Меню

Угрюм река существует или вымысел

Как снимался сериал «Угрюм-река», и почему он вызвал столько критики со стороны зрителей

В марте 2021 года на экраны вышел сериал «Угрюм-река» Юрия Мороза, повествующий о трёх поколениях семьи Громовых. Создатели фильма вложили немало средств и сил в новую экранизацию романа Вячеслава Шишкова, а режиссёр представил на суд зрителей своё видение саги, известной не только по литературному произведению, но и по советскому фильму Ярополка Лапшина. Современный сериал вызвал огромный резонанс и, конечно, не обошлось без критики со стороны зрителей.

Сложные съёмки

Кадр из сериала «Угрюм-река». / Фото: www.mosfilm.ru

В отличие от фильма Ярополка Лапшина, использовавшего в своём четырёхсерийном фильме только некоторые сюжетные линии одноименного романа, новый сериал стал первой полной экранизацией произведения Вячеслава Шишкова. Создатели ленты постарались максимально точно воссоздать на экране все три тома романа и избежать при этом стилистических ошибок.

Съёмки были очень масштабными и проходили сразу в нескольких локациях, в каждой из которых возводились свои декорации: в Москве и Подмосковье, на Урале и в Суздале, в Минске и Кинешме.

По признанию создателей фильма, труднее всего пришлось им в экспедиции на Урале и в Сибири, где съёмки велись в труднодоступных местах и вдали от населённых пунктов, находившихся зачастую в 100-150 километрах. На реке Исеть за один съёмочный день можно было отработать всего два дубля, деревянную лодку длиной шесть метров при этом спускали на воду за 50 метров до порогов, которые следовало преодолеть, а сами съёмки велись непосредственно с дрона.

При просмотре сериала кажется, будто Прохор Громов постоянно перемещается в одной местности, но сцены в имении снимались в Подмосковье, рабочие бараки на самом деле находились в Минске, а на Урале разместились завод и лесопилка. И машину, на которой постоянно переезжает с места на место главный герой, нужно было перевозить в эти места. Кстати, специально для съёмок она была предоставлена Екатеринбургским музеем.

Башня Прохора Громова – это шедевр компьютерной графики, а сцены, снятые внутри башни, были поставлены в павильоне. С помощью компьютерной графики воссоздали и падение Тунгусского метеорита, которое по замыслу режиссёра стало символом крушения жизни главного героя.

Специально для съёмок «Угрюм-реки» были изготовлены сотни костюмов, часть из которых шилась вручную. Художникам по костюмам даже понадобилась консультация настоящего шамана, чтобы создать максимально достоверный образ шамана в сериале.

Одна из самых ярких сцен с застольем в доме Прохора Громова потребовала от реквизитора изучения истории. Он специально консультировался с поварами, занимающимися русской кухней, изучая порядок и количество смен блюд в купеческих семьях. А вот наливки, фигурирующие в этой же сцене, были все бутафорскими.

Источник

Угрюм река существует или вымысел

угрюм-река

Отчет от 02.02.2008 ««Угрюм-река» — это Нижняя Тунгуска. Однозначно.»
Так, всё-таки, Шишковская «Угрюм-река» это Витим или Нижняя Тунгуска? Для кого-то этот вопрос никогда не стоял, а для кого-то долго не имел однозначного ответа. Биография автора (Шишкова) указывает на то, что он бывал на обеих реках. И образ «Угрюм-реки» собирателен. Однако, боюсь открыть америку,(хотя сам когда-то считал «Угрюм -реку» Витимом), ответ однозначен –»Угрюм-река» это Нижняя Тунгуска!
Почему? Внимательно читаем роман и смотрим на карту.

Вот описание дороги данное Петром Громовым сыну Прохору:
«…Вот это, скажем, дорога от нас в Дылдино, двести сорок верст… Отсюда свернешь на Фролку – верст триста с гаком. Тут река Большой Поток предвидется. Отсюда перемахнешь через волок на Угрюм – реку, в самую вершину.
Купец поставил крест и сказал:
— Это деревня Подволочная на Угрюм-реке….»

И далее:
«… — Река большая … слышал я – три тыщи верст. Она впала в огромную речищу, а та прямо в окиян.»

Далее читаем о прибытии Прохора и Ибрагима:
«… На реку Большой Поток наши путники прибыли ранней весной…»
«….Ни деревень, ни сел.
Впрочем, вдалеке виднелась церковь. Это село Почуйское, откуда поедут в
неведомый край Прохор с Ибрагимом-Оглы.»

Далее читаем о прибытии Громова в деревню Подволочную:
«Да, он устал вчера изрядно. Тридцать верст, отделяющие Почуйское от
этой деревеньки, показались ему сотней. Грязь, крутые перевалы, валежник,
тучи комаров.
— Вот погодите, — сказал хвастливо Прохор. — Через десять лет пророю от
вашей Угрюм-реки к Большому Потоку канал. Тогда в Почуйское будете на лодках
плавать. А то и пароходы заведу.»

Названия других населенных пунктов на Угрюм–реке, упоминаемые в романе:
«… Он (прим.-Фарков) нанялся поводырем — вроде лоцмана, — он поведет шитик
до Ербохомохли, до последнего жилого места на Угрюм-реке.»
и
«В самом конце августа путники с большими лишениями, через упорную
борьбу с рекой, наконец прибыли в Ербохомохлю — последний населенный пункт.»

Теперь давайте обратимся к описанию сплава по Нижней Тунгуске Сергея Карпухина (г.Москва), совершенного им в 1997 году в одиночку. Вот что он пишет о заброске на Нижнюю Тунгуску:

«Название Лены образовано от эвенкийского «Елюэнэ» — Большая река. Смотрим на карту: Чуть ниже по течению от Киренска на берегу Лены стоит посёлок Чечуйск, откуда в старое время осуществлялся волок до деревни Подволошино, на Нижнюю Тунгуску. Он так и назывался Чечуйский волок – всего около тридцати километров.»

«Длина Нижней Тунгуски около трёх тысяч километров и в своих верховьях она весьма близко подходит к руслу Лены. Но небольшая возвышенность не позволяет соединиться с этой великой рекой. В районе Киренска расстояние между реками всего лишь около тридцати километров.»
«Отправился из Москвы фирменным поездом «Лена», а через четверо суток вышел из него на конечной станции, в Усть-Куте. Далее мне нужно было добираться по Лене до города Киренска. Буквально в десяти минутах ходьбы от вокзала в Усть-Куте находится пристань «Осетрово». Поезд прибыл вечером, я опоздал на последний теплоход, и пришлось заночевать прямо в здании пристани (там есть специальные комнаты для ожидающих пассажиров; стоит это дешевле, чем в гостинице).
Рано утром взял билет на «Зарю». В 8.00 переполненный пассажирами речной трамвай уже двигался вниз по течению, а приблизительно через 6 часов прибыл к пристани Киренска. К сожалению, пристань находится на правом берегу Лены, а основная часть города и дорога к Нижней Тунгуске — на левом. Выгрузившись, я хотел было уже идти к парому, но тут подвернулась «вахтовка» до Подволошина — как раз туда, откуда я должен был стартовать. Четыре часа тряски по очень разбитой дороге, сначала вдоль Лены до Чечуйска, а затем через невысокий перевал к Тунгуске, и вот я в Подволошино. (От Киренска к Нижней Тунгуске есть и другая дорога, гораздо короче, заканчивается она в пункте Нижнекарелина, находящемся на реке несколько выше Подволошино и обозначенном на карте как «нежил.»).
И наконец:
«Кроме десятка небольших посёлков и деревень, здесь имеется и два достаточно крупных. Ербогачён — районный центр Катангского района, расположенный в 650 километрах ниже по течению от Подволошино.»

Теперь сравним вышеизложенное:
Длина Угрюм реки:
Шишков: «…три тыщи верст…»
Карпухин «..Три тысячи километров..»
Река Лена:
Шишков: «Большой поток»
Карпухин: «Елюэне – Большая река».
Последний пункт на «Большом потоке»:
Шишков: «Почуйское»
Карпухин: «Чечуйск»
Расстояние от Большого потока до Угрюм реки:
Шишков: «Тридцать верст»
Карпухин: «Около тридцати километров»
Первый населенный пункт на Угрюм-реке:
Шишков: «Подволочная».
Карпухин: «Подволошино».
Населенный пункт где Громов расстался с Фарковым:
Шишков: «Ербохомохля»
Карпухин: «Ербогачён»

Я думаю этого достаточно, так как оснований в пользу Витима на право назваться «Угрюм – рекой», кроме его угрюмости, нет ни одного.

Длина Витима всего 1837 км. В устье Витима нет большого города, в истоки Витима невозможно попасть ни с одной большой реки, находящейся в тридцати км. Не говоря уж о созвучности названий.

При желании, я думаю, будет легко найти прототипы деревень Дылдино и Фролка, а также Медведево, где родился Прохор Громов. (я попытался и не нашёл, литературоведы — географы — Дерзайте!)

Источник

Пока Громов не грянет

Константин Эрнст известен как человек, который, образно говоря, поворачивает реки вспять. На этот раз он с сопродюсером Денисом Евстигнеевым и с большой и представительной съемочной группой «повернули» «Угрюм-реку», точнее, развернули ее лицом к зрителю сегодняшнему. С 9 марта сериал «Угрюм река» режиссера Юрия Мороза выходит на Первом канале.

Роман «Угрюм-река» был написан писателем Вячеславом Шишковым в 1928 году. В 1968 году книгу экранизировали. Советский 4-х серийный фильм, который бы сегодня назвали сериалом, запомнился многим. Актриса Людмила Чурсина получила роль, занявшую первое место во всей ее кинокарьере. Она сыграла Анфису — роковую женщину, в которую влюблены отец и сын Громовы. Мистическая атмосфера дополнила фильм магнетическим притяжением для зрителей. На презентации нового современного сериала из 16 эпизодов, Константин Эрнст сделал акцент на том, что впервые книга экранизирована полностью. В советский фильм вошло далеко не все. Да и саму книгу подзабыли. Поэтому к выходу сериала сделали переиздание с героями новой картины на обложке.

Прежде всего, когда смотришь сериал, поражают съемки нашей природы. В 60-е годы о таких никто и мечтать не мог. Только на фоне такой природы могут бушевать неистовые страсти человеческие. Режиссер Юрий Мороз перед просмотром сказал, что зрителей ждут прекрасные актерские работы. Это так. Потрясающий Александр Балуев в роли Петра Громова. Роман Мадянов, Борис Каморзин, Станислав Дужников, Юрий Миронцев, Наталья Суркова, Полина Пушкарук, Александр Яценко. В сериале сыграл одну из своих последних ролей Сергей Колтаков. Однако первым делом сравниваешь Юлию Пересильд с Людмилой Чурсиной: кто и как сыграл Анфису. В современной версии Анфиса — рыжая. На самом деле и та, и другая — роковые женщины. Но очень разные. Пересильд — молодец: видно, что поработала над ролью.

На первый план в сериале выходит любовная линия. Отец, чтобы избавиться от соперника-сына, отправляет Прохора в опасный путь: поручает пройти непроходимую доселе Угрюм-реку. Прохор выполняет наказ отца, но возвращается в родное село совсем другим человеком: теперь он намерен покорить всю Сибирь!

Вот что говорит режиссер Юрий Мороз о том, почему акценты в картине смещены на личные отношения:

«На наш взгляд, в основе советской картины — тема классовой борьбы. Сегодня эта тема нам кажется неактуальной, поэтому мы акцентируем мелодраматическую и мистическую линии. Это не прямая экранизация романа. Мы придумали и дописали некоторые сюжетные линии, а также в корне изменили мотивацию главного героя Прохора Громова, сделав ее более понятной современному зрителю».

Главного героя — Прохора Громова — сыграл Александр Горбатов, известный зрителям по фильмам «Ненастье», «Тихий Дон», «Мурка». На протяжении всей картины зрители увидят преображение героя — из мечтательного и целеустремленного юноши в грозного и жестокого тирана. Изменения коснулись и самого актера: для роли Прохора Александр Горбатов сильно сбросил вес — с 110 до 87 килограмм.

«Мы все, читая один и тот же роман, видим его по-разному. Мой персонаж совершает поступки, у него есть цель — добиться того, чего не добился никто до него, но у того, кто забрался высоко, в определенный момент может закружиться голова. В такие моменты мы ставим на кон все, идем на жертвы», — говорит Александр Горбатов.

А вот как рассказывает Александр Балуев о своем персонаже: «Мой Петр Громов — это сильный характер и, в общем-то, человек с несчастной судьбой, которого погубили его страсти. Он нашел опору в не им приобретенном благополучии, ослеплен чувствами, живет в каком-то бреду, заливаясь горькой. В этой истории очень много небанальных подходов к героям, к их развитию. Мне было интересно понять, что такое человек страсти, и что женщина может с ним сделать».

А есть ли Синильга?

Дух шаманки Синильги есть и в новом фильме. Он является людям в переломные моменты жизни. Она похоронена недалеко от резиденции Громово, и Прохор часто приходит к ее гробу. Режиссер Юрий Мороз говорит так: «Синильга в фильме олицетворяет природу. Она появляется в лесу, под водой, в замерзшей реке, на качелях. Я хотел, чтобы она была царицей огня, воды, леса и так далее. Мне интересно было придумывать фантастическую реальность». Синильгу в фильме сыграла актриса и модель Евгения Сангаджиева.

Полет над Красноярском

Фильм снимали на Урале, в Минске, в Суздале, в Кинешме, Москве и Подмосковье. Подготовительный и съемочный период занял больше года. Особенно сложной была сибирская часть, так как съемки там связаны с труднодоступными местами, куда нужно было доставлять лодки, технику, а удаленность от жилья составляла 100-150 километров. С точки зрения логистики, этот проект создатели ленты называют одним из самых сложных — состоялось семь экспедиций, три локации были связаны с путешествием по реке. Непростыми получились съемки на реке Исеть на Урале, где актерам на лодке пришлось преодолевать пороги. А завораживающие по красоте кадры пролетов над рекой и тайгой, которые зрители видят в начале каждой серии, были сняты на реке Мана под Красноярском.

Угрюм-река — название несуществующее

В основу книги Вячеслава Шишкова «Угрюм-река» легла реально существовавшая история, которую писатель узнал во время службы техником в Томском округе водных путей сообщения. Там он работал вместе с Николаем Ефимовичем Матониным — потомком богатейшего предпринимательского рода. Видимо, Матонин и рассказал Шишкову о жизни золотопромышленников енисейской тайги, ведь прототипами членов семьи Громовых в романе «Угрюм-река» стали купцы Косьма Куприянович, Аверьян Косьмич и Николай Ефимович Матонины, которых в крае считали кровопийцами и убийцами. В основе романа также — богатейший личный опыт самого Шишкова в качестве путешественника: с 1900 по 1920 год он проводил ежегодные экспедиции на реках Иртыш, Обь, Бия, Катунь, Енисей, Чулым, Лена, Нижняя Тунгуска и Ангара. Угрюм-река — название несуществующее, в романе описана река Нижняя Тунгуска, автор также немного изменил названия населенных пунктов: например, Подволочная — Подволошино, Почуйское — Чечуйск.

Источник

«Угрюм-река»: сериал VS фильма 1968 года, а также прототипы и история создания романа

Обозреватель «Вокруг ТВ», посмотрев проект Юрия Мороза, нашла, чем он выгодно отличается от экранизации Ярополка Лапшина и в чем, наоборот, уступает.

Сериал «Угрюм-река» завершается, а страсти по нему не утихают. Зрители продолжают сравнивать проект с версией 1968 года и искать несоответствия с первоисточником — романом Вячеслава Шишкова, увидевшим свет в 1928 году. Экранизировать знаменитые книги трудно — всегда есть риск нарваться на тех, кто скажет «не таким я себе представлял персонажей». И все-таки справедливости ради: большинство из возмущающихся а) не дали себе труд пересмотреть советский телефильм Ярополка Лапшина и доверяются своему старому впечатлению; б) еще большее количество недовольных не держали роман в руках.

Современная версия Юрия Мороза далека от совершенства, но вот чего у нее не отнимешь, так это почти постраничной тщательности в изложении книги, целых 16 серий — это вам не кот начхал. Возможно, в столь медленном повествовании потерялись нерв, надрыв и интрига, зритель к середине сериала подзабыл Анфису, а главная идея так и не оформилась, зато нам в подробностях показали кризис брака Прохора, его ненасытность, желание овладевать всем и всеми — землями, приисками, женщинами — купчихами, аристократками, дикими тунгусками. Нам представили детально проработанный образ Нины, трансформацию ее отношения к мужу — от влюбленности, ревности до разочарования и поиска новых ощущений в объятиях другого мужчины — образованнного и воспитанного управляющего Протасова. Нина и Протасов предстали живыми, подробными персонажами. Софья Эрнст и Юрий Чурсин рассказали на Первом канале, что у создателей даже была мысль продолжить «Угрюм-реку» и дописать за Шишкова историю жизни этой пары после смерти Прохора в революционные годы. Вовремя остановились. Да, в какой-то момент у зрителя появилось ощущение, что сериал перестал интересоваться судьбой главного героя — Прохора, и фокус сместился в сторону Нины. Да, кадр, когда Нина, предавшая Протасова, а заодно и идеи справедливости, равенства и братства, восседает в кабинете мужа в строгом платье и изучает финансовую отчетность, напоминает сцену из фильма Глеба Панфилова «Васса» с Инной Чуриковой. Но видимо, Юрию Морозу показалось важным так наглядно продемонстрировать звериный оскал капитализма.

Александр Горбатов и Юрий Чурсин в сериале «Угрюм-река»

Четырехсерийный телефильм Лапшина рассказывал о событиях быстро, пропуская детали и множество второстепенных линий. Из всего массива романа режиссер вычленил ровно то, что работало на главную идею фильма — историю распада личности, которой было многое дано, но которая не смогла распорядиться дарами и усмирить свою гордыню. По сути Лапшин, посвятивший фильм Прохору, представил свою вариацию на тему «тварь ли я дрожащая или право имею». События в его кино подавались более спрессовано — от убийства Анфисы до финала жизненного пути Прохора всего-то отделяла одна серия. И магия образа Анфисы не терялась, и получалось, что к горькому итогу жизни Прохор пришел во многом из-за того, что предал любовь. Это было мощное высказывание, приближающее роман Шишкова к произведениям Достоевского. С другой стороны, такая стремительность в изложении событий обеднила линии остальных героев, уж Нины и Протасова — точно. Жена Прохора появляется в версии 1968 года в коротких эпизодах, и их связь с Протасовым совсем не выписана. Актеры, играющие эти роли — Валентина Иванова и Павел Махотин, не запоминаются. Нет в фильме и любовной линии Ибрагима и Варвары, да и сами эти герои исчезают на середине повествования и больше не возвращаются. Не почувствовал зритель в старом кино и атмосферы начала XX века, нарождающегося в России технического прогресса, появления всех этих машин, заменяющих людской труд, слома эпох, перехода общества на иную стадию развития. При этом телефильм, подчиняясь официальной идеологии тех времен, уделил большое внимание положению рабочего класса и всяческим пропагандистским речам. Впрочем, всего этого и в самом романе хватает.

Александр Горбатов в роли Прохора в сериале «Угрюм-река»

Важное отличие прочтения Юрия Мороза (и, как мне кажется, самое уязвимое место его сериала) заключается в том, что Прохор изначально в этом проекте не положительный герой. Произведение называется «Угрюм-река», вот и его главный персонаж угрюмый, нелюдимый, необаятельный тип. И ты не понимаешь, почему же его так полюбили неординарные женщины — Анфиса и Нина. Смотреть 16 серий на героя, который тебе неприятен, тяжело. То ли дело старый фильм. Помимо всего прочего, Прохор там необыкновенный красавец, «юноша пылкий со взором горящим». Актер Георгий Епифанцев после картины моментально стал суперзвездой (хотя первоначально на эту роль планировался Владимир Гусев, но сломал ногу перед съемками). Герой влюблял в себя живостью, стремительностью, невероятной тягой к знаниям и желанием изменить мир к лучшему. Прохор пытался побороть родовое проклятие, жить по справедливости, помогать людям.

Епифанцеву на момент съемок было 28 лет, играл он 18-летнего, выглядел на все 40, но харизма была просто потрясающая. В предыдущей статье я уже писала, что он походил на молодого Петра I. И этим Лапшин, конечно, ближе подошел к книге: Шишков в начале романа любуется своим героем, например, рассказывая о его пытливости, пишет, как Прохор в детстве пытался провести воду в баню «при посредстве архимедова винта» и построить железную дорогу от склада, чтоб возить по ней в дом дрова. Парень рос деятельным, страстным, но и наивности на первых порах было хоть отбавляй. Засыпая, он, например, воображал себя Дон Кихотом, а верного друга Ибрагима представлял Санчо Пансой, мечтал о том, как будет рассекать на собственном авто по Америке, а еще работать китобоем в океане. Яркая красочка, да? И падение героя с такой нравственной высоты казалось в сериале 1968 года настоящей катастрофой.

Владимир Епифанцев (слева) в роли Прохора в телефильме Ярополка Лапшина

Первая экспедиция Прохора на Угрюм-реку и в книге, и в версии Лапшина носила воспитательную цель — это была школа мужества: отец Петр Данилович, отправивший сына в опасный поход, пытался сделать из него «человека» и заодно разведать возможности освоения далеких краев. С Анфисой Прохор до поездки даже намека на отношения не имел.

Юрий Мороз почему-то захотел заоострить конфликт отца и сына: в новой версии Петр Данилович отправляет Прохора в ссылку, по сути на верную гибель, потому что видит в нем соперника в борьбе за сердце Анфисы. Поклонники романа не на шутку оскорбились, сочли такой сценарный поворот искусственным. Возможно, они и правы: Громову-старшему по книге все-таки не чужды отцовские чувства.

В отличие от Лапшина Мороз будто снимает историю безумия — и отца, и сына, Прохор у него похож на темного и мрачного купца Рогожина из «Идиота». И в этой связи его Анфиса, конечно, может быть только Настасьей Филипповной, ее и изображала на экране Юлия Пересильд.

Александр Горбатов и Юлия Пересильд в сериале «Угрюм-река»

Два телефильма представляют диаметрально разные трактовки этого женского образа. В старом фильме породистая красавица Людмила Чурсина играла женщину чистую, искренне любящую и несчастную. Образ попал в зрительские сердца, но в романе Шишкова Анфиса была куда более разбитной особой — с ямочками на щечках, высокой грудью, белым телом. Щелкала орехи, любила наряжаться, ходила в тунгусских мехах; кинжалом, отравленным китайским ядом в «вертучей руке» играла; и мучила мужчин, и авансы раздавала всем подряд, была взбалмошной, жестокой — одним словом, ведьмой. А спала ли с Петром Даниловичем — Шишков все время мастерски уходит от прямых ответов.

Кто бы что ни говорил, но Чурсина с ее аристократической внешностью не была шишковской Анфисой, а вот Юлия Пересильд подошла ближе к образу, придуманному писателем. Только вот кудри, делающие героиню похожей на миледи из «Трех мушкетеров»… Неужели по моде тех лет? Почему вообще в новой версии и купцы, и женщины — все так старательно завиты? Долетали ли новинки парикмахерского искусства до отдаленных сибирских уголков — сомневаюсь.

Софья Эрнст и Юлия Хлынина в сериале «Угрюм-река»

А вот летящие епанчи и длинные рубахи Прохора, нижнее белье героинь, роскошные меха, которые русские купцы за бесценок покупали у тунгусов — все это в новом сериале впечатляет. Как и интерьеры домов, сервировка столов. Картинка вкусная, ее хочется рассматривать. Для описания размашистого купеческого быта, нероновских пиров нуворишей все это важно.

Поклонников шишковского романа возмутил еще один факт. В фильме Лапшина путешествующий по Угрюм-реке Прохор встречает жадного и жестокого купца, эксплуатирующего труд бурлаков. Персонаж носил армянское имя Оганес Агабабыч, и актер Валентин Донгузашвили недвусмысленно играл толстопузого чужеродца, пришедшего в эти русские (вообще-то тунгусские) земли зарабатывать деньги. У Юрия Мороза купец не имеет имени, и герой совсем не похож на восточного человека. Времена политкорректности? Возможно. Линия мусульманина Ибрагима в версии Мороза тоже развивается по весьма «политкорректным» лекалам, нам в ярких красках показывают, как несколько богатых, образованных и как бы набожных христиан из трусости предают преданного им всем сердцем иноверца. А ведь он только что принял православие и задумал жениться на Варваре… Кстати, Юрий Миронцев, играющий Ибрагима, очень хорош в сериале Юрия Мороза — такую фактуру и транслируемую внутреннюю энергию надо активнее использовать в кино.

Юрий Миронцев и Александр Горбатов в сериале «Угрюм-река»

И наконец финал. Здесь Лапшин с Морозом снова диаметрально разошлись. В версии 1968 года Прохор, мучимый видениями Анфисы, Ибрагима, отца, пристава, Синильги, сбрасывается вниз головой с утеса — и эта яркая метафора нравственного падения человека, который, взобравшись на самый верх, не удержался, не справился — изменил себе, предал любящих его людей. В новом сериале вконец обезумевший Прохор, брошенный всеми, находящийся в наркотическом угаре, скачет в развевающемся плаще с жутким капюшоном куда-то вдаль — макабрический образ, навеянный то ли толкиеновским Назгулом, то ли ридовским Всадником без головы, то ли булгаковским Фаготом. А может это библейский всадник Апокалипсиса? Прохор проклинает землю и солнце и почти сразу ему «прилетает» — он видит жуткую вспышку на небе, глаза его загораются сатанинским огнем, затем идут титры про то, что в 1908 году в Сибири упал Тунгусский метеорит, и до сих пор существуют разные версии природного катаклизма. Такое впечатление, что небесное тело упало на землю от… огорчения, из-за того, что Прохор, на которого природа возлагала особые надежды, не оправдал ожиданий и превратился в монстра. Странноватый финал. Или эти тревожные всполохи на небе и в глазах героя символизируют конец старого мира, приближающуюся революцию?! Мне кажется, тут создатели сериала сильно перемудрили. У Шишкова в романе все предельно ясно: гонимый призраком Ибрагима, постоянно слышащий голос Анфисы, Прохор сбрасывается с башни, которую сам и построил — метафора прозрачна: Всевышний карает тех, кто городит «вавилонские башни» из тщеславия, гордыни и честолюбия.

А теперь немного истории. Вячеслав Шишков, придумавший роман, который мы обсуждаем четвертую неделю кряду, по образованию совсем не литератор. Окончил техническое училище, работал в Томском округе водных путей сообщения. В 1910-е годы много путешествовал по Сибири и Уралу, в составе исследовательских экспедиций изучал территории, прилегающие к Иртышу, Оби, Енисею, Лене, Ангаре. Знакомился с людьми, их бытом, общался с шаманами. И напитывался атмосферой, нравами и традициями этих суровых мест. Так он узнал историю Синильги — реальной шаманки, названной в честь снега, девушки неописуемой красоты, умершей в раннем возрасте. Ее похоронили ее в выдолбленной из цельного ствола дерева колоде, подвешенной на деревьях, на берегу одной из рек Эвенкии. Тургусы говорили, что недополучившая любви при жизни, она преследовала мужчин после своей смерти, манила, соблазняла, искушла.

А вот Угрюм-реки не существовало в природе, это словосочетание Шишков услышал в одной из сибирских песен и вынес в название романа, намекая на угрюмость людей, живущих в этом суровом крае и живущих не по совести. Литературоведы считают, что, описывая характер реки, автор скорее всего имел в виду Лену и Нижнюю Тунгуску. Кстати, в этих местах, а именно Туруханске, располагались ссыльные лагеря. Одним из отбывавших наказание именно в эти годы был Иосиф Сталин.

Писатель Вячеслав Шишков

Прототипов для романа Шишкову преподнес на тарелочке его коллега по экспедициям — инженер Николай Матонин, происходивший из рода енисейских купцов. По сути в основу сюжета легло семейное предание. Предок Матонина грабил купцов на большой дороге. Перед смертью сообщил своему внуку — успешному купцу Аверьяну место, где был зарыт клад с награбленным. Внук уже через неделю после похорон деда пожертвовал средства Минусинскому уездному правлению на строительство школы и церкви. Далее он оплатил расходы по открытию телеграфной станции в Красноярске. На его же деньги в Кекуре содержалась богадельня. 100 тысяч рублей он выделил на строительство гимназии в Енисейске.

А потом дочь его брата Михаила Косьмича Матонина Александра вышла замуж за купца Арсения Ивановича Емельянова. На свадьбе Аверьян Косьмич подарил племяннице-невесте кулон с бриллиантами. Присутствовавший при этом гость узнал кулон своей матери, убитой по дороге из Енисейска в Красноярск, разразился скандал. На свадьбе случившееся представили как пьяную выходку, однако сразу после торжества Аверьян Косьмич поехал в Кекур и пожертвовал деньги на строительство придела Ильинской церкви. Происшествие настолько произвело впечатление на сибиряков, что пошла гулять в народе легенда, она обрастала разными подробностями, на свадьбе дарили то серьги, то браслеты, но суть оставалась та же — это были украшения убиенной матери.

Фото сибирского шамана и его дочерей, сделанное Вячеславом Шишковым

Несмотря на щедрую благотворительную деятельность, Матонины так и не смогли отмыться от фамильного греха, имена купцов даже не упоминаются в краеведческой литературе. Судьба семейства развивалась зигзагообразно. В период золотой лихорадки Матонины еще больше разбогатели, хотя проблемы с бунтами рабочих на приисках порядком потрепали им нервы. В своем романе Шишков подробно пишет о забастовках и вдохновляется тут не только историей Матониных, но и Ленским расстрелом — событиями 1912 года, когда в одном из золотопромышленных товариществ конфликт акционеров и рабочих вырос в бунт. Бастовали три тысячи рабочих, призванные на помощь правительственные войска открыли по ним огонь, пострадали более 300 человек, 170 были убиты. Историки считают, что это кровавое событие приблизило революцию 1917-го.

А купец, отдаленно напоминающий Прохора, закончил жизнь так. 1 декабря 1883 года в селе Кекур губернатор открыл первое в Енисейской губернии сельское ремесленное училище имени Аверьяна Матонина. Но сам Аверьян не дожил каких-то дней до этого события. Он был похоронен в семейном склепе в селе Кекур, но в 1913 году склеп разграбили. Видимо, вандалы думали, что купца похоронили вместе с его богатством. В 1914 году Матонины обанкротились. В 1931 году плиту с могилы Аверьяна использовали для строительства свинарника… Родовое проклятье все-таки настигло купца.

Роман Шишкова мало совпадает с реальной историей — Прохор не Аверьян, и он не пытался искупить семейный грех. Но общая мораль в придуманном и жизненном сюжетах есть: проклятые деньги счастья не приносят, расплата тебя настигнет даже через годы. А вот какой она будет — в виде надругательства над твоей могилой или в виде наркоманской зависимости (а Прохор у Шишкова употреблет кокаин и морфий, что показано в совремнной версии «Угрюм-реки»), в виде безумия и самоубийства — это уже художественные ответвления. В любом случае «Угрюм-река», ставшая своеобразной энциклопедией русской народной жизни, вместившая приключенческий, мистический, детективный, мелодраматический жанры, напитанная почти библейскими философствованиями на тему предательства, гордыни, преступления и наказания, весьма современно звучит и сегодня. И за эту попытку поговорить на важные темы создателям нового сериала спасибо.

Источник



Вымысел взял верх. Завершился сериал «Угрюм-река»

сергей ильченко Культура 08 Апреля 2021

Вот и закончился марафон, преподнесенный нам телевидением как самая громкая премьера года. Четыре недели по вечерам мы смотрели сериал «Угрюм-река», который опытный режиссер Юрий Мороз поставил по одноименному роману Вячеслава Шишкова.

Намеренно оставляем за скобками сравнение нынешней 16-серийной телеэпопеи с качественным телефильмом Ярополка Лапшина 1968 года, снятым на Свердловской киностудии. Тогда была другая эпоха: иная эстетика, иные законы создания телекино, иное качество всех компонентов зрелища, иные возможности. Все это вместе взятое сформировало вокруг той картины ореол экранной легенды. Оставим «Угрюм-реку-68» ее поклонникам и обратим взгляд на предъявленную нам премьеру.

Зрелище сибирских красот стало явной удачей визуального решения сериала, в котором тема силы и могучего характера бескрайних просторов Отечества стала едва ли не главной доминантой, порождающей чувство гордости за родную природу. Правда, многим известно, что Угрюм-река – это вымышленный образ двух грандиозных рек Восточной Сибири – Лены и ее притока Подкаменной Тунгуски. А в кадре мы неизменно видим красоты течения реки Чусовой, что находится от искомых рек за несколько тысяч километров – на Урале. Но на это любители книги Шишкова вполне могли бы и не обращать внимание, если бы их увлекали зрелище страстей, драма характеров, борьбы за удачу и неистребимой жажды обогащения. Все это наличествует в тексте книги Шишкова, сумевшего сотворить сибирский вариант «Тихого Дона».

Сценарист нынешней телеверсии Мария Сапрыкина сделала все от нее зависящее, чтобы оживить в картине всех персонажей романа. Даже тех, которых там нет вовсе. И многонаселенность порою казалась избыточной настолько, что зритель, пропустивший одну серию, уже не в силах «догнать» разворачивающийся на экране сюжет. Впрочем, Юрий Мороз как режиссер (думаю, не без рекомендаций продюсеров) так перемешал в монтаже все фабульные ниточки, что временами зрители окончательно запутываются: не то перед ними кровавая мелодрама с буйными мужиками и чувственными женщинами, не то авантюрная приключенческая лента о том, как золото губит людей.

В книге обе темы писатель свел воедино в судьбе Прохора Громова. Его характер удерживает всю конструкцию текста. Это роман о нем и про него. И здесь все решал выбор исполнителя главной роли. Им оказался актер Александр Горбатов, некогда блеснувший в «Ненастье» Сергея Урсуляка. Для новой роли ему не хватило ни мощи, ни цельности, ни даже физической фактуры. А ближе к финалу сериала он и вовсе превратился едва ли не в рефлексирующего мученика собственной совести. И от того не стыкуются мотивы поведения и отношений Прохора с окружающими его персонажами. И главные женщины в жизни Прохора – Анфиса (Юлия Пересильд) и Нина (София Эрнст) – выглядят порой как-то неестественно и надуманно. Иногда и вовсе кажется чрезмерным их присутствие в единицу экранного времени.

Конечно, любовные страсти есть и в книге. Но в сериале многое выглядит как малопристойные новеллы в стиле «таежного Мопассана», не исключая и похождений героя на невских берегах.

Но авторы сериала не бросили Прохора на произвол судьбы и воли обольстительниц. Они постоянно напоминают ему и нам о некой тунгуске Синильге, на чью могилу наведывается герой. Мистика сменяет эротику, которая то и дело изящно ретируется из сюжета, уступая арену алчности. И так идут сквозь сериал эти темы, сменяя друг друга, демонстрируя костры нещадных амбиций, в которых и сгорает душа Прохора Громова.

В сериале есть и достаточно обширный сюжетный пласт страданий разных женщин: от матери Прохора (Наталья Суркова) до похотливой Кэтти (Юлия Хлынина), будто случайно забредшей в сериал из купринских повестей о нравах «веселых домов». Это окончательно запутывает систему отношений персонажей: уже не понять, кто с кем и от чего страдает. Даже благоверную Прохора Громова низвергают с трона добродетели и вынуждают вступить в связь с инженером Протасовым (Юрий Чурсин).

Словом, случился на экране не роман-сага о том, как рушатся семейные устои и как злато губит людей, а продолжительный рассказ об авантюрах ума и сердца, чем-то напоминающий российский вариант новелл Джека Лондона про золотую лихорадку, смешанных в одном сериальном флаконе с амурными мелодраматическими экзерсисами. Причем со стороны обоих полов.

Возможно, зрители и не возражали бы против подобного разворота мотивов чтимой в народе книги, если бы авторы сериала все же тщательнее разрабатывали сюжет и прорисовали характеры тех, кто в кадре прописался постоянно, и тех, которые неизвестно зачем возникали на экране. А затем так же внезапно исчезали, уступая пространство иным персонажам.

Радикально изменен и финал истории о жестоком бедняге Прохоре Петровиче. Вымысел здесь взял верх окончательно и бесповоротно. Герой становится свидетелем. падения тунгусского метеорита. О чем зрителей оповещает заключительный титр сериала. Надо понимать, что возмездие в виде «небесной кары» настигло грешника. И, видимо, окружающих его грешников тоже.

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 61 (6899) от 08.04.2021 под заголовком «Как я над вымыслом облился слезами».

Источник

Читайте также:  Река нура в темиртау
Adblock
detector