Меню

Жизнь в реке осенью

Что написать в сочинение на тему «Осенняя река»?

сочинение на тему река осенью

Самым первым делом стоит начать свое сочинение небольшим вступлением на тему осени, например так:

Осень просто потрясающее время года, все вокруг расцветает разноцветными и якими листьями, не даром на ум приходит Александр Сергеевич Пушкин и его стихотворения.

Следующая мысль уже должна быть про конкретно осеннюю реку:

Сегодня мы решили отправится к реке, прогуляться вдоль ее берега и посмотреть на ее спокойное течение, ведь совсем скоро она скроется от нас под льдом и снегом и увидеть ее мы сможем только спустя большое количество времени.

Но сейчас ее воды спокойны и навевают тишину, а вокруг по берегам раскинулся ярким золотом осенний лес.

А какое красивое небо, в нем отражаются воды реки и оно постоянно меняет свой цвет.

Очень живописный пейзаж, так и хочется взять в руки кисточку , и нарисовать все это воздушно-звенящее великолепие.

Осенью надо больше гулять, любоваться настоящей природой, а она поможет забыть о проблемах и даст возможность хорошо отдохнуть душой.

Вот и закончилось такое короткое лето. Наступает ранняя осень, очень щедрая на яркие краски. Берёзке достался жёлтый цвет. Стоит такая красавица в жёлтом сарафане, яркому солнышку радуется, последним тёплым денькам. Вскоре усилится ветер, нагонит тучи серые, и прольют те на землю дождь моросящий. Один за одним начнут листики с веточек опадать. Будет качаться берёзка на ветру, трепеща последними листочками в ожидании первых морозов.

Осенний вечер наступает быстро. Только что светило скупое осеннее солнце — и вдруг, выглянув в окно, ты видишь, что всё покрыто тьмой.

Сумерки опускаются в пять часов. Небо становится серо-голубым, постепенно голубой оттенок темнеет и превращается в синий. Ветви редких городских деревьев кажутся чёрными на фоне синего неба. С каждой минутой становится холоднее. Ветер, который днём играл с листьями и слегка перебирал волосы на голове у прохожих, разозлился из-за темноты и злобно пытается оборвать ветки на кустах и молодых деревьях. На небе зажглась звёздочка. Но вскоре на синем небе появились чёрные тучи и закрыли небосвод.

Шумно застучали капли дождя. Люди спрятались в тёплых и светлых квартирах. А злой и грустный от одиночества дождь бродит по городу и заливает его холодными потоками воды.

Для начала нужно выделить мысль,о том,что осень это все таки унылая пора,в душе человека просыпаются грустные нотки,потому-что стало холодно,дождливо,зябко.Люди грустят о том,что лето прошло,уже не так греет солнце,а солнце ведь вызывает радость,правда?Но в продолжении стиха автор пишет-очей очарование!!Это говорит о том,что осень тоже хороша собой.Когда еще человек сможет увидеть такую красочную природу!!Как красиво с деревьев падают листья.Но осень печальная пора,потому-что природа постепенно засыпает перед холодной зимой.

Вот какое сочинение-рассуждение об осени написала моя дочь:

Осень — прекрасная пора! Каждый из нас, идя по дорожке одного из городских парков, наверное, замечал, насколько все преобразилось с приходом этой поры года. Вокруг вместо всеми любимых белых цветов рябины, теперь красуются её красные гроздья, которые словно бусы или серьги украшают дерево, но не только его, но и саму природу.

Осень ступила на землю, оставляя за собой яркий контраст цветов. Листья, невероятно красивые, разных оттенков и формы, переливаются на солнце, будто маленькие всполохи огня на деревьях, и летят, падая и кружась между собой, в завораживающим танце. Они красиво и плавно парят в воздухе, ложась нам под ноги, или маленькими лодочками продолжают свой последний танец, но уже на волнах луж. Из них можно собирать красивые букеты и дружно гулять по парку, шурша по ним ногами. Осенняя природа завораживает своей печальной красотой.

Безусловно, все это навевает некую грусть, а может быть и волнение и мало кому дарит радость. Но, если мы обратимся и прислушаемся к творчеству великого итальянского композитора Антонио Вивальди, то наверное, удивимся тому, что в произведении «Четыре поры года», на тему осени, звучит веселая и даже подбадривающая мелодия, под названием «танец крестьян или сбор урожая». Все потому, что для наших предков все так и было: осень была началом нового года, сбором фруктов, овощей и, конечно же, грибов, ведь редко кто не любит эту вкуснятину. Ну, а разве это не лучшие дары осени?

Ведь за её холодными ветрами, яркими красками, проливными дождями, кроется то, что мы все так любим и особенно ценим – это семейный уют и тепло дома в дождливый день. Чай за семейным столом приобретает вкус малинового варенья. Так здорово долгими вечерами смотреть с родными или друзьями интересные фильмы, или можно забраться под теплое одеяло с любимой книгой.

Осень — это завершаемый пейзаж природы, но этим завершением мы наслаждаемся, и наша душа успокаивается, услышав звуки дождя или увидев тот самый завораживающий «вальс» золотых листьев. Таким образом, мы можем сказать, что осень – это последняя и самая прекрасная улыбка года.

На память об осени остаются как духовные предметы: воспоминания о ее красоте и о осенних приключениях и т.д., так и материальные: гербарий, варенья/соленья из собранного урожая, шишки и т.д.

Те, кто дружат с руками и фантазией, могут с помощью собранных листьев/шишек сделать красивые поделки, которые будут напоминать об осени и в морозные январские дни, и в теплые майские.

Те, кто дружат со словами, могут писать стихи, посвященные красоте осени, и это тоже останется в памяти надолго.

Источник

Язь осенью

Красота поздней осени завораживает. Уже не припекает солнце, исчезли назойливые насекомые, досаждавшие рыболовам. Лес преобразился, а вода настолько прозрачна, что, кажется, ее можно пить. Отмели и прогоны с песчаным дном выглядят безжизненными — нет больше той суеты, праздника жизни, характерных для здешних мест в летнее время. Будто жизнь в реке замерла до весны…

Но именно сейчас, когда «золотая осень» вступила в законные права, пришло лучшее время для ловли матерого язя. Эта хитрая и осторожная рыба вряд ли подойдет близко к берегу — вода-то кристально чистая! Успех способна принести лишь ловля с применением дальнего заброса — и здесь у фидера практически нет конкурентов! Нет, болонская ловля также имеет право на жизнь, но главное преимущество фидера заключается в исключительной точности кормления, достичь которого при ловле в проводку затруднительно.
Кроме того, если речь заходит о рыбалке на большой реке, рыба может держаться на значительном удалении от берега — попробуй, облови такой участок с поплавком! И ведь именно правильный выбор места играет важную роль в успехе всей рыбалки.

Где искать рыбу?

Ловля язя в середине осени кардинально отличается от таковой в конце лета, когда вода еще относительно теплая. Начиная с сентябрьского похолодания, язь собирается в стаи и придерживается достаточно глубоководных участков, характеризующихся медленным течением и наличием «интересного» донного рельефа. Летняя тактика рыбалки в данное время малоприменима. Если еще месяц-другой назад рыболов имел возможность «собрать» рыбу на любом, удобном для себя участке — язь великолепно реагирует на прикормку — то сейчас главным фактором, определяющим успех всего мероприятия, будет правильный выбор места. Именно теперь определяющей становится глубина в точке ловли: мелководные песчаные прогоны с глубиной 1-1,5 метра пустеют, рыба скатывается в более укромные места. Вообще, язь, в отличие от того же голавля, предпочитает придерживаться мест с более спокойным течением и избегает русловую стремнину. Таковыми могут быть всевозможные входы и выходы из глубоких ям и прогоны с глубиной в 3-4 метра, являющиеся их логическим продолжением. Хороши и всевозможные глубоководные старицы, имеющие непосредственную связь с основной рекой — очень часто рыба держится на границе старицы и основной струи. Обращать внимание следует и на глубокие поворотные ямы, образующиеся вследствие изменения направления основной струи — именно здесь, на границе спокойной воды и сильного течения, предпочитает держаться язь, хватая сносимый течением корм.

С чем же еще связана привязка стоянок рыбы к определенному месту? В первую очередь, с наличием всяких «интересностей» на дне. Небольшой камень либо коряжка, «ломающие» придонное течение, мини-бровочка, благодаря которой на дне задерживается корм, компактное углубление на дне — все эти места, словно магнитом, привлекают к себе язя. Не стоит упускать из виду и всевозможные колонии ракушечника — они не только задерживают плывущий по течению корм, но также и сами служат пищевым объектом для крупного язя.
Поиск таких точек производится при классическом простукивании дна джиговым методом. С его помощью определяются перепады глубин в месте ловли, а также протаскиванием маркерного грузила по дну исследуется характер дна на наличие всевозможных камней, гальки, ракушки и иных, привлекательных для рыбы предметов.

Чем ловим, как кормим?

Учитывая тот факт, что язь тяготеет к местам со спокойным, умеренным течением, а также довольно низкий уровень осенних рек, применение снастей экстра-хэви класса вряд ли понадобиться. Для успешной рыбалки в 90% мест вполне достаточно удилища класса «хэви» длиной в 3,9 метра с тестом до 110-130 граммов. Вкупе с применением тонких, диаметром 0,1-0,12 мм, плетеных шнуров, ловить удастся даже на самой стремнине. Под подобные веса подбирается и катушка: нужен тяговитый, мощный механизм, главная пара которого не будет страдать от постоянной нагрузки во время выматывания тяжелых кормушек против течения.

Предъявляет ловля на речной струе и к используемой прикормке. В отличие от ловли озерной, на реке перекормить рыбу невозможно даже осенью — какая-то часть корма будет съедена мелочью, другая — унесена течением. Именно по этой причине корм нужен липкий и тяжелый — такой будет менее подвержен течению, а значит, практически весь останется на прикормочном столе. Для достижения необходимой степени увлажнения применяют всевозможные утяжеляющие добавки — клейкие сахарные и кукурузные сиропы, мелассу, различные каши и зерновые. Несмотря на низкую температуру воды, по крупной рыбе такие добавки работают великолепно вплоть до самого ледостава. В некоторых ситуациях крупы и каши лучше заменить на животные добавки — мотыля, опарыша и нарезанного червя. Именно они способны выручить рыболова в периоды слабого клева. Добавлять «животинку» лучше всего порционно, в кормушку перед забросом, наблюдая за реакцией рыбы.

Что же касается наживок и насадок для ловли язя, с приходом осени ситуация практически не меняется. Рыба все так же отлично реагирует как на животные (опарыш, мотыль, червь, пиявка), так и на растительные (консервированная кукуруза, горох, распаренная перловка) насадки. Очень часто к поклевке приводят всевозможные бутерброды, наиболее «рабочими» из которых являются опарыш + мотыль, опарыш + кукуруза, червь + перловка, червь + кукуруза. Если поклевок нет на протяжении длительного времени, имеет смысл сместить точку ловли в сторону, изменив ориентир для заброса либо изменить дистанцию заброса на 2-3 оборота катушки — осенью часто встречается ситуация, когда язь стоит в нескольких метрах в стороне от стола, упорно не желая двигаться на прикормку. Подобная ситуация, кстати, характерна и для леща с голавлем.

Разумеется, данные правила являются сугубо личными наблюдениями, которые нельзя выдавать за аксиому для всех водоемов. Однако если придерживаться их, можно существенно увеличить вероятность поклевки крупного язя даже в такое не клевое время, как поздняя осень. И после того, как бронзовобокий красавец заведен в подсак, понимаешь, что не такая уж и унылая осенняя погода, не такой уж и надоедливый дождь…

Источник

Осенью вниз по реке

Юрий Жёлтышев После многих ненастных, холодных и сумрачных дней нежданно–негаданно установилась погода. Осеннее солнце празднично зажгло листву деревьев, в воздухе замелькали тонкие паутинки, должно быть ненадолго пришло «бабье лето». Впрочем, осенью погода переменчива, того и гляди снова накатит ненастье. Возможно, это всего лишь причуда осени, похожая на запоздалую благосклонность природы.

Идея во что бы то ни стало выбраться в двухдневный осенний поход на лодках принадлежала моему приятелю Саше. Он – человек дела, если что-то задумывает, удержать его не удастся. В такое путешествие среди холодной осени нелегко отважиться, городского жителя всегда одолевают сомнения, да и круговорот дел редко доставляет такую возможность. А тут еще если простуду где-то прихватишь, так трижды подумаешь, прежде чем решиться — что же, я себе, что ли враг? В конце концов, решили так: надеяться на лучшее, но быть готовым к худшему. Спальники, теплую одежду, палатку берем обязательно, для «лечения» у нас будет глинтвейн, но в случае чего завершим поход к концу дня. Октябрь месяц, как-никак, золотая пора не только для художников, но и для спиннингистов.

Читайте также:  А за рекой туман по полю стелется

Барометр, как на грех, до того стоявший на месте, упал на два деления, а это тревожный признак. Но ничего не поделаешь, решили — так решили, когда еще нам представится случай, будет ли у нас другой шанс поплавать в осенних водах? Рискнем! Хотя борьба с трудностями сама по себе не входит в наши планы. Если признаться, не все в жизни мы совершаем обдуманно, кое-что остается на непредсказумые решения, на авось, одним словом.

Накачивая лодочку, я напевал оптимистичный мотивчик из рок-оперы «Юнона и Авось»:
Наша вера верней расчета,
Нас вывозит авось, нас вывозит авось!

Утро выдалось совсем туманным, чтоб не сказать беспросветным, казалось бы подтверждающим худшие опасения. И вдруг – о чудо! – мгла постепенно рассеялась, когда мы спускали лодки на воду, виновато проглянуло солнце. Надолго ли? Бог весть! Что ждет нас впереди на нашей бегущей, струящейся дороге? Река заманчиво струит свое течение, завивает воронки и водовороты, где-то там, в глубине, ходит пока еще не встреченная нами рыба… Рыболовная романтика приключений и странствий зовет нас вперед, госпожа удача повелевает нашей судьбой, а вывозит нас наше русское «авось»!

Если какие-то сомнения еще и тревожили душу, то стоило вдохнуть живительный речной воздух, от них не осталось и следа. Стоило взмахнуть веслами, почувствовать, что лодка тебя слушается, как родная, а рука сама взмахивает спиннингом, посылая приманку к цели!
А волшебные, заколдованные уголки реки заманивают предчувствиями поклевок, омута, перекаты и заливчики с нависшими над ними деревьями заманчиво обещают вознаграждение за удачный заброс. Мы успеваем пройти несколько ближних речных поворотов – скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается! – как приятель коротко восклицает: «Сидит!» — и вот он уже азартно подтягивает к лодке первую хищницу, которая позарилась на его воблер. Щука делает свечку, показываясь во всей красе, обдает брызгами рыболова и меня, потому что я успеваю подплыть на близкое расстояние со своим фотоаппаратом. Мы по традиции выпиваем «за первый сбитый».

— Знаешь, что, — говорит мне приятель, — возьми ты эту баклажку к себе в лодку, а то, если так дальше пойдет, в ней до вечера ничего не останется!
Между тем, мы еще только в начале событий. Рыба есть и рыба активна, клюет конечно, не как по заказу, но где и когда скажите, бывает так, чтоб клевало при каждом забросе? Где-то за каким-то поворотом удача ждет и меня!

Впрочем, стоит нам отплыть от населенных пунктов, туда, где река вступает в чертоги леса, я все чаще откладываю свой спиннинг и хватаюсь за фотоаппарат. Красота лесистых берегов в эту пору года – ни в сказке сказать, ни пером описать!
Теперь под сенью леса плавание наше напоминает больше движение по залам картинной галереи осени: не знаешь куда смотреть, на левый берег или на правый?

Природа приготовила радость для глаза, праздник для души. Живописец-осень расцветила деревья каждое по-своему: как факелы стоят и трепещут листьями розовые осины, невиданной желтизной светят клены и липы. Но наряднее всех вязы, в их пестром убранстве все оттенки – от зелено-желтого до пурпура и бордового. «В багрец и в золото одетые леса» — говорил поэт, так вот, багрец – это, безусловно, вязы. Когда покажется из-за поворота реки группа склоненных над водой багряных вязов – просто никуда не денешься от их немыслимой красы, невольно прикипаешь взглядом. А когда все это богатство палитры, отражаясь, покачивается и дробится в воде – просто не наглядишься, импрессионизм да и только!

Но отвлечемся от живописи осенней картинной галереи, все равно язык бессилен передать все это, надо видеть своими глазами… Плывущего вниз по реке вместе с чувством парения всегда сопровождает тайное ощущение: вот сейчас что-то случится, вот там, за следующим поворотом реки. И это чувство никогда не обманывает! Случилось! Редкостной красоты белоснежная птица стоит на пустынном пляже, увидев лодку, нехотя взлетает, медленно взмахивая крыльями, будто приглашая за собой. Белая цапля – необычайная редкость для наших мест!

Может быть, эта птица была экскурсоводом в этом музее без стен и без крыши?
Признаюсь честно, на некоторое время я позабыл обо всех рыболовных трофеях и увлекся фотоохотой. В охоте с фотокамерой есть все признаки настоящей охоты: подкрадывание, прицеливание, выстрел. Только этот выстрел без пули, выстрел, несущий жизнь, а не смерть. Жизнь, заключенную в навсегда пойманном кадре.

Позже дома просмотришь эти кадры и удивишься, как много в них скрыто того, что не успел рассмотреть во время съемки. Вот на одном из пляжей цапля поймала какую-то добычу. Тогда я не рассмотрел, что именно она выхватила из воды, Но в серии кадров видно: в клюве у цапли большая лягушка. Птица несколько раз подбрасывала лягушку, перехватывала ее клювом, возможно, желая умертвить. Затем на следующем кадре видно, что она окунула добычу в воду, побултыхала ее там. Действие нельзя не назвать осмысленным. И только проделав эту операцию несколько раз, наконец-то решилась заглотнуть добычу. Наконец, когда я подплыл ближе, цапля поднялась в воздух и с гордыми взмахами крыльев поплыла на фоне пламенеющих вязов.

Куда звала меня эта загадочная птица с белоснежным оперением и желтым клювом?
Каждый раз, пролетев немного, цапля садилась чуть ниже по реке, будто поджидала меня, изгибая свою эс-образную шею. О чем хотела мне сообщить замершая на урезе воды сказочная птица, изящная как на египетских фресках? Древние египтяне верили, что изображение птицы в усыпальнице олицетворяет собой душу человека. Возможно, эта птица и была моя душа, вечно куда-то стремящаяся, вечно неуспокоенная или замирающая в ожидании чуда?

Глядя, как летит впереди невиданная белоснежная птица, я чувствовал, как меня постепенно охватывает ощущение нереальности происходящего. Стало мне казаться, будто плыву я не просто по реке, а движусь в каком-то потоке, подобном кинофильму.
Моя лодка плыла не иначе, как по реке времени, из-за поворота постепенно выплывало мое прошлое. А может, и действительно было так, ведь берега реки волшебно и навсегда связаны с моим прошлым. Все эти поляны и перелески помнят события моей жизни. Жизнь – она та же река.

Вот омут под обрывом, поросшим соснами. Здесь когда-то жила щука – «хозяйка омута». В незапамятные времена две сосны упали с обрыва в воду – под ними и устроилась «хозяйка». Виталик – парень из нашей компании – нырял с маске под эти сосны, где и встретился со щукой. Но каждый раз щука пятилась, скрываясь от него. В сердцах Виталик спилил одну сосну, но и это не принесло удачи. Тогда Виталик уступил мне право померяться силами с «хозяйкой». Несколько раз я приходил сюда со спиннингом, с живцовой удочкой. Но «хозяйка» так и не клюнула.. Когда-то давно я описал эти события. Где теперь эта щука – «хозяйка омута»?

. В те времена, в «утро наших лет» мы приезжали сюда большой безалаберной компанией – юноши и девушки, не знавшие забот, не верящие ни во что, и в то же время – идеалисты. Романтики, которые постоянно вышучивали всякую романтичность. Приезжали с гитарами, с бутылками недорогого вина, с приемниками-транзисторами (тогда еще не изобрели дьявольскую штуку – плеера, наглухо запечатывающие уши современных мальчиков и девочек). Мы становились большим гудящим табором, шутили, дурачились, пели. И со мной тогда была та, о которой я до сих пор вспоминаю с болью сожаления – не удержал. Как весело взмахивала она рыжей челкой, как радовалась каждой бабочке, цветку! Когда мы нашли пустую бутылку, в которую заползла мышка, как помогала достать оттуда несчастную! Почему же сейчас эти воспоминания меня ранят? Ведь все это – было! А значит – осталось! Ее смех до сих пор звучит где-то на этом берегу, как наверно все еще звучит моя гитара, да, конечно, вот на этой поляне, я слышу наши голоса, я вижу лица, хотя и слегка отдаленные туманной дымкой убежавших лет.

Где теперь все эти друзья и подруги? Рассеялись где-то среди жизненной круговерти.
Но река уже ведет меня дальше, так же как и жизнь, ее течение прихотливо, причудливо.
…Затем все эти компании внезапно закончились, как закончилась наша призрачная свобода. Наступила другая пора — пора моих одиноких блужданий, когда я увлекся спиннингом и забирался сюда, приехав самым первым автобусом. А может, просто мне нужно было уединиться, раствориться в природе? В жизни тогда было много трудностей, не ладилось ни с работой, ни с личной жизнью, я уходил сюда, чтоб сбросить груз всяких забот. Природа исцеляла меня, придавала мне силы. Как ни странно, мои одинокие блуждания со спиннингом совсем не приносили мне грусть. На реке всегда столько всего происходит, такой простор для наблюдений, грустить совсем некогда. Наверное, на реке не может быть одиночества. Когда идешь берегом реки и смотришь в воду, твои чувства и мысли все время заняты, просто нет времени думать о чем-то печальном.

Однажды, а дело было тоже в октябре, шел я по левому крутому берегу, глядя в воду и непрерывно совершая забросы. И вдруг увидел, как стая огромных рыб шла по руслу реки, целеустремленно скатывалась по течению вниз, это были лещи – с высоким, крутыми боками. Несколько минут проходила стая – так была она велика, шла на зимовальные ямы. Опомнившись, я стал бросать рыбам свои спиннинговые приманки, но большие рыбы с достоинством обминали мои воблеры, игнорируя их. Все мои попытки заинтересовать рыб приманками были обречены на неудачу!

Вот и сейчас мы проплывали примерно в тех же местах, передо мной было дерево, нависшее над водой, почти перегородившее полреки. Под склоненным деревом лежал затопленный ствол другого дерева, упавшего раньше. И вот – о чудо!- снова тени огромных рыб скользнули под лодкой, ища спасения в подводных джунглях. Были ли это потомки тех рыб, увиденных давно? Или они скользнули, как воспоминание о тех давних событиях?
Вот так и в жизни: ничто не повторимо, но все повторяется! Нельзя дважды войти в одну и ту же воду, но мы все время пытаемся это сделать. Нельзя заново войти в прошлое, можно только вспомнить, но ведь все будет уже другим: само событие, вернее воспоминание о нем, потом воспоминание о воспоминании.

Да, река – это моя жизнь. Моя текущая жизнь в прекрасных берегах, где струятся воспоминания.

После нескольких поворотов – меандров по правому берегу возникает картинная, почти шишкинская, дубовая роща. Заскорузлые дубы чередой волшебных витязей подходят к самой воде, глядятся в воду, роняют желуди и резные листья. Резные дубовые листья, «виолончельные», как назвал поэт, словно кораблики, задрав носы, плывут по воде.

До этих мест я никогда не доходил в юности, как-то не случалось. Сюда заглянула уже только моя зрелость. Это место связано с моим наставником в спиннинге Геной. Когда-то во время нашего первого лодочного похода именно здесь мы устроили вечерний привал. Гена открыл это место: семь дубов и поляна между них. Трудно представить лучшего соратника по плаваниям и рыбалкам, чем Гена, – великий рыболов с кроткой улыбкой, бесконечно влюбленный в реку, природу. Он явился для меня откровением не только как мастер спиннинга, но и в большей мере – откровением человеческим. Никто, как он, не мог так переживать красоту природы, да и просто поддержать, когда что-нибудь не ладилось. На привале он незаметно брал на себя самую трудную часть работы. Я и не замечал, как сама собой ставилась палатка, как по мановению волшебства полыхал костер, в котелке уже булькала уха – и становилось так по-домашнему уютно. Никогда с собой в походы Гена не брал никакой выпивки, что согласитесь, как-то не вяжется с расхожим мнением о рыболовах. Однажды, когда вечером у костра я достал из рюкзака пакет вина и предложил ему выпить, Гена только удивленно на меня взглянул:

— А разве тебе не достаточно просто сидеть, смотреть и слушать?
Пристыженный, я согласился, что достаточно. Ночь была полна звуков, шорохов, всплесков, торжественно сияли звезды, и среди этой полноты бытия какой-то излишней выглядела бы радость, полученная от вина.

Я знал, что в жизни Гены немало сложностей: тяжело болел отец, жена, мягко говоря, не разделяла его увлечения рыбалкой. И видно, совсем нелегко было ему вырваться на природу из круга каждодневных забот, но в эти редкие часы он по-настоящему наслаждался природой.

Читайте также:  Река хопер доклад для 2 класса

Гена учил меня не только ловить рыбу, но прежде всего – относиться к природе, как к родному дому, не брать лишнего, сверх меры. Он сам всегда отпускал пойманную рыбу, если она не доросла до размера, а иногда отпускал и крупную. Когда под его влиянием я сам отпустил первую рыбу, – это был небольшой щуренок, – помнится, Гена спросил меня: что ты чувствуешь? как на душе?
— Чувствую? Что-то очень хорошее! Что подарил жизнь другому существу!
— Ну, добро, — сказал тогда Гена. – Значит, будешь ловить! В природе все как-то связано. Дают тому, кто не возьмет больше, чем надо.

Эти слова я хорошо запомнил. Дают не тому, кто берет, а тому, кто умеет отдавать! И не возьмет больше, чем надо. Интересно, почему же не все в жизни мне легко давалось? Может, потому что хотел больше, чем было нужно? Или больше, чем мог отдать?

Эту душевную доброту, бережное отношение к реке и всему, что на ней я встречал у многих порядочных рыболовов. Видно не может душа не очиститься у того, кто много проводит времени на реке. Помню, что другой мой добрый знакомый – рыболов Алексей, придя на реку и обнаружив мусор, тут же принимался его убирать. Первым делом собирал пакеты, обертки, пластиковые бутылки, разводил костер и сжигал где-нибудь подальше, оставляя берег чистым.
— Уважать надо природу… — приговаривал Алексей, то ли смущаясь, то ли извиняясь за чье-то равнодушие.

Не знаю, всегда ли добро вознаграждается? Наверно, не всегда. Но оно, надо полагать, само по себе и есть награда.
..Но вот показалось на реке еще одно примечательное место. Здесь река делает правый поворот, на длинном мысу стоят редкие коряжистые деревья – дубы и вязы, а дальше то, что мы называли «мост» — два дерева, упавшие с разных берегов почти дотягиваются друг до друга вершинами. Здесь в виду живописности и удобства места летом почти всегда стоят лагерем туристы, здесь много их пестрых палаток, много «шашлычных дымков», веселых криков детворы. Помню, когда мы с Геной проплывали тут однажды утром, девочка подросток оставила свой мяч и игру с братиком.

— Смотри, смотри! – крикнула она восторженно и высунулась из-за дерева, с великим любопытством провожая взглядом нашу лодочную кавалькаду. Во взгляде девочки была романтичность Ассоль, мечтающей об алых парусах. Не знаю, кем могли показаться девочке взрослые дяди на зеленых лодках со спиннингами в руках, возможно какими-то заколдованными рыцарями? Один из дядей (это был я!) не выдержал, сорвал с себя шляпу и помахал новоявленной Ассоль. Какое смятение я посеял в этой юной душе своим невольным жестом? Только на миг соединились наши взгляды – и мы поплыли дальше.

Но сейчас, осенью, берега эти были пустынны, и было даже странно, что некому теперь оценить красоту этих мест. Кроны деревьев были пронизаны лучами заходящего солнца, оттого будто светились изнутри, их отражения в воде светились тоже. До сих пор мы плыли вдоль обрыва, поросшего лесом, и вот, когда миновали лес и стали огибать длинный мыс, в небе перед нами развернулась картина, похожая на безмолвную музыку. Темно-лиловые тучи громоздились у горизонта, снизу пробивался придавленный тучами свет. А выше все небо начинало светиться огненными всполохами – отблесками заката на облаках – удивительная торжественная увертюра. Казалось, в невиданных красках заката угадывались звуки, и силуэты деревьев, почти лишенные листвы, составляли странный контрапункт мелодии заката. Но до чего же быстро глохнут краски, как неотвратимо гаснут пламенные сполохи, словно напоминая, что прекрасное не бывает вечным!

Пора было подумывать о ночлеге. Мы вытащили лодки на небольшом пляжике и поднялись на поляну, осененную багряными вязами. Западная часть неба за опушкой леса еще светилась. Я остановился перевести дух. Но что такое? «Урлы-урлы-урлы! – со стороны догорающего заката раздавался какой-то странный переливчатый звук, довольно музыкальный, живой, не иначе звук этот должен был принадлежать живым существам. Звук наполнял пространство, исходя с запада, неужели закат и впрямь обрел свою музыку? Что же это? В той стороне, за лесом – протоки, старицы, глухие болота, я это знал. Что же там могло происходить? И вдруг меня осенило: да это же песни журавлей! Музыка их осенних танцев, когда перед отлетом журавли собираются в большие стаи. Песня прощания с родной землей! Звук столь древний, как сама земля, ныне неслыханно редкий, далеко не каждому посчастливится его уловить. А если и услышит эту таинственную музыку городской житель, вроде меня, не сразу и поймет, что это такое. Нам вот посчастливилось больше других.

Осенний вечер короток. Не успели мы поставить палатку и разжечь костер, как землю накрыла темнота. Впрочем, темнота была не полной, к этому времени уже взошла луна, и нашу поляну залило серебристое лунное сияние. Волшебный свет луны пронизывал листья вяза, и были они уже не винно-бордовыми, а будто выкованными из серебра. Протянулись от деревьев загадочные тени, причудливо переплетаясь на нашей поляне. Почему лунный свет не передает красок? Только ли дело в особенностях нашего сумеречного зрения? Мне кажется, дело тут в другом, в том, что должна быть в природе непременно тайна, и эта тайна наступает вместе с ночью. Звезды таинственно мерцая, глядели сквозь кроны деревьев, где-то в этих кронах все еще стрекотал кузнечик – это сейчас, в начале октября! – на удивление теплой была ночь. И в то же время в этой осенней ночи скрывалась какая-то скрытая угроза, тревога. Мы сидели у костра, прислушиваясь к шорохам в чаще леса. Необъяснимый первобытный страх выползал из чащи, оттуда, где скрывалась его тайна. Тысячи лет назад сидели у огня люди и, кутаясь в шкуры, прислушивались к звукам ночи. Ночь, костер и лес возвращают нам это чувство. Память многих поколений, до сих пор скрытая в наших генах, шевелится и просится наружу. Кто были эти люди? Как защищали себя от холода, от голода, от диких зверей? Ведь у них с нашей точки зрения не было ничего для выживания – ни наших палаток, ни спальников, ни запасов еды. И все же они выжили благодаря своим способностям. Да уж не глупее были нас! Только потому и выжили. И вот мы сегодня так же, как они, добыли свой ужин своим умением, и сидим у костра как в те далекие времена.

Не скрою, когда я отправлялся в осенний поход, у меня были опасения насчет ночевки в лесу – не лето ведь! Но вот эта осенняя ночь на природе…боже, какой божественной она оказалась! Да ведь, пожалуй, это была самая незабываемая часть похода! Ни комаров, ни летней духоты, зато сколько волшебства, сколько тайны. «Комнатному» городскому человеку трудно представить, как здорово сидеть глухой осенней ночью у костра, вдали от города. Да, возможно, под утро станет немного прохладно, так ведь есть же теплый спальник, который можно застегнуть. За день гребли по реке такая приятная тяжесть во всем теле. Сами собой смыкаются глаза, не успел прилечь – и ты уже спишь. И снится что-то из детства, связанное с рыбалкой, с каникулами, с отцом и с братом, с бамбуковой удочкой, с красным поплавком… Вот поплавок на малахитовой воде осторожно двинулся, затанцевал и вдруг окунулся, как полоумный. Просыпаясь, долго еще не можешь понять – как же так, только что клевало и ты вовремя подсек, и рыба затрепетала на леске, разбрызгивая золотые капли, — но где же эта рыба? Выходит, она осталась там, во сне? Все это было в другом измерении – в измерении сна, а здесь нет никакой рыбы, да что там рыбы! – нет уже ни отца, ни брата, нет даже того домика с голубыми ставнями и серебряным петушком над крышей, из которого мы выходили на рыбалку. Ничего, решительно ничего не осталось из детства, кроме разве что этих снов, да еще того самого поплавка с красной головой, что лежит спрятанный где-то в заветной коробочке.

Сон улетучивается, наступает новый день и утро приносит новые обещания. Снова костер, согревающий чай, и река жизни несет нас дальше, прочь от этого лагеря под красными вязами, который с этой минуты тоже стал всего лишь воспоминанием.
И снова мы плывем по реке, усыпанной желтым, рыжим, розовым и бордовым листом.
Желтый – кленовый лист, рыжий – дубовый и тополиный, розовый – лист с осины и бордовый – с вяза. Заброшеный воблер движется сквозь острова из листьев, цепляет листву крючками и возвращается весь унизанный листьями – желтыми, рыжими и бордовыми. Через время в небе рассеивается мглистая муть и нежданно-негаданно проливается солнце. Выясняется, что день будет такой же прекрасный как вчера. Только вместе с солнцем вдруг возникает и ветер, он шумит в кронах деревьев, срывает целые охапки листвы и швыряет их в воду, в лодку. Осенний карнавал!

Праздник жизни продолжается: редкие осенние стрекозы-дозорщики проносятся над водой, зависают, сдуваемые порывами ветра. Какой-то маленький лесной зверек, должно быть ласка, исследует что-то в норах ласточек-береговушек на обрывистом берегу. Но гнезда ласточек давно уже опустели, птенцы оперились и улетели в теплые края. И зверек замирает, глядя, как две лодки плывут мимо сквозь хоровод листьев.

А день распогодился не на шутку, и снова обмирает душа, когда бордовые вязы, склонившись к своим заскорузлым корням, нависают перед тобой. Впереди нас – новое замечательное место, которое носит название Омут Монстра. В прежние времена здесь во время плавания с Геной, бросив воблер-фэтик между веток упавшего дерева, я зацепил невиданного глубинного монстра. Монстр этот долго не показывался над водой, кружил лодку над ямой, когда же после изматывающей борьбы был подведен к лодке, ужаснул меня своим размером, чернотой огромной спины и почти крокодильей пастью. Не видать бы мне этого речного зверя, как своих ушей, если б Гена не выхватил его из воды в тот самый миг, когда монстр уже сорвался, разогнув крючки…

Все-таки как странно переменилось место! Нет уже прежнего бездонного омута с черной водой, на месте бывшего русла – новые отмели и косы, даже коряги торчат в незнакомых местах. Но вот что удивительно – не перевелись здесь монстры! Тут-то и приключилась новая история (каждый раз это место радует историями). Пока я кружил по заливу, стараясь воскресить в памяти тот давний эпизод, приятель Саша проплыл дальше, швыряя свой огромных размеров воблер JACKALL Squad minnow, вдоль травянистых зарослей. Вдруг до меня донеслись ужасные ругательства. Что? Что случилось? Оказалось: на встречном ходу воблер был атакован и мгновенно срезан щукой. Огромной, видать, рыбиной, если поводок из флуорокарбона толщиной 0,5 мм был срезан в один момент, как ножницами. Вполне понимаю Сашу, почему он дает выход своим эмоциям в замысловатых ругательствах. Воблер – краса и гордость его коллекции! – купленный буквально на днях, на который Саша возлагал большие надежды, ни за что ни про что подарен щуке.. Да и разбойницу жаль, нелегко ей придется с такой игрушкой длиной 10 сантиметров! Хорошо, если зацепилась краем пасти и сможет от него как-то избавиться.. Нет, что ни говори, а это урок на будущее! Не зря, ох как не зря бывалые рыбаки-спиннингисты не советуют выходить на хорошую щуку без металлического поводка. Что там говорить, подводит флюорокарбон, еще как подводит!

Так или иначе, плывем дальше, переполненные эмоциями, Саша – негодуя и ругаясь, я – настроенный более философски. Все же хорошо, что в нашей реке еще есть такие щуки, которые могут порадовать подобными поклевками. Еще много впереди манящих излучин, еще столько чудесных рыболовных мест, волшебных потайных уголков, от которых можно ожидать волнующих поклевок. Осень – пора самых сильных рыболовных впечатлений, пора схваток с монстрами, золотая пора для спиннингиста.

Не купить ли и мне такой же чудодейственный воблер, который геройски погиб в омуте Монстра? Саша говорит, что мысль правильная, только моим легким спиннингом – Дайвой – такой воблер не бросить, а тем более правильно не провести. Его надо вести резкими рывками, а для этого нужен довольно жесткий спин.
— Купи CHERRY WOOD такой как у меня, не смеши людей! Пора переходить на новый уровень!
Да, так и есть, на рыбалке нельзя ловить раз и навсегда затверженными методами.

Читайте также:  Река лена дельта быковская протока

Постоянный поиск – вот что приносит успех! Сегодня, к примеру, работает только жесткий твичинг. Убедительная победа Сашиного «оружия» доказывает это: его пять щук против моих двух, да и те две тоже пойманы на твичинговые воблера – X-RAP RAPALA и DAIWA Shiner. Есть о чем задуматься.

По пути из-за поворота реки показывается собрат-спиннингист, что плывет против течения, на малых оборотах лодочного двигателя, тянет за лодкой троллинговую снасть. Это мужественный, загорелый рыбак, с седоватой шкиперской бородкой, с обветренным лицом, по всему видно поплавал он немало, умудрен опытом. Поравнявшись, он вопросительно кивает мне, мол, как успехи?
— Да у меня не очень, — признаюсь я, — а вот приятелю повезло больше! Щука срезала его воблер ценой 100 гривен!
— Да, дела… — соглашается пожилой спиннингист, сверкнув неожиданно голубыми, почти юными глазами. – На рыбалке случается всякое! Это как в жизни – надо быть готовым ко всему. Не знаешь, где найдешь, где потеряешь. Жизнь есть жизнь!

Только на какую-нибудь минуту мы обменялись взглядами, перекинулись словами, а уже как потеплело на душе! Тотчас возникло чувство: с этим человеком я мог бы дружить, мог бы перенимать его опыт – и рыболовный, и житейский. Но наши пути разошлись, скоро его мотор тарахтел уже у другого поворота. Впрочем, довольно и того, что было сказано, слова, сказанные вовремя, обретают особый вес. Если за словами стоит немало пережитого, их можно долго обдумывать, да пожалуй, важны даже не слова, а интонация, тот особенный душевный настрой, что безошибочно угадывается за словами.

Все дальше и дальше несет меня река – или это несет сама жизнь? – или это я сам плыву сквозь время, или время проходит сквозь меня? Порыв ветра, швыряющий в лодку ворох желтой листвы, коряга, предательски выскакивающая прямо по курсу лодки, низкие ветви склоненного над водой дерева, хлещущие тебя по макушке. Ожидание неимоверного, обманчивое предчувствие чуда, быстрый заброс к островку стрелолиста, где только что рассыпалась веером мелкая рыбешка, миг – и предчувствие обретает силу уверенности, и вот, наконец хватка! Взяла! Но нет, радость преждевременна, впереди еще бой, может быть целое сражение с выпрыгиванием хищницы из воды, с великолепной свечкой в солнечных брызгах! Выдержат ли нервы? И выдержит ли снасть?

Даже если сход, даже если – неудача, я говорю себе как мудрый спиннингист: «Жизнь есть жизнь!» А это значит – снова начинать все сначала, снова грести против ветра, не терять надежды, не успокаиваться, легко относиться к потерям, не бояться трудностей, верить в себя, и тогда придет, обязательно придет твоя удача!

«Это как в жизни»! Стиснув зубы плыть, не считаясь с потерями, радоваться прекрасному, вобрать в себя все краски и звуки осеннего чудесного дня, не поддаваться унынию, и плыть, плыть дальше по жизни на своей латаной-перелатаной лодке со своим видавшим виды спиннингом. Не желать невозможного, примиряться с неизбежным, брать не больше, чем сможешь отдать, и платить душой за каждый подарок судьбы. И тогда возможно груз прожитых лет превратится не в усталость, а в опыт, и этот мой опыт кому-то, хочется верить, понадобится и пойдет впрок. А это значит — усилия не были напрасны, значит мое плавание по жизни не бесцельно, значит, кто-нибудь непременно услышит меня, в ком-нибудь отзовутся мои слова.

…Так хочется в это верить здесь, на этой лодке, плывя осенью вниз по реке.

© Copyright: Юрий Жёлтышев, 2012
Свидетельство о публикации №212120900636 Список читателей / Версия для печати / Разместить анонс / Заявить о нарушении Другие произведения автора Юрий Жёлтышев День осеннего заплыва
Желтых листьев по реке.
Жизнь весёлого призыва
Оставаться быть счастливым
С поцелуем на щеке!

Источник



Конспект ОД по познавательному развитию «На водоёмах тоже осень» в подготовительной группе детей с ЗПР

Кириллова Тамара
Конспект ОД по познавательному развитию «На водоёмах тоже осень» в подготовительной группе детей с ЗПР

Муниципальное бюджетное дошкольное образовательное учреждение

детский сад комбинированного вида №3 г. Данков

Конспект ОД

по познавательному развитию

«На водоёмах тоже осень»

в подготовительной группе детей с ЗПР

воспитатель: Кириллова Т. Н.

1. Закреплять представления о том, что сезонные изменения в природе осенью влияют на жизнь обитателей водоёмов.

2. Расширять и уточнять представления детей о подготовке обитателей водоёмов к зиме.

3. Дать детям более полные представления, куда исчезают на зиму рыбы, раки, лягушки, водные растения.

Словарная работа: ил, жор.

Ход ОД

1. Вступительное слово воспитателя.

С каждым днём всё заметней приметы наступившей осени: кружит листопад, собираются в стаи перелётные птицы, прячутся куда-то насекомые, мыши, пауки, многоножки. Забрались в сухие ямы, переплетаются, застывают змеи. Звери – кто одевается в тёплые шубки, кто забивает свои кладовки в норах, кто устраивает берлогу. Все готовятся к зиме.

В реках, озёрах, прудах вода стала холодной. Над водоёмами часто поднимается туман. И обитатели водоёмов тоже готовятся к зиме. Наш разговор сегодня о лягушках, рыбах, раках, водных растениях. Сезонные изменения в природе осенью тоже влияют на жизнь обитателей водоёмов.

2. Рассказ воспитателя «Как рыбы осенью готовятся к зиме».

Рыбы начинают подготавливатьсяк зимнему времени года уже с лета — в середине августа: рыба начинает плавать неподалеку от берега и много очень питаться. Это она делает для того, чтобы без проблем пережить зимнее голодание. Ведь с наступлением холодов она питается, в основном, запасами своего жира, который наела за август.

Ближе к зиме рыбы собираются в стаи, чтобы зимовать. Они опускаются в самую глубину рек и озер. Их тело покрывается густым, как шубой, слоем слизи. И всю зиму рыбки проводят на дне водоема. Ведь там вода не замерзает даже в лютые морозы.

К зимнему периоду у рыб отмечается неподвижность, вялость.

Каждый вид рыб зимует по-разному. Например, карпы и караси зарываются как можно больше в тину, которая находится на дне водоема, и переживают зиму, оставаясь до весны абсолютно неподвижными.

Большинство рыб впадают в спячку – это сомы, лещи, лини, плотва. Рыба ложится на дно водоема или просто зарывается в ил.

Рыбам зимой подо льдом находиться очень трудно. Начинают гнить водоросли, воздуха становится, как следствие, все меньше, и им трудно дышать. Поэтому в водоемах люди пробивают проруби, через которые чистый воздух поступает под лед.

3. Рассказ воспитателя «Где зимуют раки».

Зимуют речные раки недалеко от тех мест, где живут постоянно. Лишь с наступлением холодов стремятся опуститься немного глубже, связано это с тем, что на глубине вода хоть и немного, но все-таки теплее, так они и зимуют. Не смотря на низкую температуру воды, они бодрствуют и ищут пищу. Основное время, а это примерно двадцать часов в день, раки находятся в собственных норах и спокойно дремлют. Однако с наступлением сумерек у них начинается достаточно активная жизнь. Они выбираются из своих нор, ходят по дну водоема и даже охотятся. Одним словом, никаких загадок в том, как зимуют раки, не существует. В холода они находятся на глубине и ведут привычный для них образ жизни.

4. Чтение рассказа Н. Сладкова «Окунь и Налим».

Готовится к зиме и налим, хотя в спячку он не впадает. Налим рыба хищная, любимой пищей налимов служат пескари, потом ерши. Очень много налимы пожирают своих собственных мальков. Осенний жор налима продолжается до начала зимы, целые три месяца, с небольшими промежутками. С замерзанием рек осеннее блуждание в поисках пищи у налима прекращается.Резкое изменение среды влияет и на налима: он поднимается к верху и становится под лед; ему, видимо, не по себе и уже не до еды. В течение недели его организм приспосабливается к новым условиям. А затем у налима начинается обычная, привычная для него жизнь.

Я вам сейчас прочитаю маленькую сказку про налима.

— Чудеса подо льдом! Все рыбы сонные – один ты, Налим, бодренький да игривый. Что с тобой такое, а?

— А то, что для всех рыб зимою – зима, а для меня, Налима, зимою – лето! Вы, окуни, дремлете, а мы, налимы, свадьбы играем, икру мечем, радуемся-веселимся!

— Айда, братцы-окуни, к Налиму на свадьбу! Сон свой разгоним, повеселимся, налимьей икоркой закусим…

Вы уже догадались, какой образ жизни ведет налим зимой.

5. Рассказ воспитателя «Как лягушки осенью готовятся к зиме».

Лягушка зимой уходит в спячку. Как и другие животные лягушки перед спячкой делают упор на питание и накапливание относительно больших запасов питательных веществ.

Лягушки чесночницы начинают готовиться к зиме в сентябре-октябре. Они зарываются поглубже в ил или пользуются чужими убежищами. Очень часто их можно увидеть зимующими в колодцах и погребах.

Травяные лягушки перезимовывают в проточных ручьях, реках, канавах. Иногда они преодолевают большие расстояния до зимовального места. При этом одним из главных требований является насыщенность воды кислородом. Осенью травяные лягушки размещаются у дна, в самих зарослях водной растительности, либо же недалеко от берега в песке.

Озерные лягушки с понижением температуры снижают свою активность и уходят в спячку. Они начинают готовиться к спячке при температуре воды около 6 -9 градусов. Зимуют такие лягушки на самом дне водоемов, мигрируя туда осенью, зарывшись в донный ил. На дне озер, рек и глубоких прудов они проводят всю зиму, а дышат при этом через кожу.

Зимующие земноводные очень часто собираются под нависающими берегами или тщательно скрываются в подводной растительности. Некоторые лягушки озерные остаются активными даже в холода, впадая в неглубокий сон — они вялы, но вместе с тем не лишены способности прыгать и плавать. Если животное потревожить – оно без особого труда перемещается и укрывается в другом месте.

6. Рассказ воспитателя «Как водные растения готовятся осенью к зиме».

Велика роль растений в водоёме. Они служат пищей животным, выделяют в воду кислород, необходимый для дыхания организмов. Подводные заросли служат убежищем для животных.

Рогоз, камыш, тростник, стрелолист своими корнями прикрепляются ко дну, а стебли и листья плавают на поверхности водоёмов.

У кубышки желтой в корневище зимой сохраняются запасы питательных веществ, необходимые для формирования на следующий год листьев и цветков этого растения. Кроме того, корневище, как и другие части кубышки желтой, имеет воздухоносные каналы, по которым в подводные органы растения поступает необходимый для дыхания кислород.

Цветки, что красовались на поверхности водоёмов летом, осенью уронили свои семена на дно, а свои длинные цветоножки утянули под воду. На поверхности они могут замёрзнуть. Осенью солнце светит не так жарко, как летом, вода плохо прогревается, растениям не хватает солнечного тепла.

7. Подвижная игра «Караси и щука».

На полу чертится круг. Один ребёнок выбирается щукой, остальные делятся на карасей, плавающих внутри круга, и камешки.По сигналу: «Щука!» ребёнок-щука вбегает в круг и старается поймать карасей. А караси спешат спрятаться за камешки. Пойманные щукой караси уходят за круг. Игра повторяется с другой щукой.

8. Беседа «Куда исчезают осенью рыбы, раки, лягушки, водные растения?»

— Почему лягушки зарываются осенью в ил? (Ответы детей: лягушки зарываются осень в ил, чтобы перезимовать, а ещё, чтобы их не съели хищные рыбы).

— А кто ещё, кроме лягушек, в водоёме готовится осенью к зиме? (Ответы детей: осенью, кроме лягушек, в водоёме готовятся к зиме рыбы и раки).

— Какая рыба ведёт зимой обычный, привычный для неё образ жизни и не впадает в спячку? (Ответ детей: налим).

— Почему водные растения опускаются осенью на дно водоёма? (Ответы детей: так растения готовятся к зиме).

С наступлением зимы вода в водоёме застынет и превратится в лёд. Но в лёд превратится только поверхность водоёма, а на самой глубине вода не замёрзнет, и именно это поможет водным обитателям перезимовать и не погибнут. Теперь вы знаете, что все они ещё с осени приготовились к зиме.

Источник

Adblock
detector