Меню

Подземная река в казани

«Засыпанная» Казань. Неужто глобальный потоп?

Здравствуйте, уважаемые читатели. Сегодня в программе нашей снова Казань. Но не надземная, а подземная.

Действительно, не только на этом острове есть подземелье. Вся историческая часть Казани пронизана подземельями. О них упоминается в книге 1895-1896 г. Н. Загоскина «Спутник по Казани»: «Известный уже нам казанский перебежчик князь Камай сообщил русским военачальникам, что казанцы, не имея хороших источников в самом городе, и не имея возможности выходить за водою на открытый берег реки Казанки, берут воду из родника, вытекающего из северо-западной стороны горы, на которой расположена крепость (родник этот существует, за Тайницкою башнею, и до наших дней, служа одним из предметов почитания местных татар); к роднику же этому они ходят подземным ходом, проведённым от Муралеевых ворот (нынешние Тайницкие). С целью уничтожения этого тайника, стали вести под него подкоп от занятой нашими казаками Таировой Бани. » В этой же книге упоминаются и подземелья:

Обратите внимание на подземную часть этих домов:

Получается, что эти помещения ещё в 1894 году не были засыпаны ни песком, ни глиной. Потоп до них не добрался? Как-то он не добрался и до многих других подземелий.

Как оказалось, подземные ходы и помещения и засыпались хозяевами домов, и обрушались в результате действия подземных вод и карста. Однако, они привлекают не только любителей тайн и поисков кладов, но и любителей высосать из пальца версию глобального потопа. Особенно впечатлил последних дом на бывшей Большой проломной (ныне Баумана) №9.

Мне, конечно, глядя на этот снимок, не понятно, что так возбудило альтернатиыщиков. Попробую объяснить. Обратите внимание на особенности рельефа местности этой части Казани.

Из плана видно, что лежит эта улица вдоль подошвы холмов. Эти холмы прорезаны спусками поперечных к Проломной улиц. Теперь читайте, какими были улицы в начале XIX века, и попробуйте представить, что становилось с грязью, появляющейся на этих улицах в результате дождей. А ещё вспомните, что грязи свойственно налипать на колёса не только автомобильные.

«Природный ландшафт Казани придавал ему не только причудливое своеобразие, но и был причиной стихийных бедствий. Градообразующие холмы с одной стороны огибала петляющая илистая Казанка, а с другой — полноводная Волга. Сезонные угрозы для горожан нижней части города создавали весенние разливы. В это время Казань преображалась, окутываясь туманными испарениями. Улицы заливались жидкой грязью, а воздух наполнялся мошками. Таковы были проблемы губернской столицы, и заниматься ими должен был каждый прибывающий в Казань губернатор.

Осознание необходимости городского благоустройства можно обнаружить в рапорте военного губернатора П.П.Пущина 1800 года в части под заглавием «мнение военного губернатора о средствах к осушению Казани со сметою». В ней начальник губернии убеждал столичные власти в необходимости строительства каменных мостовых, поскольку » на улицах казанских вообще большая грязь, а на некоторых, как-то особливо на Проломной, чрезвычайная «. Губернатор настаивал на очистке города и осушении болот.

Спустя пять лет о тех же проблемах писал в своем отчете губернатор Б.А.Мансуров. Он сообщал, что еще в прошлом 1804 году просил «об исходатайствовании высочайшего позволения о постройке в Казани деревянных мостовых, по крайней мере, в самых грязных улицах и площадях». Мансуров неоднократно уверял министра внутренних дел о необходимости «вымощения» казанских улиц булыжником. В апреле 1817 года губернатор И.А.Толстой в отношении к министру полиции сообщал, что в Казани камнем вымощена только территория крепости и что «в осеннее время, в ненастную погоду и при таянии снега грязь бывает такая, что доставлять воду жителям из озера Кабана делается затруднительным.

Прошло еще несколько лет. И вновь (сентябрь 1832) казанский губернатор (теперь уже С.С.Стрекалов) писал в Петербург. Упоминалось, что при участии предыдущего губернатора И.Г.Жеванова в 1829-1830 гг. были вымощены за счет городских доходов две площади . В итоге губернатор предложил производство дорог отдать на подряд городской думе. Было подсчитано, что на мостовые в Казани необходимо потратить 500 тыс. рублей, но городские доходы не имеют подобных средств, поэтому губернатор просил выдать 100 тыс. рублей ссуды на 10 лет без процентов. В суде не отказали, но выдали под проценты. На этот раз благоустройство казанских улиц сдвинулось с мертвой точки, поскольку уже в 1834 году, докладывая о «вымощении в г.Казани улиц деревянными пяти и шести угольниками «, губернатор сообщал, что силами Градской думы камнем покрыто 604 квадратных саженей на улице Воскресенской и что на следующий год работы на ней будут завершены. В отчете за 1836 год сообщалось, что «вымощены самые грязные улицы и площади — примерно 14 тыс. квадратных саженей «.

Новый назначенец Петербурга губернатор С.П.Шипов об «устройстве города» сообщал, что в Казани площадей — 10, рынков — 6, улиц — 146. Из них на 18-ти значительных — мостовые. Таков стал город к началу 1840-х годов. А в 1842 году очередной пожар унес его в небытие .» https://cyberleninka.ru/article/n/deyatelnost-kazanskih-gubernatorov-po-blagoustroystvu-goroda-kazani-pervaya-polovina-xix-veka

Теперь о самом доме. История гостинницы ведёт отсчёт с 1835 года. Здание было куплено у полковника Страхова и отстроено по заказу нового владельца: «отстроить дом не для семьи своей, а для гостинницы для приезжающих и магазинов» и продано купцу Щетинкину. Тот распорядился, чтобы отстроили четвёртый этаж и присоединили к дому соседний. Но уже 26 августа 1842 года дом серьёзно пострадал. При восстановлении этот дом вместе с соседним, частично перепланировали с сохранением фасада . После реконструкции первый этаж был отдан под магазины.

«Улица Баумана проходит по породам современных отложений и нижней части казанского яруса пермской системы, представленного в разрезе глинами, песчаниками, известняками, гипсами и доломитами. На состоянии этой улицы сказывается близость грунтовых вод. Поэтому там тоже множество трещин и разрушений. http://kazved.ru/article/38968.aspx

Кроме того, возможно, что уровень первых этажей был повышен из-за угрозы наводнения. В Казани случилось два сильных наводнения: в 1888 и в 1926 гг.

Грязь, может быть, и легко убирать с асфальта, а вот если нет даже мостовых. Накапливается она, понимаешь ли. И постепенно уровень поверхности улицы поднимается. После деревянной мостовой уложили и каменную. Поверх неё — асфальтовую. Каждый слой был не замещающим, а добавочным.

Археологи тоже присматривались к культурному слою Большой Проломной.

«Значительные по площади раскопки были предприняты в 1988 г. в связи с проектными работами по строительству Казанского метро. С этой целью в районе пересечения ул. Баумана и Кремлевская было заложено три раскопа (172 кв. м). Стратиграфически во всех раскопах прослеживалось четыре слоя, нижний из которых был датирован XIII-XIV вв.

Летом 2000 года на строительных объектах в центре г. Казани археологической экспедицией «Казанский Кремль» осуществлено ряд наблюдений на ул. Баумана, Джалиля, Островского на площади более 5,5 тыс. кв. м при глубине срезки грунта до 7 м от современной поверхности. При проведении охранно-спасательных работах решались задачи, связанные с установлением времени их заселения и интенсивности их освоения. Напластования болгаро-татарского времени здесь не зафиксированы. В результате исследований были выявлены остатки жилых и хозяйственных построек, функционировавших в ХVI-ХVIII вв. На пересечении ул. Островского и Джалиля были обнаружены остатки христианского некрополя XVII-XVIII вв. http://nailtimler.com/fotogalereya/kazan_kreml/kazan_kremlin_archaeologiya.html

про то, как к тысячклктию Казани было решено реконструировать улицу Баумана, читайте здесь: http://1997-2011.tatarstan.ru/index.html%40node_id=323.html

Что из этого вышло, легко найти в интернете.

Я же напомню, что тема засыпанных и затопленных городов России уже вылилась в несколько статей:

1 — https://cont.ws/@metafor/687934 Затопители-терраформаторы на марше. «Боги» в виртуале, млин

2 — https://cont.ws/@metafor/688533 Кто и как закапывал Питер и Омск?

4 — https://cont.ws/@metafor/693479 Кирпичные подвалы? Не может такого быть. А если подумать?

5 — https://cont.ws/@metafor/693624 Подсыпки в Петербурге, или как наше слово понимают :о)

6 — https://cont.ws/@metafor/693408 У вас был глобальный потоп? Мы идём к вам! В Углич по подвалы

7 — https://cont.ws/@metafor/701401 Ах, какой же был ПОТОП! А, впрочем, будет не о нём.

8 — https://cont.ws/@metafor/701548 Подсыпки в Петропавловской крепости были вызваны. необходимостью :о)))

10 — https://cont.ws/@metafor/703201 Чем как и когда засыпало «звёздную» крепость в Петербурге, или «аннунаки» перестарались :о)

11 — https://cont.ws/@metafor/703230 Чем занесло Новое Адмиралтейство :о)))

12 — https://cont.ws/@metafor/712552 Связано ли наводнение в Приневье 1691 года с катастрофой Каспия?

Статьи Злого Гоблина на эту же тему:

Источник

Подземная река в казани

Сей город, бесспорно, первый в России после Москвы, а Тверь – лучший после Петербурга; во всем видно, что Казань столица большого царства. По всей дороге прием мне был весьма ласковый и одинаковый, только здесь еще кажется градусом выше, по причине редкости для них видеть. Однако же с Ярославом, Нижним и Казанью да сбудется французская пословица, что от господского взгляду лошади разжиреют: вы уже узнаете в сенате, что я для сих городов сделала распоряжение

Письмо А. В. Олсуфьеву
ЕКАТЕРИНА II И КАЗАНЬ

>>
1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31

2013 — В Казани открылись три новые станции метро: Козья слобода, Яшьлек (Молодежная) и Авиастроительная

Новости от Издательского дома Маковского

Погода в Казани

Татарский учительский институт

Дом профессора Карла Фукса

Улица Большая Проломная. Биржа

Дом купца Якова Шамова

Воскресенский собор на улице Воскресенской (ныне не существует)

Улица Проломная. Вид на колокольню Богоявления

Клиника Императорского Казанского университета

Гостиный двор. Вид с улице Кремлевской. Колонны утрачены во время пожара

Скульптура Геннадия Башмакова на улице Баумана

Такой была карета, на которой по Казани ездила Екатерина II

Вид на Спасскую башню от Национального музеяо_4

Башня Сююмбике - неожиданный ракурс

Панорама от Петропавловского собора

Панорама Казани - вид на центральную часть

Улица Проломная (ныне Баумана)

Kazan-2018_1

Kazan-2018_1

Kazan-2018_1

Kazan-2018_1

Kazan-2018_1

Kazan-2018_1

Kazan-2018_1

Kazan-2018_1

Казанские подземелья

Версия оценки имеющего быть подлинного явления жизни Казани с привлечением литературных источников и раздвоением личности автора. Речь — о казанских подземельях.

Что дозволено экскурсоводам?

Один из авторов этого материала, будучи недавно по делам своим в одной из кремлевских организаций и проходя мимо экскурсионной группы, прислушался к речам, которыми профессиональный экскурсовод информировал гостей нашего города об истории Казани вообще и Кремля, в частности. Услышанное вызвало «подвижку крыши». Попросту – это было тиражирование невежественности. Приезжим предлагались сведения, которые к подлинной истории Казани имели весьма отдаленное отношение. Но именно эта информация и начинает бродить по «всему свету».

Так появилась идея – хотя бы в рамках малого тиража городской газеты «вернуть крышу на место». Ну, если не по всем вопросам, то хоть по наиболее «легендарным».

Не очень обязательное предисловие

В своих архивных изысках по городской истории авторы (будем их титуловать инициалами – Б.Е. и Л.Ж., хотя последнее стоит читать слитно) достаточно часто, совершенно спонтанно и потому как-то странно натыкались на различные сообщения о таинственных происшествиях, бывших не на «световом» уровне, но – в темных глубинах подземелий, в некоей «зеркально отраженной», совершенно не известной Казани, чисто механически фиксировали их в своих картотеках, понимая необыкновенность этого пласта казанской жизни, хотя поначалу это все лежало за пределами их собственных исследований. Потом они соединили свои записи, обменялись впечатлениями, вновь посетили некоторые «места», связанные с «той» Казанью – и оказалось, что это совершеннейшее «нечто», заслуживающее самостоятельного рассказа.

К тому же сюда добавлялись и чисто театральные мотивы, столь любимые одним из авторов (Б.Е.). К примеру, само проникновение «героев» в эти «катакомбы» – это ведь готовый спектакль. Обычно оно связывалось с каким-либо катаклизмом – природным ли (ужасная по силе гроза, ливень, рыбак на Булаке, роющий яму для сокрытия от стихий – и попадающий в «ход», найти который после грозы уже не может) или человеческим (военные столкновения типа штурма городских укреплений, подкопы, взрывы).

По всем источникам получалось, что просто так, с чисто познавательной целью в эти подземелья никто не попадал и даже не хотел этого. Так рождался некий мистический налет, тайна почти небесного уровня, передаваемая из поколения в поколение. Тайна на уровне чувства, необъяснимая словами.

Изучая географию казанских проходных дворов (а их в 40-50-е годы нашего века было у нас еще немало), авторы поражались простоте, с которой знание этой системы позволяло совершенно стремительно переходить, например, с верхнего уровня университетского холма на нижний – улицы Куйбышева – и т.п. Этим умело пользовались в разное время, как «марксисты – бомбисты», так и «веселые люди», ускользающие от агентов полиции.

Не менее удивительные чувства владели авторами при посещении знаменитых «подвалов ЧК» (ул. Гоголя, здесь теперь размещена филармония).

У театрально настроенного возникало четкое ощущение типа «Призрака Оперы» Гастона Леру, когда начальное погружение в глубины доминировало над последующим подъемом, давая совершенно явное ощущение бездны. Впрочем, не только у него одного. Это добавляло к тайне подземелий «новые силы».

Читайте также:  Салон красоты первая речка

Авторы собрали практически полный материал по подземеной Казани. Увы, «полный» – только красивый звук. Число публикаций оказалось не столь уж и велико. В наших библиотеках желающие прояснить вопросы, связанные с проблемой казанских подземелий найдут удручающе мало материалов. Есть глава в «Спутнике по Казани» Н.Загоскина,(1895год), тоненькая брошюрка 1906 года. Есть об этом и у К. Худякова в его «Очерках по истории Казанского ханства» (1923 год), и, пожалуй, – это все. Более того – все эти материалы – на уровне чисто эмоционального восприятия, без сколь-либо серьезных попыток найти феномену подземного города разумное, не мистического уровня объяснение.

Кое-что дали старые казанские газеты. Занимался проблемами Казани подземной и Н.Ф.Калинин (это уже 30-е годы нашего века). Он попытался соединить во времени город разных веков, ища объяснение нынешнему феномену в естественном, в логике прежнего развития. Тут авторы полностью солидарны с ним. В настоящем материале мы не пытаемся дать объяснения всему, ответы на все.

Здесь не более чем попытка снять налет легенды с обычного для людей понятия – подземелье. Если хотите, авторская версия анализа виденного и прочитанного.

Вода всегда течет вниз

В половодье 1926 года близ Тайницкой башни кремля возник котлован – размыв. В глубину ушло много воды, что дало право исследователям сделать вывод о наличии в окрестностях некоего подземного хода, причем связанного с оборонительными сооружениями кремля до 1552 года. Это достаточно характерное суждение. Изначально здесь – признание факта обязательного существования искусственных подземных ходов.

Не отрицая пока такой возможности, отметим, что есть и более простое объяснение, связанное с геологическим строением кремлевского холма. Не вдаваясь в глубину вопроса, подчеркнем, что известняковый «хребтик», начинаясь кремлевским холмом, направлен по нынешней улице Кремлевской, спускается к площади Тукая, исчезая к озеру Кабан. Структура этого хребтика подвержена карстовым поражениям.

Главный виновник его – невежество городское. Казань не имела во все времена должной канализации, все продукты «жизнедеятельности» человека шли «под себя» (это касается и остальной части города, впрочем). У нас нет данных о состоянии его во времени. Совершенно ясно, однако, что совместное воздействие природных и человеческих факторов привели его в настоящее время в состояние, близкое к разрушающемуся.

Подтверждением тому могут служить множественные нарушения строительных конструкций университетского комплекса в результате ударного бурения при изыскательских работах на предполагаемой трассе будущего метрополитена (это касается, в частности, анатомического театра). При забивке свай под гостиницу «Татарстан» предполагалось доводить их до материкового, скального грунта. Получилось, что глубина погружения большинства их оказалась весьма значительной, потребовалось неоднократное наращивание длины стандартных (12 метровых) свай (Б.Е. лицезрел этот процесс лично. Когда свая «улетает» в глубины без всякого сопротивления – это, как говорят, «зрелище не для слабонервных».

И если в нижней части города, у Кабана, все пустоты в хребтике были заполнены грунтовыми водами и илом, то в верхней – были сухи и пусты, т.е. потенциально готовы и к созданию в них помещений, причем, с минимальным обустройством, а, при разливах рек или обилии стоков – к принятию всех вод (и, понятно, к дальнейшему саморазрушению). Зрелища многочисленных прорывов в системах отопления и канализации известны и привычны каждому.

Позволим себе обратить внимание, что эти аварии существенно влияют на общие процессы разрушения грунтов или значительные смещения их масс. Процессы, кажущиеся одноразовыми, сливаясь во времени, в годах и даже (теперь уж – точно) в столетиях, порождают «новое качество», и это их воздействие на прочность нашего «основания» не всегда оценивается сколь-либо точно и серьезно. И где, и какие пустоты порождают эти с виду лишь технические аварии – кто предскажет?!

Так что авторы позволяют себе сделать первый вывод – далеко не все легенды казанских подземелий можно связать с сознательной деятельностью групп людей, стремящихся создать во имя своекорыстных целей «город под городом», который и обнаруживает себя сейчас во множественных провалах в самых различных местах города.

Город – живой, растущий организм

Кто-то может отнести эту фразу к области «чистой литературы». Пусть так; авторы же в своей многолетней краеведческой практике выработали достаточно четкие понятия «анатомии» и «физиологии» города (в полной солидарности, впрочем, с господами Белинским, Некрасовым, Достоевским).

Для наших сегодняшних рассуждений важно вспомнить понятие «культурного слоя» как «физиологического продукта» городской жизни. Слои эти наращивались из года в год, из века в век. Все, бывшее ранее простым бытовым мусором, становилось впоследствии источником информации для археологов, здесь находились (и находятся) разгадки многих тайн из жизни горожан.

Датировка, «аттрибутирование» появления того или иного слоя проводятся ныне весьма точно. Кстати, именно это позволило четко показать дату строительства башни Сююмбеки в кремле – 17 век, ибо фундамент этой башни заложен в слое 17-го века (и, понятно, не может относиться к более ранним периодам). Столь же естественным кажется и суждение о том, что в обилии городских построек далеко не все одинаковы по значению, далеко не за каждой ведется наблюдение и «судьба» далеко не каждой фиксируется в летописях и архивах.

Представьте себе домишко в пару этажей, с подвалом, к тому ж, который пришел в ветхость, хозяин которого оставил за собой владение участком, но строиться внове – не стал. Естественно, что-то от стен увлекут к себе соседи, что-то со временем исчезнет под очередным «культурным слоем». Результат – грядущие археологи откопают «подземное помещение в несколько ярусов», назначение которого именно в этом месте города завтрашнего объяснить «сходу» не удастся.

Так легко родится легенда. По данным Н.Ф.Калинина, проводившего в 1928-1929 гг. раскопки «в садах у зданий Обкома партии и дома ТЦИК», толщина культурного слоя составляла там уже около 5 метров.

Авторы позволяют себе сделать второй вывод – несомненно существование «подземелий», имеющих искусственное происхождение, порожденных обыденной жизнью всего города и отдельных его частей. Так что подземная Казань все-таки существует. Только – какая и где?

Что там, под землей?

Наиболее полные ответы по всем вопросам могли бы дать архивы. Но их фонды – молчат. Причина проста до ужаса – ранее все они концентрировались в кремле; бесчисленные пожары, уничтожавшие город практически полностью – не пощадили и архивы. Это только в романах «рукописи не горят». Поэтому сколь-либо аргументированные исследования и выводы по ним провести, увы, не удастся; так что и профессиональные историки, и краеведы могут «оперировать» лишь на очень узком пространстве документов, косвенных доказательств и логики.

Исторически сложилось и пока никем не опровергнуто (хотя и не подтверждено сколь-либо серьезно) мнение, что под нашим кремлем имеются достаточно сложные подземные сооружения, от которых идут подземные же ходы – галереи в разные стороны и к которым от многих близлежащих строений также идут ходы. Потому давайте – к истокам, в век 16-й.

Деревянный кремль тогда был куда меньших размеров, чем нынешний; по данным последующих реконструкций его стены оканчивались на уровне нынешнего Благовещенского собора.

Существовали, впрочем, и стены «второго уровня», послабее защитой, их границы – нынешний Ленинский сад – площадь Свободы. В этой зоне обреталось основное население той Казани. По данным Н.Калинина жили здесь куда как антисанитарно, раскопками были обнаружены кладбища непосредственно возле каждой мечети, т.е. практически рядом с жильем. От этого «правила» не отступили и русичи, устраивая свои захоронения возле новых (своих) церквей.

Раскопки 20-30-х годов позволили достаточно точно составить карту всех этих захоронений. Так что авторы считают позволительным исключить из числа «подозреваемых в наличии здесь подземелий», хотя любые захоронения, естественно, – подлинно «райское место» для археологов.

На карте города 16 -17 веков остается куда как скудная по площади «свободная» территория; разместить на ней сколь-либо поместительные сооружения возможно лишь погружаясь в глубины кремлевского холма; в свою очередь, это затруднено еще одной причиной – не просто по соображениям сложности производства работ, но и по достаточно высокому уровню грунтовых вод – не забывайте – рядом Казанка с ее весенними разливами.

Так что, видимо, следует смириться с тем, что в зоне древнего кремля нас могут ожидать лишь узкие, хоть и достаточно протяженные ходы сообщения, направленные в разные стороны; легко понять и назначение этих ходов – возможность вылазок в тыл противника, намеревающегося овладеть крепостью. Это все известно по фортификации, логика защиты крепостных сооружений во всех странах во все времена была стандартна.

Кстати, исследователи московского кремля (с «подачи» И.Стеллецкого) совершенно спокойно, без налета «легендарности» вели (и ведут в настоящее время, см. журнал «Наука и религия», цикл статей 1993 года) работы по обнаружению и анализу «своих» ходов. Подтверждением этого нашего мнения служит и Тайницкий ключ (точное место его, увы, утрачено теперь).

Элементарная стратегическая логика очевидно требовала устройства колодцевой системы внутри кремля, а не вне его, тогда город был бы куда как более защищен от вражеского влияния. Так, кстати, сделали строители московского кремля, хотя потребовало это очень больших и сложных работ. А у нас – ход к ключу – и все.

Предал горожан мурза Камал, выдал тайну хода русичам – и облегчил им задачу покорения Казани в октябре 1552 году (кстати, стоило бы, видимо, объективности ради, памятуя ежегодно дату взятия ворогом города нашего, не только возносить хвалу героям – защитникам, но и слать проклятия тем коренным жителям, что куда как помогли Ивану Грозному, не один Камал в этом списке, нет).

А та полость, куда ринулось половодье 1926 года, воскликнет внимательный читатель? – И будет прав.

Но, во-первых, мы не знаем объема тех полостей – ходов, как не знаем и объема поглощенной подземельем той воды; а, во-вторых, не забудем – карст, каверны природного происхождения, это ведь подлинная «прорва».

Теперь – откровенная цитата из статьи Н.Ф.Калинина «Изучать подземную Казань не по «Спутнику» Загоскина» в газете «Красная Татария» (1934 г., 14 марта, авторское написание сохранено полностью):

«В 1924 году проф. В.Ф.Смолиным исследован «подземный ход» во дворе против быв. кафедрального собора (теперь архивохранилище). Здесь оказался сложенный из кирпича подземный коридор, идущий параллельно «Кремлевской» улицы на протяжении нескольких десятков метров. Под острым углом к первому идет второй коридор в сторону собора. Конец его завален мусором и камнем и далее не обследовался. Вероятно, что это остатки пороховых погребов б.юнкерского училища постройки начала 19 или конца 18 века» (уточним – училище основано у нас в 1805 году в составе одной роты на 200 человек).

Т.е., опять же – объяснение хода – естественно. Газетные сообщения, обнаруженные авторами, также подтверждают, что все ходы «восходят» к векам «после 16 -го»; и если подлинное назначение хода поначалу неизвестно, то в ряде случаев, последующий анализ рода деятельности домовладельца, позволяет сделать достаточно достоверное суждение о чисто хозяйственном мазначении таких ходов.

Один из авторов (Л.Ж.) так и объяснил ход из одного дома в сторону протоки; в подвале дома был винный склад, так что это был, по-видимому, обыкновенный сток.

Но мы забежали несколько вперед. Понимая, что материал о ходах получается куда как большим, авторы предельно ограничивают его (оставляя за собой право «ответов на вопросы»). Однако еще один объект стоит самостоятельного рассказа.

Странный дом г. Месетникова

Это – улица Кремлевская, дом 11. О нем писал проф. Загоскин в своем «Спутнике по Казани», отсюда пошло мнение о том, что под домом – три этажа подвалов, что есть там ход к кремлю.. Естественно, что разнеслась весть и о якобы имеющихся каменных кладовых, замурованных железных дверях, а за ними (читай, слушай, мотай на ус –!) – золото, драгоценности, сплошная 1001 ночь.

В годы, когда дом был практически полностью разрушен (конец 80-х годов, начало переустройства центра города), это послужило основанием А.Гафарову в «Вечерней Казани» (1989, 8 июля) обрушиться на власть предержащих – «именно здесь мы встретились с одним из современных вариантов решения вопроса о катакомбах: опечатать щебнем, асфальтом и по возможности пройтись экскаватором».

Гнев, в общем, справедлив, есть у нас и такой способ, есть (отрыжка того времени, когда говорили «есть человек – есть проблемы, нет человека – нет проблем» – и мы чуть ниже вернемся к этому вопросу). Но «истина конкретна» – и в отношении именно дома Месетникова есть точное свидетельство Н.Калинина (цитата ниже – «Красная Татария», 1934, 14 марта):

Читайте также:  Тигр река определение кратко

«Автор в 1924 году обследовал подвальные помещения дома №11 по Чернышевской ул., о котором речь. Легендарные сведения в общем не подтвердились, подземных ходов не оказалось. Дом, однако, интересен для характеристики купеческого домашнего хозяйства 18 и начала 19 века. Под землей обширнейшие склады – подвалы в 2 этажа (не три, как говорит легенда), в каждом по 13-14 сводчатых комнат. Тут хозяин дома – купец – хранил свои товары и капиталы в те времена, когда не было ни банков, ни капиталистических сейфов».

Доверимся очевидцу, он был подлинным профессионалом, к тому же проверить его нам, увы, не дано. Только добавим, что дом этот стоит на спуске с улицы Кремлевской к Черному озеру, так что высоченный подвальный комплекс здесь просто-таки обязателен по соображениям общей прочности постройки. Заложите фундаменты помельче, «подешевше» – и сползет домик в озеро.

Или вот вам еще – из статьи П. Казанского (кажется – это псевдоним, «подозревается» нами в нем Н.Калинин, хотя, возможно, в этом авторы заблуждаются) в той же газете десятью днями ранее:

«На днях строительные рабочие Казнадстроя брали глину во дворе дома N 2 по Чернышевской и на глубине 1 метра натолкнулись на кирпичное сооружение. Археолог музея тов.Калинин установил, что подземный ход сооружен из кирпича и имеет каменный пол. Размер хода – около 80 сант. ширины и 1 м. высоты. Он начинается на площади 1 Мая и тянется к зданию музея на протяжении 25 метров. Далее идут под прямым углом разветвления в правую и левую стороны. В концах разветвлений ходы завалены землей и кирпичом. Есть основание предполагать, что ход идет также в сторону кремля. Характер постройки говорит за то, что мы имеем дело не с подземным ходом военного значения, а скорее с хозяйственным сооружением неизвестного назначения. Время постройки, судя по всем данным – примерно вторая половина 19 века. Такие находки не редкость для Казани..»

( Это ход «встретился» и авторам в одной из газет начала века, там еще отмечено было, что на полу валялись черепки от кувшина. Надо полагать, до Н.Калинина там побывал не один человек, так что археологу «черепков не досталось»).

Так, что ж – и вправду без сенсаций?! Если все столь естественно объяснимо, то – и не интересно, в общем, что тут изучать – то?! – Скажет кто – то. И будет куда как неправ.

Под городом нашим, под ногами нашими – сама История; в ней соединились многочисленные народы, их нравы, обычаи, то, что зовется, и не в одних лишь в астрологических терминах ЭНЕРГЕТИКОЙ, связью с КОСМОСОМ – ах, да не все ль равно, как назвать сие – важно, что не должна прерываться цепь развития, связь ВРЕМЕН.

Да, мы плохо знаем подвальную часть многих домов, да здесь много еще работ истинным исследователям. Можно предположить, что в поисках своих они не один раз будут вознаграждены – и полной чашей успеха научного, и (дай им Бог!) – финансового.

Только, видимо, полагать, что существует строго спланированная и выверенная сеть ходов, сходящихся в одном месте (положим, в Кремле), как-то несерьезно. Надо ведь в этом варианте изначально допустить существование некоей ОРГАНИЗАЦИИ, которая создала эту сеть во имя целей своих – каких ? Когда ?

Учтем также, что все известные нам подземелья относятся к 18-19 векам, не ранее. Словом, это уж – «сюжет для Дюма или, в крайности,– для Крестовского».

Но вот кто-то уж спешит напомнить авторам, что еще до Великой Отечественной войны под нынешней улице Кремлевской, от угла нынешней Чернышевского, от дома примерно Месетникова до кремля шла галерея, там было электричество, туда водили туристов; сведения о том скупы. Так что – свидетели, очевидцы, туристы – давайте снимем и здесь налет легенды!

И совсем напоследок. Один из авторов, с хмурой улыбкой раскрыл папку с подборкой материалов о нынешней подземной Москве; чего там не сыскалось – и ангары, и гаражи, и своя система железных дорог и метрополитена, и склады, и бункеры, и крысы – гиганты. И защитники «Белого дома» тысячами ускользающие от осаждавших в темноту галерей, крича поверхности – «Ужо – тебе!!». «И все это – с ведома Правительства выстроено». Переглянулись авторы – а что, как и у нас этакая система есть?! И под нами – рукотворный Город, откуда выйдет в «час Х» «некто», чтобы свершить свое «нечто»?!

Первым рассмеялся театрально настроенный соавтор.

Источник

Подземная Казань

Примерно в 2000 году по улицей Баумана в Казани был отрыт участок нулевого этажа , скрытый до того момента грунтом . И с тех пор , очень много версий и гипотез было высказано альтернативными историками . Затоплено , засыпано , занесено и так далее по списку .

Работы по созданию участка подземной галереи .

Вот что пишут местные СМИ : Под участком улицы Баумана напротив гостиницы «Казань» находится подземная недостроенная улица. Подземелье сегодня законсервировано и попасть туда практически невозможно.

По проекту, здесь должна была располагаться торговая галерея. В план сооружения галереи входило задействовать площади хорошо сохранившихся подвальных помещений рядом стоящих зданий. Чтобы здесь не было мрачновато, по краям улицы решили сделать «солнечные» тротуары (чугунные решетки, в каждую из которых вставлено по 100 стекол, преломляющих солнечный свет), а по центру — ряд из семи панорамных куполов (в настоящее время они заколочены картоном).

Тема «стеклянных решеток» крайне интересна . Посмотрите что еще можно прочитать об этом в местных СМИ :

Огромный интерес, представляют нынешние работы по раскопке старых подвалов и для историков. Правда, никаких ценностей пока что строители не находили. Подвалы, которые появились из-под земли благодаря трудолюбию современных строителей, относятся к XVIII-XIX векам. Именно к середине XVIII столетия относится, как известно, и план регулярной застройки, разработанный архитектором Кафтыревым. Из наиболее любопытных находок этого периода можно назвать фрагменты чугунных решеток и стеклянных призм, выполнявших осветительную функцию подземных помещений. Подобный способ освещения, кстати сказать, строители хотят восстановить на улице Баумана. Правда, пока неясно, возьмет ли на себя изготовление стеклянных призм стекольный завод в Васильеве. Иных вариантов в окрестностях Казани вроде бы нет, поскольку технология отливки вышеупомянутых стеклянных конструкций местным умельцам не слишком понятна.

Ну непонятно местным что и как делать . Бывает .
Что ж , заглянем в википедию . Она то все знает )

Родоначальником стеклоблоков является американская компания «Luxfer Prism Company». Данная фирма была основана Джеймсом Ж. Пенникуиком
(James G. Pennycuick) в октябре 1886 г, чтобы начать реализацию в коммерческих целях его патента № 312.290 от 17 февраля 1885 г. «Для улучшения окна стекла». Суть данного улучшения было добавление горизонтальных призм на задней стороне квадратных стеклянных плиток, которые перенаправляли солнечный свет из окон вглубь комнаты, уменьшая потребность в искусственном освещении .

Помимо материала для заполнения световых проёмов, стеклоблоки используются в световых решётках «Люксфер». В начале ХХ века подобные световые решетки стали использоваться для освещения подвальных помещений. За счет использования призматического рисунка на задней стороне стеклянных плиток, происходит равномерное распределение света. Благодаря этому в подвале днем было светло, и не было необходимости использовать искусственное освещение. В России подобные световые решетки выпускались в начале ХХ века, их можно увидеть в ГУМе, во дворе жилого дома на ул. Солянка ½, а также у ряда домов на Мясницкой улице . В США и в ряде стран Европы, световые решетки выпускаются и поныне.

Источник



Евгений Пашкин: «Казань находится на «минном поле», под вами же соляной карст»

Известный отечественный ученый предлагает изучать подземную столицу Татарстана и обещает ей будущее Кунгурских пещер

Казань по приглашению «АК БАРС Девелопмента» посетил Евгений Пашкин, принимавший участие в реставрации храма Христа Спасителя и Останкинского музея-усадьбы, а в Казани — Александровского пассажа. Целью визита в Казань стали консультации по вопросам возрождения зданий в историческом центре. Пашкин выступил с лекцией перед студентами КГАСУ, а затем в рамках «Архитектурного завтрака с Дмитрием Пузыревым» рассказал «БИЗНЕС Online» о том, как и на чем в буквальном смысле стоит и держится столица Татарстана.

Казань по приглашению «АК БАРС Девелопмента» посетил академик реставрации Евгений Пашкин

НЕВЫПОЛНЕННЫЕ ОБЕЩАНИЯ МЕТРОСТРОЕВЦЕВ

— Евгений Меркурьевич, в какой раз вы приезжаете в Казань?

— Не считаю, но был период, когда я довольно часто бывал в Казани. Первый раз, могу сказать точно, — во время моего свадебного путешествия в 1963 году. Мы проплывали по Волге и остановились в Казани. Затем ваш город интересовал меня пребыванием здесь во время войны академика Федора Саваренского, который основал в СССР инженерную геологию. И, конечно, прочитав автобиографию Шаляпина «Маска и душа», где уделено место Максиму Горькому, я полюбил этот город. Два таких столпа — Горький и Шаляпин!

Позже я несколько раз приезжал сюда исключительно по двум профессиональным вопросам. Первый — в составе государственной экспертизы по строительству метрополитена.

— Какие это были годы?

— 70-е. Комиссия уже тогда рассматривала первые наработки по строительству метро. И к тому времени уже было зафиксировано несколько провалов на территории города, связанных с карстовыми процессами. Я серьезно поднял этот вопрос, потому что как раз в подкремлевской части метрополитен проходил под жилыми домами с исторической застройкой. Я сказал: как же вы проектируете, если у вас такие процессы происходят, а вы смело идете на строительство метро на неглубоком заложении под домами?! В Казани нельзя допускать такие риски, нужно предварительно закрепить здания в исторической части. Я настоял на том, чтобы были проведены работы по закреплению грунтов, фундаментов. На год или на два строительство метро было приостановлено. Проект нужно было пересмотреть, включить дополнительные средства на проведение этих работ.

— Ваши пожелания были учтены в полной степени?

— В определенной степени они были выполнены. Потому что второй раз я приезжал уже в составе узкой комиссии министерства культуры России, и мы рассматривали сохранность Николо-Низской церкви на улице Баумана, провели ряд изысканий, работы по ее закреплению: ветка метрополитена проходила совсем рядом. Тогда управление «Метростроя» очень сильно влияло на нашу комиссию с тем, чтобы мы дали согласие на ликвидацию дома причта ( двухэтажное здание с фронтоном, построенное рядом с церковью в середине XIX века — прим. ред.). Не было места для въезда на строительную площадку. Мы с трудом, при совершенно явном выполнении обязательства по восстановлению дали согласие. Нам обещали все сделать, как было, обмеры сделали со здания. Вот это, по-моему, так и не было сделано.

— Месторасположение станции метро «Кремлевская» несколько раз менялось.

— На заседании госкомиссии мы предлагали уйти чуть подальше от кремлевского холма, потому что расположение там могло быть достаточно рискованным. А потом еще однажды сместили немного в сторону. Так что в рабочем режиме для станции выбирали оптимальное положение для города.

МЫ В МОСКВЕ ТОЖЕ СИДИМ НА КАРСТЕ

— Вы сказали, что приезжали по двум вопросам в Казань. Первый — метро. А второй?

— Второй касался охраны памятников Кремля — башня Сююмбике, Спасская башня, Николо-Низская церковь и опять же строительство метрополитена.

— Насколько сейчас этим памятникам угрожает опасность?

— Казань находится на «минном поле», под вами же соляной карст, пермские отложения выходят близко к поверхности. Когда подняли уровень Куйбышевского водохранилища, то поднялся уровень грунтовых вод, и у вас изменилась гидрогеологическая обстановка. Увеличилась мощность инфильтрационного потока, который проходит через эту толщу легкорастворимых солей. Мы в Москве тоже сидим на карсте, но у нас он карбонатный, известняковый, а у вас соляной, он растворяется очень быстро. И то, что часть Александровского пассажа рухнула, показательно ( в 1977 году произошло сначала обрушение грунта возле здания, а через год — обрушилась северная секция Александровского пассажа — прим. ред.). Пассаж стоит на так называемом Чернышевском хребтике, где нет водоупора от поверхности до этих легкорастворимых солей. В результате непродуманных действий человека, когда нарушается природная гармония и увеличивается инфильтрационный поток, а также поднимается уровень воды, запускаются скрытые процессы растворения этих солей.

Читайте также:  Типичная равнинная река волга

— То есть соли растворились, и объем грунта сократился.

— Конечно. Если вы хотите посмотреть на то, что у вас происходит, поезжайте в удивительный русский город в Пермском крае — Кунгур. Огромные соляные пещеры с озерами, по которым можно плавать на лодке, смотреть эту красоту, каждый «зал» оформлен в своем световом стиле, сталактиты.

— Неужели нас это ожидает?

— Сначала на здании были трещины, а потом секция Александровского пассажа как ножом была срезана и вся ушла на глубину почти 30 метров. Весь строительный материал, весь интерьер заполнил громадную чашу карстовой полости. И еще место осталось.

Александровский пассаж (фото: Елена Сунгатова, art16.ru)

— Но тем не менее пассаж удалось сохранить.

— Потом были проведены работы по укреплению цементным раствором фундамента здания. Более того, с той части пассажа, которая выходит на Черное озеро, тоже провели работы по цементации. Провал был в другом месте, но необходимо обезопасить всю зону, чтобы подобных эксцессов со зданием не происходило.

Проблема достаточно сложная. Она связана с нашей ограниченной мировоззренческой позицией. Мы привыкли жить сегодняшним днем, а Казани нужно смотреть вперед с большим опережением. Город находится в сложных геологических условиях и оказывает огромное техногенное воздействие в первую очередь на геологическую среду. В науке есть такой термин «импактный мониторинг», то есть мониторинг, направленный на болевые точки. А болевые точки — это как раз соляной карст. Я не слышал до сих пор и не почувствовал за все годы пребывания в Казани, что тут идет серьезная работа по изучению недр города с этой точки зрения. А было бы очень хорошо провести геофизические исследования с тем, чтобы иметь какую-то информацию о том, что же в городе существует. Точнее, под городом.

— Какая именно территория должна попасть в мониторинг?

— Всегда в таких случаях нужно проводить районирование: наиболее опасные зоны, менее опасные, безопасные. Я не располагаю данными по геологии города, только относительно конкретных памятников. А по городу, наверное, есть информация. Хорошо бы поднять вопрос об изучении этих недр с точки зрения — в науке это так называется — режима с обострением. Кто знал, что сию минуту Александровский пассаж рухнет? Ушел профессор в магазин, а пришел — где моя квартира, где библиотека? Ничего нет. Это и относится к режиму с обострением. Никакой мониторинг, никакие наблюдения не могут выявить начало наступления этого режима. Поэтому надо с опережением нейтрализовать эти болевые точки. А для этого нужен импактный мониторинг. Если вы проведете и выявите, нужно не жалеть средств, с опережением эти точки цементировать, укреплять. Необходимо собрать до мелочи, вплоть до того, что во дворе воронка образовалась. Даже если ничего не рухнуло, но воронка образовалась. Составить карту всех этих обрушений, деформаций поверхностей, разрывов коммуникаций.

— Какая структура должна этим заниматься?

— В Москве есть «Мосгеотрест» — организация при правительстве города, которая занимается геологией города. В этом отношении Санкт-Петербург на первом месте — у них даже на 200 тысяч больше скважин пробурено, чем в Москве, — 1,4 миллиона. И уже 85 процентов геологической информации оцифровано. Питер тоже в тяжелых условиях, он на болотах стоит, на слабых глинах, которые меняют свои свойства со временем. Геологи установили, что за 300 лет существования города — а вы тысячу лет существуете — биота ( исторически сложившаяся совокупность видов живых организмов, объединенных общей областью распространения — прим. ред.) в виде микробов, бактерий, растений ест все: кирпичи, бетон, не говоря об органике. Под землей идет какая-то своя жизнь. Мы о ней почти ничего не знаем, об этой яркой, интересной, с многочисленными событиями жизни. Только хватаемся за голову, когда упадет дом, провалится памятник. Нужно идти с опережением.

— Есть ли в России города, которые оказались в схожей с Казанью ситуации, но уже провели работы в этом направлении?

— Откуда идут пермские отложения, которые являются соленосными? Из Пермского края, это города Соликамск, Солигалич, Усолье. Одно их название говорит о том, что они в зоне влияния этих процессов. Но это не крупные города, которые не могут сами провести такую работу, это программа достаточно высокого уровня. Ничего не делается. Там решаются проблемы ликвидации последствий, например, там очень много железных дорог провалилось. Года два назад образовалось озеро под железной дорогой. Хорошо, что были обходные пути и смогли быстро восстановить движение.

Мы часто выявляем только следствие, как провал секции Александровского пассажа. Причина-то на глубине. Как в этой подземной полости смогла разместиться вся толща материала секции Александровского пассажа? Значит, там уже была готовая емкость. И никто толком не знает, полностью ли заполнена эта емкость или нет? Прошло уже больше 10 лет, и никаких признаков нет. Значит, были хорошо проведены работы, созданы условия для прекращения развития причины. Но, может быть, следствия протекают в скрытой форме, готовят очередную провокацию для разрушения еще одной секции? Где и когда произойдет, мы не знаем. Нужна информация. Думаю, в отношении этих серьезных проблем Казань в России на первом месте.

— Сейчас вы консультируете город по башне Сююмбике?

— Там были проведены работы, которые, конечно, стабилизировали основание, и процессы активной деформации прекратились. Они протекали по целому ряду причин. Башня XVII века. То вступала в действие одна причина — гниение деревянных свай, то другая — разуплотнение грунтов после того, как сваи разложились. Со стороны, куда она наклоняется, был ров, и, что вполне возможно, был вынос песчаных грунтов в его сторону — это тоже может быть причиной. В целом ситуация сложная.

— У нее теперь надежное основание: хорошие работы провел «Гидроспецстрой». Но существуют другие процессы, которые тоже провоцируют. Например, поскольку здание наклонено, то в одной части фундамента происходит отлипание, в другой — усиленная нагрузка. Получается слабое звено. А если сильный ураган, ведь башня испытывает ветровую нагрузку? Поэтому нужно посмотреть тренд деформации. Взять у гидрометеоцентра информацию о розе ветров и интенсивности, ветровой нагрузке и посмотреть по графику — есть ли всплески с этими периодами ветровой нагрузки. Это все надо сделать — нужна информация о жизни башни.

УЧТЕТ ЛИ КАЗАНЬ ОШИБКИ НОВОЙ МОСКВЫ

— Сегодня очень популярна тема освоения подземного пространства. Отдельные застройщики, девелоперы на своих участках реализовывают проекты.

— Это выгодно. С одной и той же площади получается двойная выгода. Сегодня весь мир обеспокоен стоимостью земли, особенно на территории мегаполиса. В целом ряде крупных городов созданы подземные города. То, что я видел в Монреале, — это потрясающая картина! Житель 25-этажного небоскреба в домашних тапочках спускается на минус третий, четвертый этаж в магазины, покупает все необходимое и в тапочках поднимается обратно. В Японии созданы целые города под землей. Великолепный проект в Хельсинки по созданию подземного города. Там твердые породы, но их ничего не останавливает. Хельсинки считается одной из самых северных столиц в северном полушарии, у них неделями стоят полярные ночи. Бывает летом очень плохая погода, когда льют ливни. То есть пребывать в это время на поверхности очень сложно. И они решили сделать подземный город. Таким образом они освобождают прекрасный город для туристов, а вся инфраструктура уходит вниз. Если туристу что-то надо будет купить, он тоже спускается вниз.

«Вы потом учтете все ошибки Новой Москвы. Вы почувствуете, насколько это сложно для жителей — ездить по 1,5 часа в одном направлении»

— Разве для России с ее пространствами это актуально?

— А подземные паркинги? Это первый шаг. Правда, меня удивило, когда я узнал, что окупаемость паркинга на Привокзальной площади — 50 лет.

— Проблема в том, что пришлось переносить много сетей, коллекторов. Кроме того, там очень сложные гидрогеологические условия, сделаны 160 водопонижающих скважин, которые 365 дней в году качают воду, там активное водопонижение. Полпарковки, не говоря уже о фундаментной плите, находится ниже уровня грунтовых вод. В Казани это одно из самых низких мест, до революции эта территория называлась Мокрой слободой.

— Этим трудностям и должна предшествовать детальная инженерно-геологическая съемка. Конечно, не под всем пятном мегаполиса делается подземный город, выбираются наиболее благоприятные условия. Например, в скальных грунтах нет проблемы воды, более того, они [в Хельсинки] опускаются на определенную глубину, в скале создают целик ( часть рудного тела, не извлеченная в процессе разработки месторождения для предотвращения обрушения кровли — прим. ред.), получается, город не задевает интересы дневной поверхности. Это важно. Потому что если еще задумываться о перекрытии, как, например, у паркинга, то будут дополнительные трудности и сложности.

Вы жалуетесь, что вам уже тесно в городе. Высотные здания в историческом центре строить не будете. Остается единственный вектор — вниз. Вот я думаю, что таким участком для Казани был бы Чернышевский хребтик. Вы его бы полностью разработали и освободили бы себя от болевой точки, дополнительно соль в медицинских целях добывали бы при разработке.

— У нас есть еще правый берег Волги.

— Вы потом учтете все ошибки Новой Москвы. Вы почувствуете, насколько это сложно для жителей — ездить по 1,5 часа в одном направлении. В этих спальных районах Москвы уже строят консерваторию №2, филармонию №2, концертный зал №2. Очень трудно добираться.

— Вы занимаетесь подъемом храма Всех Святых на Кулишках, расскажите об этой уникальной работе.

— В результате техногенеза ( изменение ландшафтов под воздействием производственной деятельности человека — прим. ред.), который активно действует и у вас, тем более Казань на 200 лет старше Москвы, процессы поверхностной эрозии приводят к неорганизованному формированию дневной поверхности. То есть если у вас стоит здание, построенное, например, в XVI веке, то к XIX веку оно уже на 2 — 3 метра погружено в этот техноген. Храм Всех Святых на Кулишках на 4 метра погружен. Я предложил поднять его. Когда он будет поднят, храм задарма получит 560 квадратных метров, целый подземный этаж. Мы провели огромную работу за 1,5 года, укрепили сваями, сделали рабочую зону внизу для подъема храма, даже откопали храм с трех сторон, чтобы поднять. Но, к сожалению, вмешался человеческий фактор, пока финансирование приостановлено.

Храм Всех Святых на Кулишках ( чтобы загрузить картинку полностью, нажмите на нее)

— Мы говорили об Александровском пассаже, а у нас с другой стороны хребтика находится целый квартал, реставрацией которого занимается «АК БАРС Девелопмент»: Рахматуллина — Наджми — Профсоюзная — Джалиля. Что там с геологией?

— На этой территории впервые организация из Марий Эл провела изыскания, я их посмотрел, довольно серьезная работа. Они оценили первый и опасный процесс, который назвали суффозионно-карстовым ( вынос мелких минеральных частиц породы фильтрующейся через нее водой с последующим образованием карстовых пустот — прим. ред.). Там уже есть полости, которые формируются миллионы лет. Нужно провести наблюдение. Может быть, в меньшей степени бурение, оно дорогое, а провести геофизику с георадарами, которые помогут выявить все аномалии. Что там? Что из себя представляет карстовая полость, есть ли там вода, можно ли организовать плавание на лодке ( смеется)? В исследовании, которое провели марийцы, говорится именно о суффозионно-карстовом процессе — почему я и не рекомендовал сваи. Потому что этот процесс будет разуплотнять пески, где сваи работают по принципу висячих свай — за счет бокового трения. Так возникнет так называемое боковое трение — грунт вместе с осадкой будет тянуть здание вниз.

В Москве, где ситуация с грунтами проще, чем у вас, уже есть прецеденты, когда сваи, установленные глубиной 14 метров, затягивались вместе со зданием. Здание как будто по проекту должно стоять на века, а оно потянулось вниз. И там перешли на другие технологии: все пески укрепили инъекцией. Правда, разработанную рецептуру никто не раскрывает, сейчас такое время, когда все секреты держат в потайном кармане.

Источник

Adblock
detector