающихся передо мной каменных черепах в душе поселялся легкий страх перед этим местом. Настоящий затерянный мир, территория тысячи водопадов и озер на самой границе с Арктикой, чье ледяное дыхание выжигает все живое, что не успело приспособиться к суровому климату. Было что-то чудовищно красивое в этом пейзаже Ламы, со всех сторон окруженной столовыми горами, это чувство не удалось уместить ни в фотографии, ни в строки записной книжки. Оно сидело внутри меня и в то же время было почти осязаемо — пронизывающий холодный ветер пробирал до костей.

Утром северная тайга оглашалась дружным щебетанием птиц, но днем в темнохвойном лесу не было ни малейшего движения. Мрачная завеса зелени дышала холодом и неприступностью. Пронзительный комариный фальцет звенел в ушах — эти кровопийцы постоянно залетали в нос и рот и садились на руки и шею целыми стаями. Фортуна явно сопутствовала нам, подарив девять дней ясной и теплой погоды. Солнце, Хойси, сверкающими зигзагами уходящая в Ламу, пламя крошечных шишек лиственниц, будто на бутоны роз, утопающие в ярко-зеленых иголках, — эмоции переполняли меня.

Мы двигались друг за другом, и очень неторопливо. Все шли молча, сберегая дыхание для ходьбы. Прижатая весом своего рюкзака, я ползла через густой ковер голубики, отказываясь сдаваться. Каждый мой следующий шаг проваливался в мягкий и глубокий ягель, изредка нога натыкалась на камень. За ботинки то и дело цеплялись ветки низких кустарников. Первые два дня я не видела ничего, кроме того, что было у меня под ногами.

Я думала только о том, как подталкивать себя вперед, — как преодолеть усталость и боли в мышцах, которые содержались в каждом моем движении. Наивысшим блаженством было расстегивать лямки рюкзака на привалах и позволять ему падать на землю — увесистый баул срывался со спины с такой силой, что чуть не выворачивал мне плечи.

Ориентироваться приходилось по распечатанным картам и изредка — по GPS. Обычно несколько мужчин кольцом обступали человека с плоскими цветными листами бумаги, на которых на самом деле умещалась небольшая часть огромного мира плато Путорана с его разломами и перевалами, тысячами водопадов, лесными полянами, которые после дождей превращались в непроходимые болота, долинами и горами. Авангард принимался решать, доверяться знаниям, проверенным в совершенно другой местности, или обманчивой интуиции, которая на самом деле и является обобщением опыта.

В некоторых случаях между участниками разгорался жаркий спор о выборе пути или способе его преодоления — если один предлагал продолжать идти вдоль реки, у другого обязательно находились аргументы в пользу не перелезать каменистые прижимы с веревками и двигаться через лес

На второй день пейзажи начали понемногу меняться. Лесная чаща редела — высокие стройные ели уступали свое место ольховнику и можжевельнику. Деревья становились все ниже, а потом и вовсе заменились кустарниками. Необъятная ширь тайги зажималась течением реки к предгорью и вытягивалась в длинные полоски — зеленый частокол обрамлял огромные столовые горы. Тем вечером мы разбивали лагерь у самого подножия скал — на камнях пустынной долины, которая была обрамлена со всех сторон кромками горного хребта, где господствовали только ветер и камень. Темная стенка высокого утеса, поднимавшаяся у нас за спиной, была совершенно неприступна, а самая ее верхняя часть — плоская шапка, образовывавшая плато, — казалось, загибалась по краям наружу.

Плато

Больше всего я переживала насчет дня восхождения: ведь с момента, как мы окажемся на плато, мы будем отрезаны от всякой помощи, словно улетим на другую планету. Я всматривалась в спокойные лица своих товарищей — сильных людей замечательного ума и чувства юмора, и не находила там и тени сомнений. Мне хотелось бы думать, что внешне я держалась с таким же спокойствием и уверенностью. Перед самым уходом из лагеря один из участников бросил в костер свои джинсы Calvin Klein и какие-то дорогие кеды — видимо, его тревожность доросла до такой степени, что он решил задобрить богов Путорана таким необычным способом, а заодно и избавиться от лишнего веса в рюкзаке.

И тем не менее на легкий подъем никто не рассчитывал. Хотя бы по той причине, что если бы он и существовал, то плато Путорана не было бы так отстранено от остального мира. Более того, здесь бы не появились такие противоречивые условия, создавшие уникальные рельефы местности, разнообразные ландшафты, реликтовую флору и изолированность редких и исчезающих видов животных. И все же мы были уверены, что на склонах существует место, доступное человеку с минимальным опытом альпиниста, — по крайней мере, рано или поздно, оно должно быть нами обнаружено.

Читайте также:  Моря которые являются озерами

Начало пути было каменистым и неровным, мои движения вперед давались с огромным трудом. Позади меня — несколько человек, неторопливо идущих в своем темпе, впереди — огромные насыпи раскрашенного лишайником курумника и ребристые скалы, закрывающие мне доступ к желанному плато. Сам подъем был длинным и монотонным — наверное, трудно представить себе занятие более однообразное и утомительное. Бесконечное перешагивание камней и балансирование на нестабильных глыбах — восхождение играло со мной в бесконечную игру. Добравшись до верха каменной стены, я снова не видела горизонта — он то и дело оказывался закрыт очередным выступом, грузной глыбой, нависающей над склоном.

Какое величие открывалось взору! Покатые громады столов базальта, разламывавшиеся у основания на большие валуны, длинной грядой уходили в синие воды ледниковых озер. Над нами — огромное синее небо, единственное цветное пятно в аскетично коричневом пейзаже. Пласты нерастаявшего с зимы снега застревали в расщелинах скал, ослепляя своей белизной. Повсюду были разбросаны небольшие лунки с маленькими озерами — вода в гигантских лужицах тоже всего лишь два месяца назад была глыбой снега, сейчас же о ее прошлом напоминают тонкие кромки льдин у берегов. Огибая синие кратеры, мы вышли на безграничное пространство плато.

Солнце палило нещадно. Поднимавшийся с ледяных равнин едкий ветер на время сдувал с нас разогретый воздух, обжигая наши лица. Мы продолжали идти по голой и угнетающе безжизненной долине. Мы радовались, что на какое-то время ушли комары, но взамен получили многочасовое скитание по каменистой пустыне. Спустя время мы увидели вдалеке гладь небольшого озера продолговатой формы, которое сверкало словно ртуть на контрасте коричнево-оранжевого рельефа. Позади него возвышались очертания другого плато, а за тем — обрыв следующего стола, и так далее, пока глаз не утыкался в синеватую дымку на самом горизонте.

Это место дышало торжественностью. Десятки безжизненных верхушек плато плавными пирамидальными утесами съезжали в озеро Собачье, которое огромным зеркалом отражало в себе небосвод. Дальние столы были в зеленовато-голубой дымке, все-таки растительность до последнего тянулась вверх к солнцу и окаймляла их отвесные подножия. У самых наших ног поднимался пологий каменистый склон, за которым следовал резкий обрыв вниз. И покуда хватало моей дальнозоркости и времени нашей стоянки на обед, волшебная панорама череды непрерывно перекрещивающихся и соединяющихся линий массивов очаровывала меня.

Каньоны, озера и водопады

Идти по плато было легче — немного похудевший рюкзак, пускай и со сломанной лямкой, которую я завязывала в двойной узел на поясе, поднимал мне настроение. Мучительные первые дни похода, проведенные в улиточном передвижении по курумнику, оправдались сторицей — теперь я буквально бежала по камням.

Я больше не думала, куда поставить ногу и не проверяла валун палкой на устойчивость — ступни сами становились в нужное место, в то время как я успевала смотреть по сторонам, болтать с попутчиками или делать небольшие остановки для фотографий. Буквально каждый валун здесь был изъеден лишайником — белесые, зеленоватые и даже рыжие проплешины отметили каждый кусочек путоранской земли.

Благодаря подъему плато возникшие разломы и трещины расширились под действием воды и льда, образовав разветвленную сеть водотоков. Горные купола разделяли глубокие озера, которые вдавались в базальтовые массивы. Их спокойное движение сочеталось со стремительным течением рек. Казалось, обрывы стали еще круче и были абсолютно неприступными. С их высот срывались мощными потоками водопады, которых было тут бесчисленное множество, разных по формам порогов и высоте.

Когда мы прошли к каньону истока реки Верхней Хихикаль, нам открылась невероятная панорама каменистых террас. Наверное, такое может только присниться — тишина, блики тонкой полоски воды, разрезающей себе дорогу в узком ущелье, и необъятная ширь северных территорий

Солнце уже собиралось закатиться за гору, опускаясь с каждой минутой все ниже и ниже к линии горизонта. Вечер был такой ясный и тихий, что долина, раскинувшая под нами свои недружелюбные каменистые почвы, была видна от края до края. Вытянутая по свой форме, ее поверхность шла под уклон к центру, где расположилось несколько больших озер, каждое около километра в окружности.

По берегам не было никакой растительности, не считая ярко-зеленой травы и мелкой россыпи невзрачных, но нежных тундровых цветов. Сквозь прозрачную воду выступали острые камни, хаотичная насыпь которых отливала золотом в мягких лучах солнца. Противоположный от стороны заката столовая гора, наступающая на озеро невысокой стеной, налилась розоватым светом и бросала на воду свое идеальное отражение. Натяжения глади ничего не нарушало — почти осязаемое безмолвие окружало со всех сторон.

Возвращение

Проснувшись намного раньше будильника, я почувствовала, как палатка зашуршала от порывов ветра, маленькие капельки дождя стали лупить по тенту. Белая ночь незаметно переходила в рассвет, и вместе с новым днем нарастала тревога. Погода испортилась, и надо было быстрее собирать лагерь и выдвигаться. Рискуя быть застигнутыми дождем врасплох, мы все же пошли последний раз взглянуть на панораму каньона. Взгляд тонул в сумасшедшем разгуле неба. Там, где раньше виднелась синяя гладь озера, была плотная завеса облака. Четкость очертания гор исчезала на глазах в молочной дымке, зловеще надвигающейся на нас. Тянуть не было смысла — мы спрятались за дождевиками и вновь зашагали по плато.

Сосредоточенное настроение ходового дня быстро вернулось ко мне. Время понеслось по ускоренному графику — поджимал дождь, грозящий вымочить нас до нитки. Тем временем мы преодолевали очередной крутой взлет к бесконечной череде террасных гор, нагнетающих мрак, чтобы потом свалиться в очередную озерную долину. Горы на горизонте, находящиеся за границей серого щита облаков, накрывшего плато, были в сизых тенях. Температура упала, и от холода путь казался еще более пустынным. Чтобы не замерзнуть, приходилось двигаться — если получалась остановка дольше десяти минут, пот мгновенно леденел под футболкой, бросая меня в дрожь.

Север вытягивает все соки жизни — сковывает бурные потоки воды льдом, замедляя ее ход, прибивает растительность к земле, заставляя ее ютиться в расщелинах камней, откуда ее не выбьют холодные порывы ветра. Но главное — север ополчается против воли человека, который верит в свой дерзкий замысел покорить безмолвные и чуждые ему территории.

Он угнетает нас непреложностью природных законов, давит безграничной мощью стихии, выжимает из души все ложное и напускное, оставляя с мыслью, что мы всего лишь пылинки в этом мире, след которых затеряется в бесконечном круговороте жизни на земле

Внизу было ровное зеленое море тайги, а мы сидели на ее границе, четко отмеченной низкорослыми кустарниками. Камни все больше обрастали лишайником, растворяясь под зыбью ягеля, и постепенно уступали место влажному разнотравью и голубичному ольховнику. Мы спускались с плато обратно в каньон, к бассейну реки Бунисяк — ее серая лента уползала на север, скрываясь за каменистыми косами и островками темных пятен леса.

После каньона шла лесистая тундра, где надо было быть еще осторожнее, так как курумник под мокрой мягкой подушкой мха был неразличим и можно было легко приложиться к земле. Тучи с плато стекли в долину и отдали ей всю влагу — полянки раскисли и превратились в болота, ручейки наполнились и разлились на бурные потоки, лесная чаща обрушивала на нас кубометры воды, стекающей с растительности в наши ботинки.

С заходом солнца резко становилось холодно, и каждый жался к костру — в последний раз мы разводили его перед подъемом на плато. Лица моих товарищей расцветали от горячего чая. Зажав двумя ладонями кружку, я тоже радовалась вечеру, но мне было жаль отсюда уходить, несмотря на холодную морось и неприветливость хмурого леса, в котором мы прятались по палаткам ночью.

По берегам Бунисяка было много смородины и малины — в тот день бесконечное обрывание этих кустов здорово задерживало темп группы, но никто не был в силах пройти мимо налитых сочных ягод. Прорывавшиеся сквозь облака лучи солнца избирательно бросали на горы яркие пятна света — то и дело в чудесном влажном небе появлялся и пропадал тонкий изгиб радуги.

Читайте также:  Чат это страна или озеро

Хранитель Путорана

Сбежав от непогоды обратно в озерную долину Ламы, мы еще не знали, что на плато Путорана уже наступила зима — буквально через несколько дней здесь выпадет первый снег. Идеальную погоду никогда не подгадать, лето умещается в короткие два месяца, а осень начинается уже в конце августа. Я пришла в себя, когда до базы оставалось меньше километра. Всего лишь четверо человек, включая меня, решили идти знакомиться к белому шаману на базу Бунисяк. Пробираясь к ней через туман, затекавший на берег с озера, я напрочь забыла про свою усталость — все мои мысли поглотили размышления о бане.

Олег, хозяин базы, показался мне суровым человеком, более близким к миру трав и животных, силам ветра и воды, чем к внешнему миру. В этом был весь он, своеобразный хранитель Путорана, знавший тундру наизусть, умевший охотиться, изучать неизвестные языки и проводить шаманские обряды.

Олег держал свою землю железной хваткой и вселял веру в завтрашний день — его скорее боялись, чем ненавидели. Истории про неуживчивый и упрямый нрав хозяина обрастали домыслами. На самом же деле его уважение и доверие требовалось заработать, как и он сам в свое время заслуживал дружбу с древнейшими народами севера — нганасанами и долганами

В своем доме Олег создал этнографический музей, в который вложил всю душу и двадцатилетние труды исследований: на трех этажах он уместил более тысячи экспонатов быта коренных жителей плато Путорана, и это была всего лишь малая часть, отражавшая традиции уникальной культуры. Хозяин любезно разместил нас в небольшом домике и пригласил в столовую, пообещав натопить нам баню. Прищурив глаза, он отвечал на наши вопросы с небольшой усмешкой, и все же ему было интересно с нами поговорить.

За ужином мы сидели в той же столовой, которая стала постепенно наполняться другими туристами, гулом телевизора, навешанными на крючки куртками, тарелками, по цепочке расходившимися из окошечка кухни, смехом и обрывками громких фраз на английском — атмосфера, напоминавшая что-то среднее между соседскими посиделками и студенческим общежитием. Новые лица привлекли внимание жителей базы — сначала нам пожелали приятного аппетита, потом вскользь спросили, откуда мы приехали, ну а в конце подняли в воздухе рюмку, приглашая нас таким образом выпить вместе.

Беглому пересказу наших приключений собравшиеся за столом внимали с неподдельным азартом. Кто-то вставлял громкие «ой», другие сыпали вопросами, касающимися преимущественно бытового комфорта в походе. Мы знали, что им понравится слушать про наши трудности и неудачи, которые им никогда не испытать, и специально повышали накал страстей — за что получали восхищенные взгляды. Что бы там ни было, люди всегда уважают смелость, удачливость и немного безрассудства. Получив все ответы, с лиц туристов все равно не сходила маска удивления.

Тусклый свет лампочки отбрасывал желтые грязные тени на развешанные на веревку вещи, жар от печки нагрел комнату и начал усыплять. Перед сном каждый из нас наверняка перебирал в памяти отрывки самых ярких событий последних ходовых дней. Мы думали о чем-то своем, о завтрашнем катере, о силе жажды приключений, которая заставляла нас рисковать, тревожиться и преодолевать себя, хотя можно было путешествовать спокойно и уютно…

Закрыв глаза, я представляла Путорана, этот удивительный мир грохочущих водопадов, террасных гор и висящих арок радуги после дождя — мои мысли быстро перемешались со сновидениями. Настоящая реальность находилась прямо за окном, но начинала как будто растворяться и превращаться в другое измерение. Воспоминания о путешествии снова стали для меня призрачными грезами об этом месте.

Источник



Нашли в лесу дикое озеро! Ночью погрузились под воду, чтобы посмотреть есть ли рыба

Привет друзья! В лесу нашли дикое озеро, которое раньше затапливал Урал. С виду оно похоже на карьер. Возможно, что раньше здесь добывали гравий.

Но сейчас признаков того, что здесь ведутся какие-то работы нет. Оно заброшено и мы так поняли, что Урал уже давно не заходит в это озеро.

Не пересыхает этот карьер из-за того, что на дне бьют родники.

Так как на дворе осень, вода уже холодная и прозрачная, мы с другом собрали снаряжение для подводной охоты и решили проверить, какая рыба водится в этом карьере. И есть ли она там вообще?

Выехали из дома в 12 ночи. Я решил поснимать, а Серёга взял ружьё, чтобы добыть немного рыбы на уху. Если будет щука, то приготовим уху, будет карась, то пожарим.

Дневник заядлого рыболова.

Друзья, знаю как многие рыбаки негативно относятся к подводным охотникам и говорят, что «подвохи» выбивают всю рыбу. На самом деле хочу сказать, что подводная охота это опасный и очень тяжёлый вид ловли.

Пару раз ночью, под водой на меня выходил бобёр. Сердце замирало от страха, когда глаза видели плывущего рядом зверя. В мыслях было одно — главное, чтобы он не перепутал меня с бревном и не начал грызть. Всегда расходились миром. Я везунчик.

А сколько заброшенных сетей под водой, в которых можно запутаться и потом не выбраться (нужно всегда иметь при себе нож). От сетей мы водоёмы очищаем. Это отдельная тема.

Многие думают, что погрузился под воду и стреляй рыбу направо и налево. Хочу сказать, что это не так. На самом деле рыбу не так просто найти под водой. Ещё сложнее её увидеть. Она хорошо маскируется и сливается с водной растительностью и дном, мастерски прячется в корягах.

Мы не стреляем много. Если видим, что рыбы хватит поесть на один раз, то больше не охотимся, а просто наблюдаем за ней.

Нужно знать меру. К тому же мясо я не ем уже лет 8 и мне нужно как-то обогащать свой организм и кормить своё тело. Мне не доставляет никакого удовольствия убивать рыбу, но и в то же время я понимаю, что мне тоже нужно кушать.

Это пищевая цепочка, когда-то и нас поглотит земля, и скушают черви. Так уж устроена наша планета, что каждую секунду кто-то умирает и поделать с этим ничего нельзя.

Я всегда благодарю природу за её щедрые дары, когда ухожу домой с рыбалки.

Что-то я отвлёкся от главной темы статьи, извините. ?

Тем временем мы уже приехали на озеро, жаль что темно. Озеро достаточно большое.

Давайте погрузимся под воду и посмотрим, есть ли там рыба.

Дневник заядлого рыболова.

Вода оказалось мутной, но это не помешало мне разглядеть затаившуюся щуку в траве.

Дневник заядлого рыболова.

В ней где-то 1 кг. Глубина стоянки примерно 1.5 метра. Я долго разглядывал её. На свет фонаря она не реагировала.

Дневник заядлого рыболова.

Создав небольшой шум под водой, щука тут же начала уплывать, заподозрив, что ей может угрожать опасность. Но опасности не было, я лишь был наблюдателем.

Сказал под водой «бу» и щука исчезла в темноте.

Дневник заядлого рыболова.

На озере много мелких ершей. Есть судак, окунь и лещ. Мне об этом рассказал Серёга, когда мы решили отдохнуть после первого заплыва и согреться горячим чаем.

Дневник заядлого рыболова.

Растительности на дне мало, в основном гравий, укрытий почти нет. Есть резкие свалы. Обычно на свалах стоит щука, но этой ночью мне встретилась всего одна особь, которую Вы видели выше. Больше мне не удалось ничего увидеть.

Дневник заядлого рыболова.

А вот Серёге удалось увидеть 4 щуки. Две он подстрелил на еду, а 2 даже стрелять не стал. Потому что трезубцем он бы не пробил подводных крокодилов.

Одна щука была на 8 кг, стояла на перекате. Глубина полметра. Вторую он видел в траве, она была под 10 кг.

Нужно было ему с камерой плавать.

Дневник заядлого рыболова.

Друзья, это была первая подводная рыбалка на этом озере, она же разведка. В следующий раз постараюсь найти монстра и показать его Вам. Если конечно повезёт. ?

На сегодня у меня всё! Желаю Всем счастья, любви и материального благополучия! ? До новых встреч!

Источник

Adblock
detector