Меню

Отец не хотел его брать с собой да надежда осиповна навязывала река давно замерзла

Выделите грамматические основы предложений. Расставьте недостающие знаки препинания. Обоснуйте расстановку знаков препинания в сложносочинённых предложениях.
1. Страшно выли провода на столбах да громыхали от ветра вывески (А.Н. Толстой).

2. Прошло полгода и книга «Трагедия Согдианы» вышла в свет (В. Каверин).

3. Я напишу Ивану Ивановичу и завтра же всё отменится (Ю. Тынянов).

4. Этим предпочтением он мог нанести укол властным монархам и от этого у него прошла хандра зато она слишком резко уступила место нетерпению составлявшему самую сильную черту характера герцога (Н.С. Лесков).

5. Словом картина была самая мирная а между тем в двух шагах отсюда был базар и притом базар очень завозной и дешёвый (Н.С. Лесков).

6. Это все ожидали однако настроение было испорчено (К. Симонов).

7. Мы с сестрой плакали мать также плакала (С. Аксаков).

8. Не только не видно нигде следов роскоши но и самые комнаты были пусты (Ю. Тынянов).

9. Иль чума меня подцепит иль мороз окостенит иль шлагбаум в лоб мне влепит непроворный инвалид (А.С. Пушкин).

10. Степан Степанович не то не доволен чем-то не то он чем-то обижен (А.П. Чехов).

11. Губы Кати не улыбались и тёмные глаза выражали недоумение (И.С. Тургенев).

12. Она обещала зайти ещё раз и стала приходить всё чаще но адреса она им не дала да у неё и не было настоящего адреса (Н. Берберова).

13. Это была слава но всё это было опасно утомительно а для него самого по его мнению всё это было не нужно и вредно (Ю. Тынянов).

14. Отец не хотел его брать с собой да Надежда Осиповна навязывала (Ю. Тынянов).

15. Он бы конечно возмутился однако на его возмущение никто бы не откликнулся (В. Тендряков).

Источник

Выделите грамматические основы предложений. Расставьте недостающие знаки препинания.

Выделите грамматические основы предложений. Расставьте недостающие знаки препинания. Обоснуйте расстановку знаков препинания в сложносочинённых предложениях.
1. Страшно выли провода на столбах да громыхали от ветра вывески (А.Н. Толстой).

2. Прошло полгода и книга «Трагедия Согдианы» вышла в свет (В. Каверин).

3. Я напишу Ивану Ивановичу и завтра же всё отменится (Ю. Тынянов).

4. Этим предпочтением он мог нанести укол властным монархам и от этого у него прошла хандра зато она слишком резко уступила место нетерпению составлявшему самую сильную черту характера герцога (Н.С. Лесков).

5. Словом картина была самая мирная а между тем в двух шагах отсюда был базар и притом базар очень завозной и дешёвый (Н.С. Лесков).

6. Это все ожидали однако настроение было испорчено (К. Симонов).

7. Мы с сестрой плакали мать также плакала (С. Аксаков).

8. Не только не видно нигде следов роскоши но и самые комнаты были пусты (Ю. Тынянов).

9. Иль чума меня подцепит иль мороз окостенит иль шлагбаум в лоб мне влепит непроворный инвалид (А.С. Пушкин).

10. Степан Степанович не то не доволен чем-то не то он чем-то обижен (А.П. Чехов).

11. Губы Кати не улыбались и тёмные глаза выражали недоумение (И.С. Тургенев).

12. Она обещала зайти ещё раз и стала приходить всё чаще но адреса она им не дала да у неё и не было настоящего адреса (Н. Берберова).

13. Это была слава но всё это было опасно утомительно а для него самого по его мнению всё это было не нужно и вредно (Ю. Тынянов).

14. Отец не хотел его брать с собой да Надежда Осиповна навязывала (Ю. Тынянов).

15. Он бы конечно возмутился однако на его возмущение никто бы не откликнулся (В. Тендряков).

Источник

Отец не хотел его брать с собой да надежда осиповна навязывала река давно замерзла

Ю. Н. Тынянов

Часть I. Глава VIII

Василий Львович пригласил брата к обеду: Надежда Осиповна была больна; Сергей Львович взял с собою сына. Он не хотел его брать, да Надежда Осиповна навязала. Если бы Сергей Львович отказался, она бы подумала, что ее обманывают и обед — с какими-нибудь вольными балетными или французскими актерками. Скрепя сердце он взял с собою Александра. Между тем обед у Василья Львовича был без дам. Новые его приятели даже славились по Москве тем, что не любили женщин, были мизогины.

Приятели эти были самые модные люди. Все они занимали должности «архивных юнкеров», а звали их просто «архивные». Самая должность их также была модной: они служили или числились в архиве иностранных дел, который был теперь питомником благородных юношей. Все они обучались у немцев, в Геттингенском университете, и поэтому их звали еще «геттингенцы» или просто «немцы». Теперь их одного за другим переманивал из Москвы в Петербург Иван Иванович Дмитриев, который был «в юстице», как говорили старики, министром. В Москве они бывали наездами. И манеры их, и привычки, и вкусы — все было новостью. Они были вежливы, много и тихо говорили между собою по-немецки, как бы воркуя Меланхолия была у них во взглядах, они с нежностью смотрели друг на друга и с высокомерием на остальных.

Василий Львович вздумал было на первых порах возмутиться, потом удивился, но вскоре понял, что это самая новая, самая последняя мода, а он со своими фрачками и фразами из Пале-Рояля уже несколько устарел. По природе и сердцу своему он был модник. Он признал новые светила. Они к тому же были вежливы, «милы» — как стали о них говорить, — не то что юные московские негодяи из клубов, от которых он едва отделался. Они слыли в Москве «тургеневскими птенцами» и «Дмитриевским выводком», а он, как и все, уважал старика Тургенева и Дмитриева. Больше всех подружился он с Александром Тургеневым, с которым нашел какое-то сродство душ: молодой Тургенев был охоч до еды, хлопотлив, непоседлив и мил, с висячими щеками и обширным животом; он всюду носился и развозил новости. Характер его был безмятежный: он любил умиляться, и крупные слезы тогда падали у него из глаз, а за столом, после обеда, часто задремывал. Геттинген и немцы были у него на языке, но по свойствам он был вполне понятен Василью Львовичу: прожорлив, забывчив и скор.

Другие геттингенцы были не столь любезны: Блудов — болтун, но хитер; Уваров имел холодно-доброе сердце и был кисло-сладок; Дашков был пухлый, спокойный, гордый и медленный Со всеми Василий Львович подружился. Впрочем, он отчасти не мог взять их в толк: у них были какие-то тайны, косые взгляды, недомолвки. Он смерть не любил их смешков — тихих, ядовитых и как бы блудливых. Иногда вдруг появлялась важность, как будто они знали что-то ему недоступное, и он пугался. Вдруг, среди шуток, все начинали говорить вполголоса, и Василий Львович знал, что это о делах государственных. Они на мгновенье переставали его замечать, не слыша его вопросов. Он робел и начинал заискивать. Тогда они успокаивали его самолюбие: хвалили его стихи. На похвалу эту он всегда откликался всем существом, шел на нее, как рыба идет на наживу.

Вообще он был ими озадачен, сбит с толку. Эти молокососы были гораздо устойчивее, solide [*] , чем старики. Они как-то рано созрели и подсохли. Молокосос Уваров ездил по каким-то важным поручениям за границу и вошел там в тесную дружбу с самим немцем Штейном. Штейн! Предводитель пруссаков! Имя его было всегда у них на устах. Он изгнан Наполеоном, скрывается в Вене, пламенно любит отечество и под носом у Наполеона заводит между тем свой ландвер и ландштурм. Изгнанник открыто мечтает о свободе человечества — свободе от Наполеона; но и Наполеон ведь тоже, однако, судя по «Монитеру», который изредка читал Василий Львович, мечтает о какой-то свободе человечества, и в первую очередь — свободе от Штейна. Для Василья Львовича все это была китайская грамота, ахинея и тарабарщина. Тем более он уважал новых друзей.

Суеверный страх у него возбуждали их занятия: Уваров возился с какими-то греческими делами и свободно писал по-гречески; Дашков даже по-турецки понимал. Между тем Василий Львович из греческих дел знал только Анакреонта, да и то в переводе, а о турках знал, что у них гаремы и в гаремах множество жен; протоиерей, с которым Василью Львовичу приходилось еще иногда обедать, отбывая епитимью, всегда приводил это как пример бесчестья и разврата, но Василий Львович был другого мнения. Василий Львович не понимал, что за охота этим молодым старцам возиться с греками и турками и разбирать их закорючки и каракули, в которых он не понимал pas un brin [*] . Это не входило в круг благородного образования. Они были деловые, но это и не дельно, только потеря времени и более ничего. И только когда открылась война с турками, понял дальновидность юнцов: вот каракули и пригодились. Все они были дипломаты. Василий Львович боялся дипломатического сословия.

Эта ученость геттингенцев угнетала, пугала его. Вообще в них было много странностей — они почти не говорили о женщинах, не любили их, признавали только дружбу и писали все о меланхолии. Друг их, вдохновенный и трудолюбивый Жуковский, признавал любовь платоническую. Это была теперь последняя, тоже немецкая мода — молодые люди впали в уныние и говорили о самоубийстве. Уваров написал французские стихи о выгодах умереть в молодости, и все их переписывали и читали друг другу. Дамы плакали, читая эти стихи: выгоды казались им неоспоримыми. Дашков напечатал статью о самоубийстве, благородно опровергая друга. Они пламенно хотели умереть и быстро продвигались по службе.

Обнаружились какие-то новые виды службы. Василий Львович никогда не подозревал, что можно, например, заведовать какими-то иностранными исповеданиями — иезуитами, шаманами, магометанским и еврейским племенем. Это казалось ему мрачно. Однако в этой должности теперь состоял Александр Иванович Тургенев при князе Голицыне; да и сам Голицын был сначала известный шалун и непотребник, любил ганимедов, а теперь занимал самую готическую должность — обер-прокурор синода! Вся жизнь оказалась наполненной самыми различными должностями. А новые друзья, меланхолики, прекрасно разбирались в этом лабиринте и незаметно оказались нужными людьми, деловыми малыми.

Василий Львович очень скоро оказался, несмотря на несходство характеров, их единомышленником, сотоварищем в литературной войне.

Уже давно, несколько лет, шла литературная война в обеих столицах и не прекращалась, а разгоралась все более. Казалось, не могло быть иного вкуса, кроме истинного, иных стремлений, как быть изящным, и не было пророка литературы, кроме Карамзина. Вдруг выступил в Петербурге сухопутный адмирал Шишков и поднял свирепую войну против друзей добра и красоты; самому Карамзину досталось, за ним Дмитриеву, за ним Василью Львовичу.

Поход против французов был объявлен Шишковым; добро бы, если б то был поход против несчастного французского переворота и якобинства, — Василий Львович к нему охотно бы пристал. Но старик ополчился и против старых французских «маркизов», как называл он светских поэтов; если бы он восстал только против французских outchiteli, кто б с ним стал спорить: пропадай они — Василью Львовичу было все равно, как его Аннета будет воспитывать плод своей любви к барину; но уж Шишков шел войной и против французских модных лавок! Да уж и против языка чувств! И против элегии!

Вел он себя как истый варвар — в альбом одной милой женщины, которой друзья писали стихи, он полууставом написал варварские вирши:

Без белил ты, девка, бела,

Без румян ты, девка, ала,

Ты — честь отцу, матери,

Сухота сердцу молодецкому.

Особенно разъярила всех эта «девка».

— Cette noble [*] девка! — говорил Василий Львович.

Геттингенцы были в дружбе с Дмитриевым, а Блудов и в родстве, чтили Карамзина, смеялись над адмиралом с его «девкой», и Василий Львович счел себя во всем их единомышленником. Сердце его открылось для новых друзей. Князя Шаликова также. Только Алексей Михайлович Пушкин звал их непочтительно плаксами; но он был вообще известный ворчун и афеист.

Василий Львович не без трепета ждал новых друзей. Он их побаивался. Обещались быть Тургенев, Блудов, Дашков; Жуковский отдыхал под Москвою, в Мишенском, и весь был занят природою и платонической любовью; на него надежды не было. И к лучшему: Василий Львович робел перед ним. Уваров сбирается в Петербург и тоже не приедет; невелика потеря — он мало ел и плохо разбирался в еде. Из старых друзей ждал он Шаликова и кузена Алексея Михайловича. Вот и все. Да еще брат Сергей с его желторотым птенцом Сашкой: его навязала Надина-мулатка. Василий Львович чувствовал все преимущества своего семейного положения: он султаном, петухом ходил по дому, Аннушка, как верная раба, ни в чем не выходила из его воли. Она обо всем пеклась, заботилась о барине и доме, а когда являлись гости, скрывалась в дальней комнате.

Гости потрепали по плечу юного Александра, а Тургенев даже обнял.

Встреча новых умников и старых остроумцев была преприятная. Умники, как все деловые люди, любили побездельничать. Все они были даже отъявленные шутники. Умник Блудов написал признание в любви портного:

О ты, которая пришила

Заплату к сердцу моему, —

и это стихотворение лежало в бюро у Сергея Львовича.

Все были без ума от этого портного. Тотчас появилось объяснение в любви приказного, дьячка, врача, квартального и прочих сословий.

Сословия, их язык, степень образованности — всем этим уши прожужжал Сперанский. Вот они и объяснялись все по-разному в любви. Это было смешно и тонко.

Правда, безделье новых друзей было другое, не такое, как у Василья Львовича. Они ленились и роскошествовали на какой-то восточный манер. Может быть, это было потому, что Блудов и Дашков были богачи, получали по полета тысяч в год доходу. Да и веселье их было другое Это не было остроумие, esprit Вольтера и Пирона, это была немецкая шутка, неуклюжая, мясистая, замысловатая — витц Василий Львович насильственно улыбался, когда умники острили

Читайте также:  Сплин внизу бежит река

Поэтому он припас драгоценную новость: новое собрание сочинений графа Хвостова.

Граф Хвостов был замечательное лицо в литературной войне. Среди друзей Карамзина, особенно молодых, были люди, которые как бы состояли при Хвостове, только им и жили и с утра до вечера ездили по гостиным рассказывать новости о Хвостове. Все в этом стихотворце соответствовало учению афеиста Алексея Михайловича о мнимостях. Начиная с графства: графство его было сардинское, и выпросил его Хвостову Суворов у короля сардинского. Хвостов женат был на племяннице Суворова, и генералиссимус, который любил вздор, покровительствовал ему. В стихах своих граф был не только бездарен, но и смел беспредельно. Он был убежден, что он единственный русский стихотворец с талантом, а все прочие заблуждаются. Он называл себя певцом Кубры, по имени реки, протекавшей в его имении, и охотно сравнивал себя с Горацием, по разнообразию: писал басни, оды, эклоги, послания, эпиграммы и много переводил. Он был и ученый, собирал и отмечал всякие известия по старинной литературе. У него была одна страсть — честолюбие, и он бескорыстно, разоряясь, ей служил. Говорили, что на почтовых станциях он, в ожидании лошадей, читал станционным смотрителям свои стихи, и они тотчас давали ему лошадей. Многие, уходя из гостей, где бывал граф Хвостов, находили в карманах сочинения графа, сунутые им или его лакеем. Он щедро оплачивал хвалебные о себе статьи. Он забрасывал все журналы и альманахи своими стихами, и у литераторов выработался особый язык с ним, не эзоповский, а прямо хвостовский — вежливый до издевательства. Карамзин, которому Хвостов каждый месяц присылал стихи для журнала, не помещал их, но вежливо ему отвечал: «Ваше сиятельство, милостивый государь! Ваше письмо с приложением получил» и т. д. «Приложением» называл он стихи графа.

В морском собрании в Петербурге стоял бюст графа. Бюст был несколько приукрашен: у графа было длинное лицо с мясистым носом, у бюста же были черты прямо античные. Слава его докатилась до провинции. Лубочная карикатура, изображающая стихотворца, читающего стихи черту, причем черт пытается бежать, а стихотворец удерживает его за хвост, висела во многих почтовых станциях. В Твери полагали его якобинцем. Непрерывно выходили в свет сочинения графа, издаваемые его собственным иждивением. Недавно вышло новое собрание его притч. Василий Львович нарочно купил его. В баснях и притчах граф был наиболее смел.

Тотчас устроилась игра: каждый по очереди открывал книгу и, не глядя, указывал пальцем место на странице, которое надлежало прочесть.

Начал Блудов, разогнул — открылось:

Суворов мне родня, и я стихи плету.

— Полная биография в нескольких словах.

Лучше начала сам Василий Львович не мог бы придумать. Все просияли, и охота за стихотворною дичью началась.

Книга перешла к Алексею Михайловичу. Он ткнул пальцем и прочел:

Сергею Львовичу попалась баснь «Змея и пила». Самое название было смело. Граф любил сопрягать далекие предметы. Сергею Львовичу особенно понравились первые стихи:

Лежала на столе у слесаря пила,

Не ведаю зачем, туда змея пришла.

Он сказал без всякой аффектации фразу, которую недавно слышал, но не вполне понимал:

— В глупости его есть нечто высокое.

Фраза имела успех, ее благосклонно выслушали, а Дашков даже, видимо, удивился тому, что Сергей Львович так хорошо сказал.

Сергей Львович, весьма довольный собою, хотел было продолжать игру, но Василью Львовичу не терпелось. Он все ерзал в своем кресле, потом наклонился над книгою так близко, что нос его мешал Сергею Львовичу листать. Сергей Львович не без досады и краткой борьбы уступил брату книгу. Он придержал было ее, но Василий Львович, рискуя порвать, потянул к себе, и так Хвостов перешел к нему.

Краткая борьба двух братьев была замечена. Александру показалось, что Блудов подмигнул Дашкову.

Василью Львовичу попалась счастливая баснь. Он, захлебываясь и брызгая, стал читать — и не мог.

Щука уду проглотила;

Оттого в тоске была.

И рвалася и вопила..

Пароксизм овладел им. Слова вылетали, как пули, со слюнями и икотой:

Ненавижу. я. себя.

Все хохотали. Александр оскалил белые зубы. Но вскоре ему показалось, что смеются уже не над баснью и не над Хвостовым, а над самим дядюшкой. Василий Львович весь осклиз, обмяк от смеха, чихал громко и непрерывно, пытался что-то сказать и лепетал в промежутках между чохом и икотой какой-то вздор. Положение его было жалкое. Ему дали воды, и, вздохнув, икнув напоследок, он пришел в себя. Дашков читать не стал, у него были на то свои причины: Дашков был заика.

Очередь была за князем Шаликовым. Шаликов открыл, поискал глазами и прочел, к удивлению всех, какие-то стихи, ничем не забавные и даже изрядные. Это был эпиграф к «Притчам»:

Вот книга редкая: под видом небылиц

Она уроками богато испещренна;

Она — комедия; в ней много разных лиц,

А место действия — пространная вселенна.

Все недоверчиво покосились.

Тургенев попросил у него книгу, открыл, перевернул страницу и прочел:

Мужик представлен на картине;

Он льва огромного терзал.

Листнул наугад и снова прочел:

Попала книга к Шаликову, и, как по волшебству, стихи оказались разумными. Тургенев лукаво прищурился и вдруг вздохнул. Блудов и Дашков переглянулись. Игра прекратилась, потому что приняла дурной для Василья Львовича оборот: Шаликов вступил в спор с молодыми его друзьями.

Дело было в том, что, соратник и последователь Карамзина, князь Шаликов в последнее время вошел в тайные отношения не с кем иным, как с самим графом Хвостовым. Эти умники не жаловали и князя; до него дошли слухи, что они над ним посмеиваются, как над Хвостовым. Он видел карикатуру на себя в одном альбоме милой женщины, к которой умники хаживали: чернобровый франт на тонких ножках, с громадным носом и цветком в петлице. Это был он. Он. вскипел и выругался тогда, мгновенно потеряв расположение милой. На бульварах, бывало, провожали его почтительные и завистливые взгляды, он слышал за собою шепот: «Шаликов, Шаликов», а теперь, когда он появлялся, все франты посмеивались. Он старел. Карамзин не печатал стихотворений, которые прислал ему князь, как не печатал стихов графа Хвостова.

Князь Шаликов был против всех насмешников. Он чуял: в литературной борьбе друзья всего прекрасного, друзья Карамзина, продадут его ни за грош, отступятся и выдадут с головою врагам. Он написал осмеиваемому сардинскому графу письмо и заключил с ним тайный союз.

Перед Александром разыгрывалась литературная война и измена по всем правилам стратегии.

Василий Львович почуял недоброе и тотчас переменил род оружия — он стал показывать гостям свою библиотеку. Собирал он только редкие книги, а обыкновенные какие-нибудь сочинения презирал Он показал редчайший экземпляр, привезенный из Парижа, со столь вольными изображениями, что Шаликов сначала ухмыльнулся, а затем закрыл глаза платочком. Все с удивлением смотрели на изображения, и Александр со всеми.

Тут все дело испортил Алексей Михайлович.

— Сколько у тебя, братец, здесь картинок? — спросил он.

Василий Львович посмотрел в книжке чистую страничку, где записывал, как библиоман, разные разности о каждой книжке, и ответил:

— А у меня сорок, — равнодушно сказал кузен, — тебя, братец, надули в Париже. Василий Львович побледнел. Книги были его страсть, и если у кого-нибудь была такая же, она теряла для него всякую цену.

— У тебя другая, — сказал он с досадой.

— Такая же, только без пятен, и углов никто не слюнявил, — возразил кузен.

Дашкову, Блудову и Тургеневу заметно начинало нравиться общество «обоих Пушкиных». Василий Львович что-то пробормотал, заторопился и повел гостей к столу.

Обед был хорош, стол заботливо убран; Аннушка с утра хлопотала. Впервые Блэзу удалась рыба по-французски во всех тонкостях. Василий Львович сам с утра давал Блэзу указания; парижские рецепты были записаны у него в книжечке. Мателота была точно такая, как ел он в Gros-Caillou [*] . Трактирщик лично рассказал Василью Львовичу секрет приготовления. Только самая рыба была другая, не морская — налим. Это не делало существенной разницы. Все дело было в перце, соли, уксусе, горчице, в их соотношении.

Гости ели охотно и много, за исключением Дашкова.

Василий Львович спросил, нравится ли ему мателота. Это точный отпечаток мателоты в Gros-Caillou.

Дашков ответил медленно и равнодушно:

Дашков был заика, самолюбив, важен. Василий Львович обиделся.

Алексей Михайлович, кузен, сидел с видом бесстрастным, насупясь, как всегда. Он сказал, что в мателоте чего-то не хватает, и что-то проворчал об английской кухне. Василий Львович насторожился: впервые кузен хвалил английский вкус. Он был в Англии, но, кроме сырости, бычачины и яиц во всех родах, по его мнению, ничего там не было. Блудов улыбнулся Он тихо сказал, что есть и бифстексы. Тем же скучным, надтреснутым голосом Алексей Михайлович спросил Василья Львовича, не при нем ли была изобретена в Англии новая машина.

— Да и не ты ли мне это рассказывал? — сказал он вдруг, глядя строго и с нетерпением на Василья Львовича и припоминая: — Точно, ты! А теперь ты англичан ругаешь.

— Что я рассказывал? — спросил сбитый с толку Василий Львович.

— О машине — ты ее в Лондоне видел.

Кругом сидели путешественники. Самолюбие путешественника, первым рассказавшего о предмете занимательном, заговорило в Василье Львовиче.

— Не помню, может и видел, — небрежно сказал он.

Все стали просить Алексея Михайловича рассказать о машине. Но он ел, как ни .в чем не бывало, мателоту и кивал на Василья Львовича. Василий же Львович пожимал плечами и предоставлял рассказывать кузену. Он решительно не помнил, о какой машине рассказывал ему, и с самолюбием автора ожидал своего собственного описания.

Наконец Алексей Михайлович отрывисто и неохотно, кивая на Василья Львовича, рассказал о машине. В Англии, в Лондоне, изобретена машина, простая по виду: железные прутья, лесенка, вроде возка. Василий Львович что-то смутно вспомнил. По лесенке вводят быка. Это было, по-видимому, воспоминание Василья Львовича о лондонском зверинце.

— . быка живого. Этого быка вводят.

Василий Львович точно рассказывал о перевозке зверей, которую видел. Он кивнул головой кузену.

— . и дверь запирают. Это с одного входа, а с другого через полтора часа подают из машины выделанные кожи, готовые бифстексы, гребенки, сапоги и прочее.

Василий Львович сидел разинув рот. Он был поражен рассказом.

Алексей Михайлович, по всему, говорил серьезно. Он, видимо, спутал Василья Львовича с кем-то. Впрочем, машины теперь в Англии действительно изобретались что ни день одна другой страннее. Сергею Львовичу, который был рассеян и слышал только последнюю фразу о гребенках и сапогах, показалось, что он где-то читал о машине.

— Кажется, в «Вестнике Европы» была такая статья, — сказал он.

Тургенев с каким-то стоном оторвался от тарелки и, быстро дожевывая, прыснул. И сразу всех прорвало.

Василий Львович тоже смеялся, но почему-то тотчас вспотел и отер лоб платком.

— Нет, — слабо возразил он, — этой машины я не видывал и машинами, признаюсь, мало увлечен. А вот в кофейном доме я видел там бабу, так ее за деньги показывали. — И Василий Львович, захлебываясь и пуская пузыри, рассказал об английской бабе. От смущения он несколько прилгнул.

— Ты ее где видел? — отрывисто спросил кузен.

— В Лондоне, — ответил Василий Львович.

— Сколько взяли с тебя за посмотренье? — спросил кузен.

— Фунт стерлингов, — сказал Василий Львович неохотно и посмотрел на кузена, свирепея.

Но Алексей Михайлович, казалось, этого не замечал.

— А хочешь без всяких денег такую бабу увидеть?

— Хочу, — свирепо сказал Василий Львович.

— Тогда, братец, поезжай на Маросейку, в доме Кучерова, направо. В Лондон далеко ездить.

И опять, как тогда, когда дядя с отцом боролись из-за «Притч» Хвостова, Александру показалось, что над ними смеются. Блудов, казалось ему, прищурился и подмигнул Дашкову. Но Дашков был невозмутим и только краешком губ позволил себе улыбнуться на миг.

Дядя Василий Львович и в самом деле был забавен; Александр не удержался, засмеялся быстро и коротко, когда уже все замолчали, и сразу прикусил язык. Гости посмотрели с некоторым вниманием на белозубого шалуна; глаза его были живые. По всему было видно, что он понимал гораздо больше, чем можно было ожидать, и, может быть, лучше, чем следовало.

Тотчас Сергей Львович пожаловался на трудности воспитания. Нужна армия учителей! Нет такого человека, который совмещал бы знание всех этих оксигенов и пифагоров, которые теперь обязаны знать даже надзиратели, ибо такова воля monsieur de Speransky, французской литературы, которая, вопреки ce diacre Speransky [*] , нужна для воспитания чувства, и танцев, которые, что ни говори, развивают изящество. О, прав, трижды прав граф де Местр, который его посетил в свой последний приезд: бог с ними, со всеми этими физиками и газами. Да и Николай Михайлович находит очень полезным для юношей танцы — и недаром! Но каждый учитель знает либо только оксигены, либо танцы. И для того, чтобы образовать сына, он пошел на все, в доме толчется армия учителей: Пэнго учит танцам, протоиерей закону божию, m-r Руссло французской литературе — с утра до ночи, без конца. Кажется, одни иезуиты способны дать благородное воспитание.

— Старая скотина Пэнго учит детей менуэту, который козел с Ноем танцевал, — равнодушно сказал Алексей Михайлович.

Беспричинная злость бывшего Пушкина была всем в Москве известна и так же естественна, как горчица и уксус к ужину. Но Сергей Львович не терпел его реплик и, как всегда, обиделся.

— Пэнго — ученик Вестриса-старшего, — сказал он сухо.

Обед кончился. Все, выпив черного кофею, сидели в покойных креслах, более добрые, чем когда бы то ни было. Тургенев и Блудов расстегнули жилеты. Вопрос о воспитании занял бы их, если бы они не были так сыты.

Читайте также:  Река коргон республика алтай

— А почему вы не отдали его в Университетский пансион? — спросил Блудов равнодушно.

Сергей Львович смутился. Действительно, Сашка вырос, его сверстники были определены кто куда, и он один слонялся, как недоросль. Университетский благородный пансион был тут же, рукой подать, и проще всего было бы отдать Сашку именно туда. Но Надина ни о чем не заботилась, и все бременем лежало на нем одном. Он помолчал и тонко взглянул на Блудова. Нет, этот пансион. бог с ним. Он предпочитает. Петербург.

— Вы хотите определить его в коллеж, к иезуитам? — спросил Блудов.

Сергей Львович ответил с некоторым раздражением. Ни словцо о Сперанском, ни его дружба с де Местром не были замечены.

— Да, — сказал он со вздохом, — разумеется, в коллеж. Куда же деться, только коллеж и остается.

Сергей Львович не собирался отдавать Александра в какой-либо коллеж, ниже посылать в Петербург. Он был недоволен, что затеял весь этот разговор о воспитании.

Тургенева одолевала тайная внутренняя икота, с которой он видимо боролся, то подавляя ее, то уступая природе. Оборотясь к Сергею Львовичу, положив руку на брюхо и посмотрев туманным взглядом на Александра, он торопливо сказал:

— В Петербург его, в Петербург.

Тут и Дашков, неподвижный, как монумент, невозмутимый, обратил свое внимание на Пушкина-племянника. Потом, скользнув косвенным взглядом по Сергею Львовичу, он сказал:

Сергей Львович почувствовал себя оскорбленным. Слегка откинувшись в кресле, он быстро повернулся к Дашкову и сухо спросил:

— Сколько же берут святые отцы, ces reverends peres [*] , за воспитание?

Дашков опять поглядел на него спокойным взглядом и еще короче ответил:

Тургенев, который по должности своей мог бы это знать, тоже позабыл.

— Тысячи полторы, две, — сказал он.

И вдруг Александр увидел, как отец весь изменился. Легкая улыбка появилась у него на губах, он слегка прищурил глаза; что-то похожее на гордость, на отчаянную гордость лгуна и завистника появилось во всем его существе, и с искренним удивлением, не повышая голоса, Сергей Львович спросил Тургенева:

— Да, — сказал Тургенев, — за все.

— Но это вовсе не много, — спокойно и медленно сказал Сергей Львович.

Дашков поглядел на него. Полторы и две тысячи были плата непомерная, и иезуиты в Петербурге ее назначили единственно с той целью, чтобы привлечь в свой пансион избранное юношество и чтоб к ним не совалась всякая дворянская мелочь и голь. Сергей Львович в это мгновение забыл все цифры в мире — и сколько денег задолжала Nadine во французскую лавочку, и сколько задолжали в лавке за масло, уксус и яйца. Впрочем, он ждал вскоре из Болдина пополнения.

Шаликов, который давно ждал своего часа, решил, что он настал, и хриплым голосом стал читать какой-то свой романс; не было гитары, и он, к сожалению, не мог спеть .его; гости слушали и не слушали. Каменное равнодушие было на обширном лице Дашкова; глазки Блудова смежились; Тургенев мерно дышал, все реже борясь с икотою. Сергей Львович, безмерно довольный собою за свой ответ Дашкову, один внимал поэту.

Александра никто не замечал. Он пошел бродить по дому. В боковой комнате, которую он всегда считал нежилою, он нашел молодую женщину, сидевшую за пяльцами. Она, завидев его, быстро встала и поклонилась. Они разговорились. Лицо у нее было доброе, широкое, белые руки быстро и проворно бегали по пяльцам. Александр смутно знал из разговоров, что у дяди Василья Львовича живет Анна Николаевна, которую тетушка Анна Львовна еще иногда называла по старой памяти Анкой. Он все вдруг понял.

Она спросила его об обеде и покраснела от удовольствия, узнав, что все вкусно. Скоро он стал помогать ей разматывать шелк. Потом она стала гнать его.

— Как бы не заругали, — говорила она с опаской, — дяденька заругают, — и вдруг несмело погладила его по голове и улыбнулась.

— Уходите, уходите, Александр Сергеич, — заговорила она быстро и замахала на него руками.

Ему ни за что не хотелось уходить из комнаты. Гости ему не нравились; они были чванные. Дашкова он невзлюбил. А здесь, в комнате, было тепло, и глаза у Аннушки были веселые, и эта смиренная затворница и эта комната вдруг необыкновенно ему понравились. Дядя Василий Львович, который теперь хлопотал в гостиной и над которым посмеивался Дашков, снова возрос в его глазах. Он не хотел идти прочь, упрямился и упирался. Тогда Аннушка, обняв его и закрутив руки, вдруг с неожиданной силой и ловкостью вытолкнула его за дверь.

Была пора; его звали; гости уже разъезжались и шумно одевались в передней. Шаликов, красный и недовольный, сумрачно влезал в рукава шубы. Романсы его не имели успеха; все некстати засмеялись на самом нежном стихе из-за урчания, вдруг раздавшегося: Александр Иванович не совладал с природою. Новые друзья смеялись, казалось, над всеми — и над петербургскими стариками и над друзьями Карамзина. Шаликов решил сегодня же писать графу Хвостову, который умел ценить друзей, не так, как эти молокососы.

Уже зажгли фонари, когда они возвращались домой. Москва засыпала. Сергей Львович на вопрос сына, кто таков Блудов, долго молчал и потом неохотно, со вздохом и брюзгливо сморщась, ответил:

— Все они дипломаты.

Александр ничего не спросил об Аннушке. Он чувствовал, что не нужно, нельзя спрашивать об этой веселой затворнице.

Источник

Отец не хотел его брать с собой да надежда осиповна навязывала река давно замерзла

Укажите предложение, в котором средством выразительности речи является сравнение.

1) Вода в Истье была ласковой и смешливой.

2) Река петляла, словно пыталась сбежать и спрятаться от кого-то.

3) Это было прекрасно: уже нежаркий, пятичасовой, такой милый и лопоухий день, блики на воде, стремительное скольжение вперёд.

4) Холод клокотал уже в груди.

(1)Мы сидели на майском берегу, под щедро распустившимся летним солнцем, у тонкой реки и быстрой воды. (2)Вода называлась Истье, а недалекая деревня – Истцы. (3)Вдруг Корин, друг отца, выступил с заманчивой идеей:

– Захар, а помнишь? (4)Мы с тобой катались на велосипедах через лес

в старые монастыри? (5)Давай сплавимся туда по реке? (6)На велосипедных колесах туда добираться полчаса. (7)А по речке часа за два, ну, за три спустимся. (8)Полюбуемся местными красотами.

(9)Вода в Истье была ласковой и смешливой. (10)Деревень вдоль реки не было.

– (11)Ты сплавлялся туда? – спросил отец.

– (12)В том-то и дело, что никогда, у меня и лодки нет. (13)А ведь очень любопытно было бы! (14)У монастырей, – продолжал Корин, – как раз нынче стоят лагерем знакомые археологи. (15)Они, во-первых, обрадуются нам, неожиданно спустившимся по реке, и, во-вторых, легко доставят нас обратно на машине.

– (16)На чём поплывём? – спросил отец.

– (17)Автомобильные камеры, числом две! – ответил Корин.

– (18)Сплаваем, сынок? – посоветовался отец.

(19)Мы спустили чёрные камеры в прозрачную воду. (20)Это было прекрасно: уже нежаркий, пятичасовой, такой милый и лопоухий день, блики на воде, стремительное скольжение вперёд. (21)Когда отец толкал колесо, я чуть повизгивал от счастья, которое переполняло меня.

(22)Река петляла, словно пыталась сбежать и спрятаться от кого-то. (23)Монастыри всё не показывались. (24)На солнце стали наползать вечерние тягучие тучи. (25)Появились комары. (26)Я стал замерзать. (27)Корин отстал. (28)Прошло, наверное, часа три или больше. (29)Налетел ветер, лес нахмурился и навис над нами, втайне живой, но ещё молчащий. (30)Отец решил идти вперёд: в лесу без спичек с ребёнком делать нечего, а назад, поди, уже добрые шесть часов ходу.

(31)Холод клокотал уже в груди. (32)Отец наклонялся ко мне и грел своими руками, грудью, дыханием.

(33)Ещё несколько часов мы двигались почти беззвучно, я старался не смотреть на возвышавшийся с обеих сторон лес, чтобы не встретиться с кем-нибудь глазами. (34)Мне было холодно и страшно.

– (35)Посмотри-ка, вон видишь впереди огонёк? (36)И похоже это на окошко, – сказал отец.

(37)Я вцепился в этот огонёк глазами, как в поплавок. (38)Может, только через полчаса огонек стал явственно различим. (39)Он был впаян в чёрный дом, стоявший на высоком берегу. (40)Впервые за шесть или семь часов мы вышли на берег. (41)Берег был остро-каменистый, идти по нему я не мог. (42)Отец взял меня на руки и тихо пошёл вверх.

(43)Хозяином избы оказался дед, поначалу смотревший на нас с опаской. (44)Трудно в ночи довериться двум почти голым людям: мальчику, по груди и плечам которого была ровно размазана кровавая кашка из комарья и мошкары, и огромному мужчине.

– (45)Спускались к старым монастырям, думали, что по воде столько же, сколько посуху, – и не успели засветло, – пояснил отец.

– (46)Вы из Истцов? – догадался хозяин. – (47)Здесь река петляет так, что по воде до монастырей будет пять пеших дорог. (48)Заходите. (49)Куда ж вам с ребёнком!

(50)Меня уложили в кровать, отец закутал меня в одеяло. (51)В кровати было почти хорошо, мирно, сладостно. (52)Я всё ждал, что отец ляжет рядом и мир, отсыревший, чужой и шероховатый, как кора, наконец, исчезнет вовсе, а на смену придёт мир сонный и тёплый. (53)Рядом с папой никакие беды были не страшны.

– (54)Сынок, надо мне Корина искать, – сказал отец негромко. – (55)Мало ли что с ним. (56)А то лежит там дядя Олег, никто не поможет ему.

(57)Корин нашёлся на берегу, он подвернул ногу. (58)Отец разжёг ему костёр – он взял у приютившего меня деда спичек и сала. (59)Потом отец вернулся в нашу деревню, приехал за мной на велосипеде и отвёз домой. (60)Снова спустился по реке, забрал Корина.

(61)Прошли годы, а я до сих пор вспоминаю тот случай и будто слышу голос своего отца.

* Прилепин Захар (настоящее имя – Евгений Николаевич Прилепин, род. в 1975 г.) – современный писатель.

В каком варианте ответа содержится информация, необходимая для обоснования ответа на вопрос: «Почему путешественники заблудились?»

1) Путешественники не учли, что путь к старым монастырям по реке был гораздо длиннее, чем по суше.

2) У путешественников не было карты.

3) Корин, который знал путь, подвернул ногу.

4) На небе появились тучи, налетел ветер, стало темно, поэтому разглядеть ничего было нельзя.

1) Путешественники не учли, что путь к старым монастырям по реке был гораздо длиннее, чем по суше.

1. Напишите сочинение-рассуждение, раскрывая смысл высказывания лингвиста Григория Яковлевича Солганика: «Писатель мыслит образами, он рисует, показывает, изображает. В этом и заключаются особенности языка художественной литературы». Аргументируя свой ответ, приведите 2 (два) примера из прочитанного текста. Приводя примеры, указывайте номера нужных предложений или применяйте цитирование. Вы можете писать работу в научном или публицистическом стиле, раскрывая тему на лингвистическом материале. Начать сочинение Вы можете словами Г.Я. Солганика.

Объём сочинения должен составлять не менее 70 слов. Работа, написанная без опоры на прочитанный текст (не по данному тексту), не оценивается.

Если сочинение представляет собой пересказанный или полностью переписанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается нулём баллов. Сочинение пишите аккуратно, разборчивым почерком.

2. Напишите сочинение-рассуждение. Объясните, как Вы понимаете смысл финала текста: «Рядом с папой никакие беды были не страшны».

Приведите в сочинении 2 (два) аргумента из прочитанного текста, подтверждающих Ваши рассуждения. Приводя примеры, указывайте номера нужных предложений или применяйте цитирование.

Объём сочинения должен составлять не менее 70 слов.

Если сочинение представляет собой пересказанный или полностью переписанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается нулём баллов. Сочинение пишите аккуратно, разборчивым почерком.

3. Как Вы понимаете значение словосочетания ЖИЗНЕННЫЕ ЦЕННОСТИ? Сформулируйте и прокомментируйте данное Вами определение. Напишите сочинение-рассуждение на тему «Что такое жизненные ценности», взяв в качестве тезиса данное Вами определение. Аргументируя свой тезис, приведите 2 (два) примера-аргумента, подтверждающих Ваши рассуждения: один пример-аргумент приведите из прочитанного текста, а второй — из Вашего жизненного опыта.

Объём сочинения должен составлять не менее 70 слов.

Если сочинение представляет собой пересказанный или полностью переписанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается нулём баллов. Сочинение пишите аккуратно, разборчивым почерком.

1. Русский язык – один из самых богатых и красивых языков мира. В нем достаточно слов для того, чтобы назвать все предметы и явления, передать самые разнообразные чувства, настроения, переживания, прибегая, если потребуется, к специальным средствам выразительности. Лучше всего владеют этими средствами писатели. Поэтому трудно не согласиться с высказыванием Г.Я. Солганик: «Художник мыслит образами, он рисует, показывает, изображает. В этом и заключается специфика языка художественной литературы»

Подтвердим это примерами из текста Захара Прилепина.

В предложении номер 22 (Река петляла, словно пыталась сбежать и спрятаться от кого-то.) с помощью олицетворения создаётся образ реки, который под стать настроению героев: они пустились в неведомое путешествие, и река пытается играть с ними в прятки.

В предложении 9 (Вода в Истье была ласковой и смешливой.) используются эпитеты «ласковая», «смешливая» — это помогает передать ощущения героев от неожиданной идеи сплавиться по реке к монастырям. Река зовёт, словно говорит, что ничего не случится: посмотрите, какая я игривая, доброжелательная.

Проанализировав текст, мы с уверенностью можем утверждать, что сила воздействия художественного текста на читателя усиливается, когда автор умеет пользоваться словом во всей его многогранности и многозначности.

2. Любовь – одна из главных жизненных ценностей, которая помогает отличить главное, истинное от ложного, напускного. Герой текста Захара Прилепина ещё ребёнок, которому выпало преодолеть нешуточное испытание – сплав по реке. Путь оказался тернистым, полным опасностей. Обуреваем страхом, продрогший и голодный, он ощущал постоянную заботу отца, рядом было надёжное плечо большого, любящего человека. Об этом и говорится в финале текста: «Рядом с папой никакие беды были не страшны».

Читайте также:  В каком океан впадает большинство рек россии

С искренней теплотой относится отец к сыну: «(32)Отец наклонялся ко мне и грел своими руками, грудью, дыханием». Когда опасность миновала, когда мальчик был в накормлен, согрет, папа не лёг рядом с ним под тёплым одеялом. Он чувствовал ответственность за друга Корина, поэтому и отправился на его поиски, объяснив сыну: «(54)Сынок, надо мне Корина искать … (55)Мало ли что с ним. (56)А то лежит там дядя Олег, никто не поможет ему». С отцом не страшны никакие беды не только потому, что он о сыне заботится, а ещё и потому, что отец такой со всеми: ответственный, надёжный. Уроки отца запомнит сын на всю жизнь.

Таким образом, нам удалось подтвердить примерами текста, что добро, любовь, доверие способны научить большему, чем осуждения, нотации, пустые слова. В семьях, где царят любовь и взаимопонимание, ребенок приобретает самое важное – чувствует себя защищённым и нужным, способным справиться с любыми невзгодами.

3. У каждого человека существуют основные жизненные ценности, то есть то, что кажется ему наиболее значимым и важным. У разных людей в разные периоды их жизни разные ценности: кто-то стремится к комфорту, кто-то к саморазвитию, для кого-то счастье близких составляет самую большую ценность и значимость в жизни. Для людей, только начинающих жить, огромную ценность имеет семья: ребёнку крайне необходимо чувствовать себя нужным, защищённым, любимым.

О том, как важна поддержка родителей в обычные дни, знает каждый. Но если случается чрезвычайная ситуация, цена родительской заботы и поддержки вырастает в разы. У отца не было другого выхода, как пробираться с обессилевшим ребёнком на руках к спасительному огоньку. Сколько часов он нёс ребёнка, согревая и подбадривая сына. Когда же наконец они добрались до избушки, мальчик с надеждой подумал о том, что «отец ляжет рядом и мир, отсыревший, чужой и шероховатый, как кора, наконец, исчезнет вовсе», но отец не лёг: сказав, что нужно идти спасать дядю Олега, он ушёл, дав сыну ещё один жизненный урок. Да, с таким отцом мальчику никогда не будет страшно, он у него настоящий, с настоящими мужскими жизненными принципами: нельзя в беде товарища бросать.

У моей подруги (так получилось) не сложились отношения с мамой. Зато отца она безмерно любит и уважает. В этом году она заканчивает школу, и так получилось, что почти год занималась химией и биологией, планируя поступать в медтехникум. Но я-то знаю, что она мечтает стать журналистом. Но вот боялась подруга признаться папе, что деньги на репетиторов были потрачены зря, что медицина — это не её. А когда призналась, такой груз с души свалился. Отец сказал ей: «Самое главное в жизни — это жить в мире с собой. А деньги мы новые заработаем. На репетитора по литературе.» И теперь я понимаю, за что она так любит отца.

Хорошая, крепкая семья — это очень ценно и важно в жизни человека любого возраста. Это залог осуществления всех желаний и развития всех возможностей. Берегите свои семьи!

Источник



Материал к уроку русского языка по ССП
учебно-методический материал по русскому языку (9 класс)

Борисова Светлана Владимировна

примеры предложений с разными знаками препинания

Скачать:

Вложение Размер
ssp_znaki_prepinaniya.docx 20.92 КБ

Предварительный просмотр:

1.2. Знаки препинания в сложносочинённых предложениях

1. Простые предложения, входящие в состав сложносочинённого предложения (ССП), отделяются друг от друга запятыми .

Примеры: Окна во всех корпусах были ярко освещены, и оттого на громадном дворе казалось очень темно (Чехов); На улице жара, а цыплятам холодно (Песков).

2. Запятая перед одиночными соединительными и разделительными союзами – и, да (в значении «и»), или, либо – не ставится в следующих случаях:

а) простые предложения в составе сложносочинённого предложения имеют общий второстепенный член :

Вскоре после восхода набежала туча и брызнул короткий дождь (Пушкин) (общий второстепенный член – обстоятельство времени вскоре после восхода , ср.: Вскоре после восхода набежала туча; Вскоре после восхода брызнул короткий дождь );

б) простые предложения в составе сложносочинённого предложения имеют общее придаточное предложение :

Уже совсем рассвело и народ стал подниматься, когда я вернулся в свою комнату (Л. Толстой) (придаточное времени когда я вернулся в свою комнату является общим для обеих частей сложносочинённого предложения, ср.: Уже совсем рассвело, когда я вернулся в свою комнату; Народ стал подниматься, когда я вернулся в свою комнату );

в) простые предложения сложносочинённого предложения вместе поясняют общее для них третье предложение, предшествующее им и связанное с ними бессоюзной связью :

Он чувствовал себя нехорошо: тело было слабо и в глазах ощущалась тупая боль (Куприн) (части сложносочинённого предложения: Тело было слабо; В глазах ощущалась тупая боль – поясняют смысл общего для них первого простого предложения, связанного с ними бессоюзно: Он чувствовал себя нехорошо );

г) простые предложения в составе сложносочинённого предложения имеют общее вводное слово, вводное словосочетание или предложение :

По словам охотников, зверь в этих лесах вывелся и птица исчезла (источник сообщения – по словам охотников – один и тот же для всего высказывания, ср.: По словам охотников, зверь в этих лесах вывелся; По словам охотников, птица исчезла );

д) в состав сложносочинённого предложения входят вопросительные предложения :

Вы придёте ко мне или я должен зайти к вам?

е) в состав сложносочинённого предложения входят побудительные предложения :

Подпустить врага и огонь дать по команде! (Фурманов);

ж) в состав сложносочинённого предложения входят восклицательные предложения :

Как он смешон и как глупы его выходки!

з) в состав сложносочинённого предложения входят односоставные неопределенно-личные предложения, если мыслится один и тот же производитель действия:

Подсудимых тоже куда-то выводили и только что ввели назад (Л. Толстой);

и) в состав сложносочинённого предложения входят безличные предложения, имеющие синонимические слова в сказуемых:

Необходимо рассмотреть авторские заявки и надо срочно составить по ним заключения (синонимы: необходимо, надо).

Но при отсутствии синонимических слов запятая между двумя безличными предложениями перед союзом и ставится:

Между тем совсем рассвело, и надо было опять выходить в море (Катаев);

к) в состав сложносочинённого предложения входят назывные (номинативные) предложения:

Мороз и солнце. (Пушкин).

3. Вместо запятой простые предложения в составе сложносочинённого предложения могут разделяться точкой с запятой. Точка с запятой ставится в том случае, если части сложносочинённого предложения значительно распространены (часто это сложные предложения смешанного типа – с сочинением, подчинением и бессоюзной связью) и имеют внутри себя запятые. Чаще постановка точки с запятой наблюдается перед союзами но, однако, зато, да и , реже перед союзом а :

Шесть лет комиссия возилась около здания; но климат что ли мешал, или материал уже был такой, только никак не шло казённое здание выше фундамента (Гоголь).

Перед союзами и, да (в значении «и») точка с запятой ставится лишь в том случае, когда они соединяют два предложения, которые без них были бы разделены точкой:

Скоро весь сад, согретый солнцем, обласканный, ожил, и капли росы, как алмазы, засверкали на листьях; и старый, давно запущенный сад в это утро казался таким молодым, нарядным (Чехов).

4. Вместо запятой простые предложения в составе сложносочинённого предложения могут разделяться тире:

Тире ставится в том случае, если во второй части сложносочинённого предложения содержится неожиданное присоединение или резкое противопоставление:

Тут раздался лёгкий свист – и Дубровский умолк (Пушкин); Я спешу туда ж – а там уже весь город (Пушкин).

Часто в этих случаях или только первое предложение, или оба предложения являются назывными (номинативными):

Ещё напор – и враг бежит (Пушкин); Ещё год, два – и старость. (Эренбург).

План разбора сложносочинённого предложения

  1. Указать тип сложного предложения (сложносочинённое предложение).
  2. Указать, из скольких частей состоит сложносочинённое предложение (выделить грамматические основы).
  3. Указать, какими союзами связаны части сложносочинённого предложения.
  4. Построить схему сложносочинённого предложения.

Здесь, в комнате, было тепло, и глаза у Аннушки были весёлые, и эта смиренная затворница и эта комната вдруг необыкновенно понравились мне (Тынянов).

Предложение сложносочинённое; состоит из трёх простых частей: Здесь, в комнате, было тепло 1 /, и глаза у Аннушки были весёлые 2 /, и эта смиренная затворница и эта комната вдруг необыкновенно понравились мне 3 /. Грамматические основы: 1) было тепло ; 2) глаза были весёлые ; 3) затворница и комната понравились . Средство связи – соединительные союзы и .

Упражнение 46. Выделите грамматические основы предложений. В каких случаях сочинительные союзы связывают однородные члены, а в каких – части сложносочинённого предложения? Определите значение союза. Расставьте недостающие знаки препинания.

1. Всё живое тянется к воде и всем вода дарит жизнь (Песков). 2. Снег похоронит и предаст забвению лесные повести и загадки (Песков). 3. Верблюжье молоко непривычно сладкое но пришлось выпить (Песков). 4. Барсук пытался уплыть но был водворен на пятачок земли возле пня (Песков). 5. Умер от болезни отец а мать после него от горя умерла (Песков). 6. Я тогда не здесь а у бабушки жил (Песков). 7. При сих словах вышла из-за перегородки девочка лет четырнадцати и побежала в сени (Пушкин). 8. Прошло несколько лет и обстоятельства привели меня на тот самый тракт в те самые места (Пушкин). 9. Парнишка упал однако не был убит (Фадеев). 10. Канонада стала слабее однако трескотня ружей сзади и справа слышалась всё чаще (Л. Толстой). 11. Пусть он перебирается в деревню во флигель или я переберусь отсюда (Чехов). 12. Я хочу быть отроком светлым иль цветком с луговой межи (Есенин).

Упражнение 47. Выделите грамматические основы предложений. Расставьте недостающие знаки препинания. Обоснуйте расстановку знаков препинания в сложносочинённых предложениях. Разберите сложносочинённые предложения по плану.

1. Страшно выли провода на столбах да громыхали от ветра вывески (А.Н. Толстой). 2. Прошло полгода и книга «Трагедия Согдианы» вышла в свет (Каверин). 3. Я напишу Ивану Ивановичу и завтра же всё отменится (Тынянов). 4. Этим предпочтением он мог нанести укол властным монархам и от этого у него прошла хандра зато она слишком резко уступила место нетерпению составлявшему самую сильную черту характера герцога (Лесков). 5. Словом картина была самая мирная а между тем в двух шагах отсюда был базар и притом базар очень завозной и дешёвый (Лесков). 6. В начале тридцатых годов Арише удалось устроиться в кордебалет Большого театра и молодые переехали в Москву (Каверин). 7. У Ивана Ивановича большие выразительные глаза табачного цвета и рот несколько похож на букву ижицу (Гоголь). 8. Это все ожидали однако настроение было испорчено (Симонов). 9. Мы с сестрой плакали мать также плакала (Аксаков). 10. Глаза у всех устремились и носы вытянулись по направлению к письму (Гончаров). 11. Не только не видно нигде следов роскоши но и самые комнаты были пусты (Тынянов). 12. У Евсеича сорвалась какая-то большая рыба и вдобавок щука оторвала удочку (Аксаков). 13. Иль чума меня подцепит иль мороз окостенит иль шлагбаум в лоб мне влепит непроворный инвалид (Пушкин). 14. Степан Степанович не то не доволен чем-то не то он чем-то обижен (Чехов). 15. Губы Кати не улыбались и тёмные глаза выражали недоумение (Тургенев). 16. Она обещала зайти ещё раз и стала приходить всё чаще но адреса она им не дала да у неё и не было настоящего адреса (Берберова). 17. В сенях пахло свежими яблоками и висели волчьи и лисьи шкуры (Л. Толстой). 18. Это была слава но всё это было опасно утомительно а для него самого по его мнению всё это было не нужно и вредно (Тынянов). 19. Тут так же, как и в зале, окна были раскрыты настежь и пахло тополем сиренью и розами (Чехов). 20. Отец не хотел его брать с собой да Надежда Осиповна навязывала (Тынянов). 21. Доктор Браун явно не в духе и даже не слишком любезен однако он замечательный человек (Алданов). 22. Он бы, конечно, возмутился однако на его возмущение никто бы не откликнулся (Тендряков). 23. Крылья у гуся были растопырены и клюв раскрыт (Чехов). 24. У Гаврилы смешно надулись щеки. и суженные глаза как-то чересчур часто и смешно помаргивали (М. Горький). 25. Река давно замёрзла а снега всё не было и люди замучились без дороги (Чехов). 26. У него осунулось лицо и отяжелели веки опустившись на выпуклые глаза полузакрывая их (М. Горький). 27. Сын «бывшего» Пушкина рассказывал басню для смеха Сергей же Львович более хладный и жестокий негодовал (Тынянов). 28. Ни она никого не тронет ни её никто не тронет (Салтыков-Щедрин). 29. Небо ли такое белое или солью выцвела вода? (Есенин) 30. Ни минуты времени не терялось даром ни малейшей неисправности не случалось у поселянина (Гоголь). 31. На воде гладкой как зеркало изредка ходили круги да вздрагивали речные лилии потревоженные весёлой рыбой (Чехов). 32. И перья страуса склонённые в моём качаются мозгу и очи синие бездонные цветут на дальнем берегу (Блок). 33. То длинный сук её за шею зацепит вдруг то из ушей златые серьги вырвет силой то в хрупком снеге с ножки милой увязнет мокрый башмачок то выронит она платок. (Пушкин) 34. Искусство ноша на плечах зато как мы поэты ценим жизнь в мимолётных мелочах! (Блок) 35. Она мне нравилась всё больше и больше я тоже по-видимому был симпатичен ей (Чехов). 36. Скоро весь сад согретый солнцем обласканный ожил и капли росы как алмазы засверкали на листьях и старый давно запущенный сад в это утро казался таким молодым нарядным (Чехов). 37. Я спешу туда ж а там уже весь город (Пушкин). 38. Аккорд и песня бросается вниз головой, в тишину (Гусев). 39. Вздох всего и в грудь вольётся столько сил! (Григорьев) 40. Уйдёшь ты и станет темно (Шефнер).

Источник

Adblock
detector